Трое

Макс Черепанов

Владиславу Петровичу Крапивину посвящается

Т Р О Е

"У меня есть слово,но в нем нет букв,

У меня есть лес, но нет топоров,

У меня есть время, но нет сил ждать,

И есть еще ночь, но в ней нет снов..."

В.Цой

Им было лет по 15, а может, по 20, а может вообще по 25, но факт тот, что они собрались как-то вместе. Это не в первый раз случилось, они соби рались раньше, и не раз, и в разных местах, и по разным поводам, за столом, с напитками или без - это было почти все равно, и вот сейчас собрались тоже. Наверно, в плотной череде школьных занятий выпало "окно", или отме нили лекцию, или босс не

пришел сегодня на работу, но эти трое так или иначе оказались свободны. Свобода эта была временная, через пару часов им всем нужно было куда-то идти, вместе или нет - черт его знает, но идти явно не хотелось, а время проходит не совсем впустую, если треплешься, а особенно с теми, кого ты можешь назвать своими друзьями. Розовых слюней о "вечной дружбе" эти трое не распускали, и само это слово старались не произносить, словно боялись, что от слишком пристального взгляда что-то испарится. Но они были не дураки, и даже больше - очень умные ребята, а кое-кто из них даже считал себя втихомолку гением, но не особенно рас пространялся об этом, и не потому, что боялся насмешек, а просто из-за того, что справедливо полагал, что сначала неплохо было бы проявить себя.

Как и всяких людей, у них конечно же были имена, но их имена не скажут нам ничего, потому что мир наводнен Максимами, Игорями и Денисами, а их условно можно было бы обозвать Писателем, Романтиком и Циником. Рома нтик не ждал алых парусов, разве что чуть-чуть, Писатель пока написал не слишком много, а Циник считал себя человеком жестким, но не жестоким. Впрочем, хотя эти прозвища и условны, но общей направленности характеров соответствуют.

– Чего-то ты сегодня какой-то кислый, - заметил Циник Романтику, опять дома неприятности?

– Да нет, просто книжку читал до пяти утра.

– Толкиен?

– Крапивин.

– Как называется?

– Трое с голубятни, что ли...

– Голубятня на желтой поляне, - сказал Писатель.

– Ага. Трилогия. И финал там такой мощный, знаешь... Не смейтесь, но я чуть не заплакал в конце. Серьезно.

Не смеялись. Только Циник вспомнил:

– Ты вообще как-то легко в расстроганные чувства приходишь. Когда первый раз последнюю серию "Гостьи из будущего" посмотрел, тоже весь день ходил потерянный...

– Так мне двенадцать было тогда. Но фильмец неплохой, согласись. Детский, конечно, и наивный, но сцена прощания в финале им удалась. Когда она стоит и машет ручкой, в снопе света, а стена едет, отделяет ее, закры вает, оставляет их с сером двадцатом веке...

– С Крапивиным ведь тоже так, - сказал Писатель. И детско вроде, и наивно местами, но ведь мы читаем, и сейчас читаем. И ты, Циник, тоже, хоть и не признаешься...А ведь детьми нас уже назвать сложно.

– Главное ведь не в том, вымахал ты под два метра или нет, - горячо вступил Романтик, - а в том, ребенок ли ты еще в душе или нет. Если в тебе еще не умер ты другой, из детства - значит, будешь воспринимать.

– C ребенком в душе не выживешь. Вон сколько дерьма вокруг, - зло сказал Циник, - чтобы выжить, сильным надо быть. А сильным становишься гибкость теряешь...

– Крапивин же выжил, - возразил Романтик, - и не только выжил, а еще и преуспел.

– Исключения только подтверждают правило, - ответил Циник, - да и неизвестно, преуспел ли.

– В любом случае, - твердо сказал Писатель, - он не зря свою жизнь прожил, а этим похвалиться может совсем не каждый. Скольким его книги сделали жизнь светлее. Мне, например. Тебе, Романтик, точно.

Романтик молча кивнул - соглашался.

– ...

и тебе, Циник, тоже. А это на порядок лучше всяких там материа льных благ - знать,что не так просто твоя жизнь прошла, что была такая вот отдача.

– Да знает ли он сам, насколько хорошо сделал, что эти писателем стал? - Романтик, сказав это, сходил к холодильнику и вернулся с тремя жестяными банками. С "Пепси". Потому что разговор затягивался.

– Знает, - уверенно сказал Писатель, - он же с пацанами общался, в своей "Каравелле". Видел результат непосредственно, да и говорили ему наверное не раз.

– А ты ему еще письмо напиши, - ехидно посоветовал Циник, - так, мол и так, мне неизвестно, знаете ли вы, что жизнь не зря прожили, так что спешу вас уведомить...На деревню дедушке Владиславу Петровичу.

– А что, письмо - это идея...
– протянул Писатель, - только слова нужные найти надо. Четко, без рассусоливания, но и не как на митинге, а по-человечески. Спасибо, уважаемый Владислав Петрович, за то, что вы сделали для подрастающего поколения вообще и для нас в частности. Спасибо за подаренную радость, снятые стрессы, обретенные надежды, бессонные ночи над вашими книгами и еще что-то, чему я не могу дать название. Не бросай те...нет, это не то,он и так не бросит...С нетерпением ждем новых прои зведений...Тоже бред - я сам знаю, что пишешь когда пишется, а не по плану или по желанию. Вот черт!
– и раздасадованный Писатель даже стукнул себя кулаком по колену, - да слова найти можно, если подумать, причесать... обтекаемо так изложить, сбалансированно.

– Не понравится ему сбалансированно.
– вдруг вклинился Романтик.

– Думаешь? А не глядя, от души - коряво ведь получится...

– Да к тому же, - грустно отозвался Романтик, - как напишешь? Ему, наверное, письма ящиками приходят, вагонами. Он их и прочитать-то все не успевает, не то что ответить. Если бы он это делал, не успевал бы новые вещи писать, только отвечал бы и отвечал...

– А тебе нужен ответ?
– прищурился Писатель.

Романтик подумал. И сказал с закрытыми глазами:

– Не... не обязательно. Знать бы только точно, что дошло.

– Нет, ребята, вы точно в облаках витаете - жестко сказал Циник, какое, к лешему, письмо? Вы все любители писать письма? Это раз. Во-вторых, вы уверены, что ему это надо? У него, уверен, действительно завал. В-третьих, нешуточной проблемой будет узнать адрес. Наверняка его в свое время серьезно достали весточки типа "я пешу тибе превет, нопеши мине атвет". В лучшем случае секретарь какой-нибудь над твоими излияниями посмеется. И наконец, допустим даже случилось невозможное и он ответил. Ты чего-то ждешь в ответ, какого-то откровения? Да там будет дежурное, под копирку: "Мальчик, я внимательно прочитал твое письмо, ля-ля-ля тополя, желаю тебе успехов в твоем творчестве и личной жизни".

– Не верю, что он ответит т а к. Не должен.
– сумрачно пробормотал Романтик.

– Да и потом, ну какая у тебя с ним может получиться переписка? Сколько ему лет, и сколько тебе? Или вот Писатель у нас компьютерщик, программист, фанатик дисплея, помешанный на этом деле. Благодаря компью теру и бывает так, что за всего за день кропает немаленькие рассказики. На темы, не связанные с компьютерами, обычно разговаривает без охоты. О чем они будут говорить между собой? Интересы разные, взгляды на жизнь разные, ценности тоже...Только будешь тяготить и себя и его. И потом, - оскалился Циник, - его, наверное, только мальчики нежного возраста интересуют. А ты перед дверными косяками нагибаешься.