Трогательный лед

– Нашел! – нарушил страшную тишину тронного зала взволнованный голос. Старый кайзер обернулся, глядя с надеждой на древнего придворного мага и ветхую книгу на ледяном пьедестале. Узловатые пальцы скользили по страницам, которые едва ли не рассыпались, а молчаливый ученик перелистывал страницы, бросая испуганный взгляд на Великого Кайзера Ледяных Просторов. – Драконы раньше правили этими землями… Много тысячелетий назад война людей и драконов закончилась падением империи драконов…

– Я не спросил, как пали драконы! – отчаянно закричал

кайзер, а голос сорвался кашлем. – Я спросил, откуда эти проклятые драконы снова взялись на моих землях, если их всех перебили!

– Тут не сказано, – послышался глухой голос мага. И снова в зале воцарилась жуткая тишина, нарушаемая шелестом страниц древних фолиантов и нервным покашливанием: «Не так быстро, остолоп! Я еще не дочитал!».

Вечный мороз рисовал причудливый узор, напоминающий ажурный витраж. Кайзер гневно смотрел в величественное окно тронного зала, словно пытался разглядеть ответ на свой вопрос сквозь бушующую метель бескрайних владений. Вьюга лет уже щедро посеребрила его волосы и бороду, заметая былую славу и победы прошлого. Роскошный, длинный плащ, подбитый пушниной, стелился по белым плитам дворца, уже совсем не согревая старые кости.

Придворные стояли поодаль, терпеливо разделяя бесконечное ожидание. Одна лишь неугомонная вьюга выла страшным волком зимы, гудела стеклами и убаюкивала снегами суровые земли Анналадора.

– Опять Снегодева поет, слышите, – прошептал болезненный старческий голос.. – Опять дети пропадать начнут… Заманивать будет своей гибельной колыбельной… Сколько уже таких сгинули в снегах…

– Это амароки воют! – негромко возразил молодой голос. Все прислушались. – Вечно не уймутся, проклятые! Опять таскать людей начнут! Нужно укреплять поселения! И ведь отогнали же их за пределы! Снова вернулись! Как чуют!

– Амароки, Снегодева, Плачущие Снежинки! Все хотят нас уничтожить! – вздыхали придворные, осмелившись перешептываться. – Кто угодно, только не драконы! Что ни день, то беда!

"Пропустить! Письмо из Триумвирата магов!" – ворвалось в зал вместе со спешными шагами и холодом стужи.

– Маги ответили! Письмо, Ваше Величество! Триумвират магов прислал ответ! – задыхался припорошенный снегом гонец, протягивая кайзеру свиток.

– Ура! – послышались счастливые голоса. Зал наполнился ликующими взгласами. Придворные бросились поздравлять друг друга и восхвалять Триумвират. – Маги помогут! Какая восхитительная новость! Архимагистр ответил нам! Маги нас спасут! Кто как не маги способны совладать с проснувшимися драконами?

Старый кайзер дрожащими руками принял свиток, пробегая глазами строчки. Брови его нахмурились, а взволнованный взгляд остановился в одной точке. Ликование и восторг, царившие в зале, оборвались. Вместо воодушевления снова наступила нетерпеливая тишина. Седые брови кайзера сдвинулись еще сильнее, встретившись на переносице. Тонкие губы поджались, а взгляд скользнул по притихшему залу, рассеянно глядя в окно.

– Что там, отец? – взволнованная кайзерина подбежала к старику, а тот тяжело вздохнул и опустил руку с письмом. Его странный взгляд смотрел на трон, на сверкающую льдом корону, на придворных, которые почувствовали дыхание беды.

– Разрешите мне посмотреть, отец, – взмолилась кайзерина, пытаясь вырвать из рук застывшего

старика свиток с магической печатью Триумвирата. Три стихии: огонь, лед и ветер, сливались в пугающий знак смерти. Нежное, бледное, как снег лицо девушки застыло над бумагой. Светлый локон выбился из прически, большие, фиолетовые глаза расширились, а рука дрогнула, как и ее голос, когда она спросила: «Могу ли я прочитать это вслух?».

– Читай, дочь, – глухо произнес кайзер, отвернувшись от придворных. Он тут же стал сгорбленным и усталым, словно годы наконец-то решили взять свое. Слуги подсуетились, тут же принеся кресло. Они настойчиво предлагали его величеству пережить плохие новости сидя. Некогда величайший кайзер устало опустился в кресло, потирая выцветшие глаза. «Не верю…», – прошептал он, в отчаянии закрывая лицо рукой.

– Магистр пишет, что помощи не будет, – прошептала кайзерина в тревожной тишине. Она не могла поверить в то, что видит. Радость от будущей победы сменилась отчаянием. – Он пишет: «Если монархия настолько ослаблена, что не справляется с драконами, то …»

Кайзерина зажала рот рукой, словно боясь сказать лишнего. Придворные загудели от возмущения и беспокойства.

– Долгих лет правления Кайзеру! Да пребудет с ним победа! Вечной, как снега Анналадора, славы! Да не прервется род его! Да не затеряется среди снегов! – закричал голос, а все присутствующие тут подхватили. Кайзерина дрожащей рукой отбросила непослушный локон назад, облизала губы и сделала глубокий вдох.

– Я не могу, папа… – прошептала она, умоляюще глядя на отца. – Прости, я не могу это читать…

– Ты – будущая правительница! Твой муж унаследует титул Кайзера! – в гневе закричал старик, а глаза девушки скользнули на ледяную корону. – И будет хранить Анналадор вместо меня! А ты даже не можешь прочитать письмо! Читай!

– … кайзеру лучше сложить полномочия и передать власть Триумвирату, – дочитала кайзерина тихим дрожащим голосом, не сводя взгляда с разгневанного отца. – Если это не будет сделано в течение трех дней, то драконов станет больше… Рука кайзерины меня не интересует. Переговоры вести я не намерен.

Воцарилась тишина, а письмо выпало из дрожащих рук.

– Не может быть! – закричали придворные маги, а старый маг строго зыркнул на них. –Триумвират всегда был верен короне!

– Молчать! – закричал кайзер, потирая переносицу. – Мы отправили войско навстречу драконам. Отправьте к ним гонца! Пусть передаст мой приказ главнокомандующему развернуть войско на Ледяные Чертоги Триумвирата! Они забыли, с кем имеют дело!

– Ура! – закричали придворные, пока писарь старательно записывал каждое слово. Письмо тут же было скреплено королевской печатью, и передано в руки гонцу.

– Вы могли бы передать письмо через нас, – недовольным голосом начал старый придворный маг, но тут же умолк под грозным взглядом кайзера.

– Я что-то не доверяю магии, – произнес кайзер, глядя вслед уходящему гонцу. – Поторопите его! Пусть скачет живее!

– Так вот почему они платили золотом каждому, кто укажет на драконьи колодцы! – послышался голос из толпы придворных. – И никакие это не исследования! Они будили драконов!

– А я говорил! – послышалось гнусавое и злорадное. – А я предупреждал!