Триэн
Шрифт:
– Это ещё ни о чём не говорит, у ксенотов везде есть порталы, через которые они спокойно могут уйти в любой момент. Где сидит этот Коробейников?
– В корпусе технологов, что за зданием заводоуправления, правое крыло, второй этаж.
– Где главный технолог в данный момент?
– Должен быть у себя, я предупредил его, что у меня могут появиться дополнительные вопросы.
– Может, пригласить его к директору?
– Второй раз? Это может вызвать подозрения.
– Тогда напроситесь к
– Разумно, ждите звонка.
Солома выдвинул из воротника куртки усик микрофона.
– Корень, Воля, Док – к главному технологу, двухэтажный сарай за заводоуправлением, рассредоточиться и ждать сигнала на «курке».
Три коротких писка в ухе подтвердили получение приказа.
– Лом, Костя – нейтрализовать камеры наблюдения в крыле технологов, доложить, установить наблюдение за конторой главного технолога со стороны лесопосадок. Смотреть в «три глаза».
Ещё два писка в наушнике рации.
– Полковник?
– Да, только что говорил с Коробейниковым, он ждёт.
– Выходите, я присоединюсь.
Через несколько минут Фелицын, одетый в тёмно-серый гражданский костюм, появился на ступеньках главного входа в административный корпус в сопровождении короткостриженого молодого человека с пушком на щеках.
– Лейтенант Сошкин, – представил его Фелицын.
– Прошу прощения, он будет лишним, – качнул головой Соломин. – Пусть подождёт здесь.
Сошкин посмотрел на полковника.
Фелицын кивнул.
– Разумно, жди.
Технологический отдел располагался в довольно старом двухэтажном строении, сложенном из шлакоблоков. Сразу за ним шло строительство ещё одного заводского корпуса, куда, очевидно, технологи должны были скоро перебраться.
– Минутку, – сказал Солома, останавливаясь у двери. – Лом, сколько человек в здании?
– Предположительно не меньше тридцати.
– Зайди в приёмную Коробейникова и сделай вид, что ошибся.
– Пошёл.
– Ваши уже здесь? – прищурился Фелицын.
– Игорь Сергеевич, прошу вас, – сказал Соломин, – не делайте лишних телодвижений, говорите только по делу, как бы продолжая предыдущий разговор. Ксенотам, особенно прижатым к стенке, терять нечего, и они становятся крайне опасными.
Фелицын поморщился.
– Я в курсе, капитан. А вы подготовились к тому, что при пленении ксенотов у них срабатывает самоликвид?
– Не первый год замужем, – усмехнулся Соломин, открывая дверь и пропуская спутника.
Команда имела всё необходимое медицинское оборудование, способное за считаные мгновения отключить сознание человека и не допустить срабатывания программы самоликвидации. Хотя химия на практике помогала мало.
Вошли в здание, повстречав двух девушек в синих халатах, оживлённо обсуждавших визит бригады следственного комитета.
– Главный
– Ты где?
– В коридоре.
– Проверь туалеты.
– Есть проверить.
– Мы идём? – осведомился Фелицын.
– В кабинет вы входите один, ждёте моего звонка. Я останусь в приёмной и выведу людей. Если он вас не заподозрит, ответите мне: да, я скоро. Если вдруг что-то пойдёт не так, ответите: нет, я задержусь.
– Хорошо.
– Пошли, – сказал Солома, этим же словом обозначая начало операции.
– Где ваши люди?
– На своих местах.
Фелицын пожевал губами, но уточнять не стал.
Поднялись на второй этаж, минуя двух спецназовцев в камуфляже и с масками на лицах, охранявших вход в здание. Уступили дорогу озабоченному молодому парню в джинсах – Корню, разговаривающему по телефону. Вошли в приёмную главного технолога. Фелицын показал блондинистой секретарше удостоверение офицера СК. – Полковник Фелицын, ваш шеф меня ждёт.
– У него технолог Иванов по важному делу.
– Ничего, разберёмся. – Фелицын скрылся за дверью с табличкой: «Гл. технолог КОРОБЕЙНИКОВ В. М.».
Солома наклонился к сидящим на стульях женщине и мужчине:
– Прошу вас выйти в коридор. – Он показал им красную книжечку офицера ФСБ. – Не пугайтесь, так надо.
Переглянувшись, мужчина и женщина вышли.
Секретарша озабоченно посмотрела им вслед, потянулась к интеркому, но Солома с улыбкой прижал палец к губам:
– Не надо, славная.
Дверь кабинета открылась, в приёмную вышел толстый, багроволицый мужчина средних лет, с высокими залысинами, бросил косой взгляд, и Солома напрягся: взгляд ему категорически не понравился, в нём сквозили мрачное торжество и издёвка.
Толстяк вышел в коридор, вытирая потный лоб платком.
Надо было решать, что делать, а решение не приходило. Главным объектом группы всё ещё был Коробейников Вацлав Мартович.
Вспомнилось наставление преподавателя-психолога, спеца по экстремальным ситуациям: поиски правильного решения могут обойтись тебе дороже ошибки.
– Корень, проследи за толстяком, только что вышел.
– Вижу, – доложил Ковеня.
Капитан хотел позвонить Фелицыну, как договаривались, но полковник выглянул в приёмную сам.
– Быстро сюда!
Солома ворвался в кабинет.
Главный технолог завода «Электрон» сидел за столом… но у него было другое лицо! Лицо человека, удивившегося чему-то так сильно, что от этого у него остановилось сердце.
– Лом, Костя, ко мне, в кабинет!
– Он не тот… – начал Фелицын.
– Оставайтесь здесь! – Солома метнулся к двери, чувствуя, как быстро тает запас времени, выбежал в коридор.