Тринити
Шрифт:
– Конфетка, ты помнишь мою просьбу? – спрашивает Руслан, заглядывая в ванную, когда я уже хотела раздеться и нырнуть в воду.
– Какую?
– Добавить в воду ту вкусно пахнущую штуку.
– Масло какао, – подсказываю я и улыбаюсь. – Добавлю…
Он изъявляет желание принять ванну со мной, но я наотрез отказываюсь и, не смотря на его протест и обиженный вид, выставляю за дверь.
После ванны я натягиваю только что купленный хлопчатобумажный комплект летней пижамы. Выключаю свет в кабинете и ныряю в спальный мешок. Руслан приходит минут через пятнадцать,
– Алекса, – недовольно ворчит он, ложась рядом со мной в мешок, – в следующий раз говори, когда ложишься, а то хожу в темноте, как слепец.
Я выключила свет только в кабинете, но и это вызвало его недовольство. Вступать с ним в полемику нет сил, я угукаю и, подложив сложенные ладони под щеку, зеваю и желаю ему спокойной ночи. В ответ – тишина.
Через минуту он отворачивается и так тяжело вздыхает, что сердце екает. Что опять не так? Страдания влюбленного Дон Жуана? Оказался вдали от привычных ему красоток, в глуши, в невыносимой обстановке, с уродиной в постели, которая даже к себе в ванну не пустила? Мне все это кажется такой раздутой галиматьей, что хочется сказать: «Не гневи бога, наверняка у тебя были ситуации и похуже, сам ведь рассказывал».
Вскоре я начинаю чувствовать, что буквально мокну от его пылающего тела, и раскрываюсь до пояса. Он все равно меня не видит, и я немного смелею. Но этого оказывается недостаточно, и я откидываю верхнюю часть спального мешка в сторону. Руслан следует моему примеру.
– Забыл тебе сказать, чтобы ты не выходила на улицу среди ночи. Я расставил ловушки для нежданных гостей.
Не представляю, зачем мне выходить ночью в лес, но сдержано произношу: «Ладно».
– Ты что, реально решила задавить массу?
– Разве не для этого мы легли в спальный мешок?
Он поворачивается, гладит меня по спине и расправляет тоненькие кружева на шортах.
– Да ладно тебе! Еще детское время.
– Мы же не спали предыдущую ночь.
– Без секса я не усну, тем более рядом с тобой.
– Я могу перелечь на диван, я уже предлагала.
– Только попробуй, – огрызается он.
– Тогда не стони.
Он обзывает меня врединой, больно пихает в бок, от чего я охаю, а он с раздражением продолжает:
– Если секса не будет, тогда мне нужно напиться.
– Боюсь, пить придется каждую ночь, – буркаю я и тру ладонью бок. Уф, как же больно!
– Тогда ночевать будешь в доме одна. А по округе тут много кто шастает.
– Это что, шантаж? – я ложусь на спину и смотрю на него. – Мне казалось, моя безопасность – твоя работа. Ошиблась?
– Есть второй вариант: привести женщину сюда, но что-то мне подсказывает, ты не одобришь.
Такая перспектива меня радует еще меньше, чем остаться в доме одной.
– Это будет уже свинство
– Так как поступим?
– Я не буду с тобой заниматься сексом, – в ультимативной форме заявляю я. – И ты не будешь приводить сюда девушек. Уделяй время этому днем, а к вечеру будешь возвращаться домой.
– Чего?! – с насмешкой восклицает он и вскакивает на ноги. – Больше ничего не придумала?
Он абсолютно голый! Опять!
– Ты что, с ума сошел? Сейчас же надень трусы!
Руслан усмехается.
– И не подумаю! Я сплю голым. К этому тебе тоже предстоит привыкнуть.
– Ты переходишь все границы! – я тоже вскакиваю и упираю руки в бока. – Я не спорила из-за спального мешка, не спорила из-за кабинета, но это… – я показываю на его причинное место, а он в ответ им качает. Он специально это делает!
– Я иду за вином. Выпьешь со мной?
– Нет! Да что с тобой не так? Как об стенку горох! Я хочу спать! Я что, и это должна с тобой согласовывать?
– Да! Алекса! – кричит он из коридора со злостью. – Теперь мы муж и жена, и ты не можешь меня лишать законного секса!
– Иди ты к черту со своей легендой! Сейчас мы вдвоем, никто нас не слышит и не видит! Когда тебе выгодно, тогда ты вспоминаешь о легенде!
Его грозный рык слышится уже из кухни. Далее следует череда громыханий шкафами, звук откупоривания бутылки и звон бокалов. Вина в мегамолле он набрал столько, что можно было им всю нашу группу напоить.
Что-то мне подсказывает, что ни лечь, ни уснуть он мне сегодня не даст, поэтому я так и остаюсь стоять на спальном мешке, не зная, что делать. Руслан возвращается с двумя бокалами и бутылкой красного вина. Протягивает один бокал мне.
– Пей. Тебе нужно расслабиться.
А почему бы нет? Еще быстрее засну. Делаю небольшой глоток и смакую вино. Оно оказывается таким кислым, что я морщусь.
– Кисловато для тебя? А для меня в самый раз.
– В следующий раз вино выбираю я.
– Ни за что! Подумаешь, разок промахнулся.
Через силу я делаю несколько глотков. После этого он забирает мой бокал и ставит рядом с опустошенным собратом. Стягивает с меня майку и шорты. Вино немного придает мне смелости, а его взгляд дает понимание, что мне лучше подчиниться. Ранее Руслан сказал, что хочет приучить меня к виду обнаженного мужского тела, и нужно честно признать, что сегодня я воспринимаю его спокойнее. Вчера ночью я ошалела от вида его гениталий.
Он отходит в сторону и отдергивает занавеску. Лунная дорожка пробегает через всю комнату и ложится на нижнюю часть моего тела.
– Алекса, – шепчет он.
И больше ничего. Тишина. Догадывайся сама, о чем он думает. Он просто стоит и рассматривает меня, словно художник оценивает натурщицу, которую ему предстоит рисовать. От такого пристального внимания я вся заливаюсь краской. Мне кажется, что его взгляд, как рентгеновский луч, проникает мне под кожу и исследует на молекулярном уровне. Нельзя же столь долго созерцать обычное женское тело, наверное, он уже прошел мышечный слой и рассматривает в разрезе сосуды.