Чтение онлайн

– Отнюдь. – Люсьен поднялся, опуская шахматную фигурку в карман. – Бренди?

– Я не хочу бренди. – Данте следил за Люсьеном, который подошел к стоявшему на столике графину. – Но не присутствовать на зимнем балу у леди Престинг...

Люсьен хохотнул:

– Это всего лишь один бал, Данте. Будут и другие балы.

– Уже были другие. – Люсьен начал наливать бренди, когда Данте схватил его за рукав. Напиток пролился на стол – Ты не посетил ни один из них.

Люсьен холодно покосился на руку Данте, вцепившуюся в его рукав.

–

Ты забываешься.

– Не говори со мной таким тоном. – Данте все же отступил назад, в его карих глазах сквозила обида. – Хоть твой отец и признал тебя, ты ничем не лучше меня.

– Может быть, перестанешь твердить об этом? – Люсьен с громким стуком поставил графин. – Не от меня же это зависело. Отец признал, что проявил неосторожность в отношениях с любовницей, и взял сына под опеку. Вот и все.

– Ты бы не так говорил, если бы тебя не допускали в свет, как меня.

Люсьен закатил глаза и с наполненным бокалом направился назад к своему креслу.

– Опять о том же, Данте?

– Да, опять о том же. – Данте преградил ему путь, и Люсьен поразился выражению страдания на лице друга. – Моему отцу наплевать на мое существование. Я не получил такого образования, как ты. Единственное, что помогает мне выжить, – это мое умение играть в карты.

– Я это знаю, – с сочувствием в голосе промолвил Люсьен, глядя в бокал с бренди; затем сделал глоток.

– Мне не нужна твоя жалость, черт побери! – Данте отвернулся. – Думаешь, мне нравится то, что, в общем-то, от тебя зависит моя жизнь? Без твоего доступа в свет у меня вообще не было бы никаких шансов. Ведь только стрижка этих высокопородных «овец» кормит меня и дает возможность прикрыть свою задницу одеждой.

– И это я знаю, – сказал Люсьен уже тише и более спокойным тоном. – Я пойду с тобой к леди Престинг. – Он допил бренди.

– Превосходно! – Данте улыбнулся и направился к графину с бренди.

С тоской поглядев вслед Данте, Люсьен поставил свой бокал на стол. Он чувствовал себя неловко из-за этой сцены. Данте был самым близким его другом, но Люсьен никогда не знал, что сказать ему, когда того переполняли эмоции. Проще всего было сделать то, чего хотел в этот момент Данте.

Люсьену никогда не удавалось достойно выходить из эмоционально обостренных ситуаций. Это подтверждалось и неудачей в случае с Эвелин.

– Я быстро.

Данте проводил взглядом покидавшего комнату Люсьена, и улыбка сползла с его лица. Он облегченно вздохнул и, достав элегантный платок, промокнул выступившие над бровями бисеринки пота. Данте боялся, что Люсьена не удастся убедить отказаться от добровольного затворничества и что, несмотря на все доводы в пользу поездки на бал к леди Престинг, он будет настаивать на своем намерении остаться дома, А такая перспектива была для Данте гибельной.

Пряча платок в карман, Данте отметил, что у него дрожат руки. Проклятие!

Он подошел к буфету и налил себе еще бренди. Ему необходимо сохранять спокойствие. Люсьен

не должен ничего заподозрить. Сделав глоток, Данте прикрыл глаза, ощущая, как напиток обжигает его гортань. Он испытывал чувство вины.

Неужели он смог так поступить? Неужели он способен на такое? Люсьен был его лучшим другом и всегда позволял Данте таскаться за собой, уцепившись за его фалды, в то время как сам он без труда прокладывал себе дорогу в свете. Люсьен никогда не считал Данте ниже себя по положению.

Но ведь нужно как-то выживать. Данте проглотил остатки бренди. А Люсьен стал сущим отшельником. Как тут заработаешь на жизнь, если лучший друг отрезает пути к достижению цели?

То, что Люсьен перестал посещать свет, пагубно сказалось на кошельке Данте. Без покровительства Люсьена Данте не мог играть с аристократами. Он не преувеличивал, говоря, что от Люсьена зависит его жизнь.

Но больше так не будет. Никогда.

Данте поставил бокал и, чтобы отвлечься, повернулся к письменному столу Люсьена. Вдруг его старый друг оставил фунт-другой среди бумаг. Сейчас каждый шиллинг был на счету.

Данте разворошил бумаги и проверил содержимое выдвижных ящиков, но не нашел ничего ценного, никаких беспечно оставленных денег. Чертов Люсьен! Хотя он всегда был удивительно организованным.

Взгляд Данте наткнулся на пачку писем, лежащих аккуратной стопкой на краю стола. Он взял верхнее, осмотрел его. Нераспечатанное. Значит, это сегодняшняя почта.

Сжав губы, Данте начал перебирать письма. Масса приглашений. Как же эгоистично со стороны Люсьена не принять их и не позвать с собой, конечно же, Данте.

И вдруг он обнаружил это письмо. И сразу же понял, что оно от женщины, понял по почерку и красивой бумаге. Данте поднес конверт к носу – бумага издавала аромат тонких женских духов. Он узнал этот запах. Где же это было... лаванда? А, вот где. Последний раз он ощущал аромат лаванды, когда ходил получать долг с лорда Чезвика.

Неужели это послание от прекрасной, дочери барона? Данте постучал пальцем по конверту, погладил буквы, составлявшие имя Люсьена. Вероятно, эта маленькая шлюшка хотела тайно встретиться вновь. Спелая ягодка, с аппетитными формами и красивая. И уже не девственница, раз покидала дом Люсьена ранним утром.

Данте ухмыльнулся. Возможно, он выяснит подробности свидания и предложит себя вместо Люсьена. Может быть, ему удастся свести на нет ее влечение к Люсьену и привязать ее к себе.

Такое развитие событий с каждой секундой казалось Данте все более осуществимым. Люсьен, с тех пор как затащил в постель эту девчонку, стал совсем другим. Возможно, он питает к ней нежные чувства. Но стоит Данте хотя бы один раз переспать с ней и этим заставить Люсьена вспомнить о том, как непостоянны женщины, и он, возможно, забудет ее и вернется к своему прежнему, скандальному в глазах света, образу жизни. Начнется новый виток деятельности Дьявольской братии.