Шрифт:
Зуб зловредности
Самое невероятное начинается там,
где его никто не ищет.
Пролог
Эта удивительная история произошла несколько лет назад с жителями одного из сибирских городов, построенных в тайге рядом с залежами железа, где есть любознательные дети и неравнодушные взрослые. Невероятные события могли произойти в любом сибирском городе, где есть педагогический институт, и филиал государственного технологического университета, больница, милиция и театральная студия,
Сейчас многое изменилось в нашей жизни, на улицах не увидишь, когда-то самую популярную машину – «Запорожец». Зато смартфоны, ноутбуки у каждого школьника. Трудно представить, что совсем недавно все было иначе.
Все дети просят рассказать о том, что было, когда родители были маленькими. История, которая произошла с нами, будет интересна не только нашим детям.
Случайное событие свело вместе таких разных людей, как профессор Геннадий Андреевич, пенсионерка Вера Никитична, ее внучка Любушка и одноклассник Любы – Коля, а также зубной врач Иван Петрович, милиционер Глеб и его сестра студентка Маша. Я – Софья Сергеевна и мой внук Андрей приняли участие в описанных событиях чуть позже. А сейчас мы собрались вместе, чтобы вспомнить и описать все, что с нами произошло. Имена героев изменены, поэтому любое совпадение просим считать случайным.
Странное объявление
Взяла «Городскую газету» и стала искать объявления о ремонте бытовой техники. Невольно взгляд задержался на странице частных объявлений: «Утерян зуб зловредности». Странное объявление! Не вкралась ли в текст опечатка? Что за зуб зловредности? Если он такой вредный, зачем его непременно хотят вернуть? Возможно, это чья-то шутка, а может, и вправду этот зуб способен натворить много бед? Столько вопросов и ни одного ответа. По указанному в объявлении номеру просят звонить вечером.
С нетерпением дождалась я вечера. Набирая указанный в объявлении номер телефона, я и не догадывалась, что стану участницей очень странной истории.
Случайная встреча (Рассказ Геннадия Андреевича)
Началась эта история осенью 1998 года, погожим октябрьским днем. Надо вам сказать, мой старенький Запорожец больше отстаивается в гараже. Но в тот день вывел его в свет, чтобы перевезти из сада кабачки и тыквы. По дороге в сад машина весело мчалась налегке, перескакивая через рытвины и лужи. Только слегка поскрипывала, словно разминая суставы после долгого стояния. Как ни торопился я управиться с делами пораньше, но только к вечеру, основательно загрузив заднее сиденье кабачками и тыквами, направился домой. Когда я проехал половину пути, солнце скрылось за лесом и длинные-длинные тени послушно уползли с дороги и свернулись калачиком у корней деревьев. Все затихло в ожидании ночи. Запорожец пыхтел и скрипел, показывая, как ему тяжело.
Вдруг нечто серое небольшое отделилось от обочины и бросилось под колеса. Я резко затормозил, и вовремя.
– Дяденька! Помогите! Бабушке очень плохо!
Передо мной стояло существо, которое я было принял за зайца. На обочине, словно придорожная кочка, сидела старушка. Лицо замотано платком, только торчит крючковатый нос, а рядом коробейка с нее размером.
Взять пассажиров некуда, урожай занимает все заднее
Все мое внимание занимала дорога, и даже искоса не мог я рассмотреть своих нечаянных попутчиков. Только выяснил, что у старушки разболелись зубы: «мочи нет», и травы никакие не помогают, и сил нет боль терпеть. До ближайшего в городе стоматологического кабинета доехали без приключений.
В поликлинике
В отделении неотложной стоматологической помощи очереди не было. Молодой врач выглянул из кабинета и облегченно вздохнул: последний посетитель. Когда за старушкой закрылась дверь, в тусклом свете коридора я наконец-то смог рассмотреть своего отчаянного попутчика. Мальчонка чуть больше кошки, славное круглое лицо со вздернутым носом.
– Дяденька, спасибо вам за помощь, вы не ждите нас: бабушку полечат, и мы домой на ступе доберемся, – обратился ко мне малыш.
«Бедный ребенок, – мелькнуло в голове, – не иначе жутиков насмотрелся, бредит наяву».
Неожиданно дверь кабинета открылась, врач с порога встревожено выпалил:
– У больной глубокий обморок, надо вызывать «скорую».
– У меня машина, может, быстрее доберемся до больницы на ней? – предложил я.
Через пару минут, оставив тыквы в подсобке, мы мчались по темным безлюдным улицам к городской больнице «скорой помощи».
– Ничего не понимаю! Все прошло без осложнений, кровотечения нет, аллергии на обезболивающее нет. робу сделал, как положено. После удаления зуба пациентка встала из кресла, посмотрелась в зеркало и упала в обморок. У пациентки раньше бывали обмороки? – обратился ко мне врач. Но на вопрос ответил малыш:
– Нет, бабушка на здоровье не жаловалась, иногда радикулит на непогоду прихватит, – отозвался парнишка.
В приемном покое нас встретила недовольная нянечка со шваброй:
– И чего людям по ночам дома не сидится, шастают и шастают, полам просохнуть не дают, – бурчала она недовольно.
К нам подошла врач, молодая красивая женщина. «Елена Алексеевна» – вышито на кармашке. Осмотрела больную, вызвала бригаду реаниматоров. Стала заполнять карточку на нашу старушку.
– Аглая Константиновна Нога, – сказал зубной врач, – а больше я спросить ничего не смог, уж очень стонала больная, думал, потом расспрошу и заполню карточку.
– Может быть, сопровождающие что-нибудь скажут? – строго спросила Елена Алексеевна.
– Я, – робко промолвил ребенок, – ничего не знаю, ни адреса, ни возраста.
– Ну а я вообще посторонний человек, подобрал их на дороге. Там в машине коробейка осталась, может, в ней какие документы есть? Схожу, принесу, – сказал я и отправился к машине.
На свету серебристо-серая, гнутая из осиновой дранки коробейка, казалось, светится изнутри.
– Оставьте коробейку, я сама посмотрю, что к чему, – протягивая руки к коробейке, сказала Елена Алексеевна.