Тропа
Шрифт:
– Это зачем?
– удивился я.
– К подарку, - ответила девушка и засмеялась.
– Обязательно будет подарок, если всплыла такая громадная чаинка. А если ночью над домом гуси кричат, значит, получишь телеграмму.
И мы пошли дальше. И снова девушка вышагивала впереди, и мушка ее тозовки кувыркалась в такт шагам, словно ванька-встанька. Мы перешли обезводевший ручей по серой шершавой гальке. На том берегу начался бурелом, лес был частый, жуткий, увит ссохшимися жгутами дикого хмеля. Галя вытащила топорик, когда идти становилось особенно трудно, ловко помогала себе, прорубаясь сквозь сухой бурелом. Мы шли долго. Лоб и виски стянул высохший пот. Я оглянулся: позади нас в замшелом буреломе тянулась отчетливо заметная каждому тропа.
А вскоре мы выбрались к реке. Это была Чара, самая красивая река из всех, какие я видел в жизни. Она глубока, метров пять, не меньше, но вся видна на просвет. Даже разноцветные громадные камни на дне. Мы долго стояли на берегу и смотрели, как среди громадных разноцветных камней по дну навстречу течению рокочуще-стремительному- медленно плыли большие, жирные рыбы. Можно долгие часы смотреть, как живет река... Девушка разглядывала дно зачарованно, и
Дальше мы шли по тропе, вдоль реки. И как-то совсем не думалось, что мы прорубились сквозь чащобу и оставили людям новую короткую тропу, которой раньше вовсе не было. В Чары, на поле, где садится самолет, мы вышли, когда солнце ушло, небо стало прозрачным, и студеным, и необычайно высоким, и в нем медленными линиями выстроились громадные косяки гусей.
– Ну, пока, - сказала Галя, - счастливо долететь.
– Спасибо тебе. Куда теперь?
– Куда пошлют.
Она пошла по мощеной широкой дороге, которая вела к большим домам села. Среди двухэтажных сборных домов ее фигурка показалась вдруг неуклюжей. А в тайге, когда мы шли с ней, она была грациозна и хороша в лыжных брюках, коротких сапожках, с финкой, мелкашкой и топориком - женщина, о которой всю жизнь мечтал Джек Лондон.
...В Чарах я по привычке, как-то автоматически, не думая совсем, заказал разговор с Надей, но лишь когда телефонистка стала названивать в Якутск, чтобы вызвать Москву, я понял, что делать этого не надо.
Я уплатил издержку за одну минуту - так полагается по правилам - и пошел на аэродром ждать самолета...