Чтение онлайн

Ещё недавно эти куски мяса очень резво бегали и пытались убивать моих людей. Странная история.

— Стихийная магия очень разнообразна. — продолжил речь Меликс. — Она способна глубоко менять живые организмы и создавать подобные феномены. Возможно, эти люди заключили сделку с могущественным монстром. Служба в обмен на силу. Или стали жертвами кораблекрушений, которых пленила и подчинила стихийная сущность.

Другим исследователем десанта подводников была Арамиа. Она ограничилась двумя тщательными вскрытиями, но перепробовала кровь почти тридцати бледнокожих.

—

Ну и какие выводы? — спросила я девушку, которая казалась задумчивее обычного.

— Боюсь, мой господин, что не смогу обрадовать вас однозначным и кристально ясным ответом.

— Порадуй хоть каким-нибудь.

— Это тела людей, но… — Арамиа осеклась и я заметил на ее кукольном лице сомнения. — С ними что-то неправильно. Дело не только в цвете кожи, волос и почти полном отсутствии родимых пятен. Обучение в школе Лазурного Лотоса помогает постичь самые глубокие аспекты человеческого тела. Мастер нашего искусства может по капле крови определить возраст, пол, болезни, пагубные пристрастия и многие другие важные вещи.

— Полезно. И что ты можешь сказать по крови об этих любителях глубоких погружений?

— Почти ничего. Они не пили вина, не вдыхали дурманящих трав, не болели, не переедали жирного и жареного, не получали серьезных ран за последние годы, редко бывали на солнце. Будто бы эти люди не жили совсем.

Да уж. Странно представить, что воин в этом мире ведет настолько безопасный образ жизни. Война это всегда риск, страдания, болезни, раны, а потом задорный пир, чтобы наверстать упущенное и насладиться жизнью, что постоянно качается над бездной.

— У них шрамы есть? Мозоли от снаряжения?

— Я практически не нашла таких следов.

Хм. Вот это реально странно. Каждый из подводников был опытным бойцом. Такого уровня подготовки можно достичь только годами тренировок. Это не остается бесследным для тела. Я наблюдаю подобное на своем примере. Я хорошо рассмотрел и ощупал это на примере Касс. Местами загрубевшая кожа, загар, шрамы, ожоги, а то и последствия более серьезных ран. Без этого никак.

— Скажи, Арамиа, а возраст этих людей ты определила?

— Боюсь, что нет, мой господин.

Я подошел к колдунье ближе, заглядывая прямо в глаза. Арамиа была умна, но ее мышление имело некую шаблонность, а еще она часто была слишком осторожна в своих ответах.

— Скажи мне точно: не смогла или смогла, но результат слишком странный и кажется заведомо ошибочными?

— Вы… Мне… — под моим пристальным взглядом она немного замялась, но потом взяла себя в руки. — Эти люди не дети, но будто прожили всего несколько лет. Такое возникает ощущение. Понимаю, что это глупо звучит, мой господин. Но я ответила вам честно.

Странные тела без следов прожитых лет, из которых после смерти сразу исчезают тени.

— Арамиа, понимаю, что у тебя сейчас под рукой нет библиотеки, но постарайся вспомнить знаешь ли ты какие-нибудь легенды про перерождение людей. Не про реинкарнацию и круговорот душ, а именно про возрождение человека с той же памятью в новом теле.

— Приложу все усилия. — ответила колдунья.

Перерождение…

Помнится,

Сердце Мира могло сохранять память умерших и даже передавать ее живым. Погибший Бог северян был могущественной, но далеко не сильнейшей стихийной сущностью этого мира. Способен ли некто калибром крупнее полностью возродить своего последователя, наделив новой оболочкой? Если да, то это объясняет почему подводники так легко расставались с собственными жизнями. Если да, то, возможно, погибший в Сейд-Нираме Екил сейчас спокойно тусует на каком-нибудь затонувшем корабле. Кстати, Гинд абсолютно не в курсе что за экспедицию мутил мой бывший мастер-венатор.

Используя навык «Святая земля» мы оперативно связались с континентом. Возможно, Доктоний или кто-то его ранга в курсе что же там пытался найти Екил в морях-океанах. Наша же собственная экспедиция довольно сильно пострадала от «зубов» Пасти Таргара.

«Где-то пятая часть кораблей погибла, две пятые серьезно повреждены». — сокрушался Фальвус.

Крепко огребли. Впрочем, флот пиратов Терионы вообще уничтожен. Однако, у Гастоса еще остались некие личные силы.

«Тарквидий давно спелся с ти-шадайским пиратом по имени Лин-Лаги. С флотом Терионы его силы не сравнить, но пару сотен кораблей этот желтолицый крысеныш собрать сможет. Еще сколько то добавит сам Гастос». — продолжал рассуждать Фальвус. — «А есть еще канртегская гильдия с твоей знакомой северянкой. У них что-то около сотни кораблей. Не самых крупных, но сейчас каждый парус на счету».

Вот и про Орину речь зашла. После катастрофы обоих флотов ее фракция внезапно обрела серьезный вес. Только вопрос, чью сторону они займут. Хотя предчувствия у меня самые недобрые. Судьба любит жестокие шутки. Вполне вероятно, что мне придется снова разрушить жизнь этой девушки.

Но прежде чем рваться дальше к Канртегу, нам следовало захватить плацдарм на Терионе. Тем более, что десанта у нас сейчас больше, чем свободных мест на уцелевших кораблях. В качестве первой цели атаки была выбрана древняя канртегская крепость Южный Кад на остров Слеза.

Этот город просто был ближайшим к нам. Цель довольно укрепленная, но очень надеюсь, что местные не будут стоять за Гастоса насмерть после всех его выкрутасов.

Сотни лет назад канртегцы, упиваясь своим всемогуществом, возвели твердыни-близнецы. Южный Кад и Северный Кад. Обе крепости контролировали разные стороны одного пролива. Обе в прошлом изнутри захватили восставшие рабы, перебив гарнизоны при поддержке подходящих легионов республики. Говорят, обезумевшие от гнева невольники настолько преисполнились любовью к бывшим хозяевам, что те в какой-то момент сами открыли ворота легионерам, надеясь попасть к ним в плен и избежать линчевания.

Издалека наша цель казалась неприступной. Обороняй её дисциплинированный, хорошо обученный гарнизон с парой десятков подавителей и на осаде можно было бы положить легион в полном составе. Однако на наше счастье там с войсками все было печально. Несколько сотен головорезов местных воротил занимали исполинские, двадцати пятиметровые стены, размазавшись тонким слоем по просторному периметру. Они напоминали убогого, сгорбленного нищего, который нашёл старый, но еще роскошный костюм какого-нибудь тяжелоатлета и напялил на свои тощие плечи. Пиджак волочится чуть ли не по земле, а штаны готовы упасть от любого резкого движения.