Чтение онлайн

То, что в Египте есть пирамиды и Красное море, знают все. Но далеко не все знают, об этой легендарной горе на Синайском полуострове, как многие не знают даже, что и сам Синайский полуостров находится в Египте. Синайский полуостров для Египта, как Крымский полуостров для Украины, — полуостров-курорт. И так же, как вокруг Крыма, вокруг Синая идут споры, чей он. Арабы, естественно, считают, что Синай был арабским еще до того, как они заселили его. Пылко доказывают, как во время последней войны с Израилем героически разбили евреев и вернули себе исконно арабский полуостров. Евреи не менее убедительно рассказывают, какое сокрушительное поражение в той войне они нанесли Египту. И только после

победы подарили Синай арабам из-за своей вечной еврейской щедрости! А заодно — чтобы успокоить непредсказуемый Советский Союз, с которым в то время корешился Египет. Как бы там ни было, но Синай теперь считается египетским, так же как Крым украинским. Как и в Крым, сюда едут туристы: отдохнуть, покупаться, позагорать, погулять вечером по ресторанам, попить дешевого вина среди экзотических пейзажей, почувствовать себя частичкой красивой жизни за сравнительно небольшие, скопленные за год деньги. Но в отличие от Крыма на Синай тянутся и другого рода туристы. Это те христиане из разных стран, которые не только ходят, как положено, в церковь, но еще и читали Библию, и если не соблюдают всех заповедей, то хотя бы их знают. Знают также, что заповеди эти, согласно библейской легенде, пророк Моисей получил от Всевышнего во время восхода солнца на вершине одной из самых высоких гор Синая.

Каждый вечер несколько тысяч паломников со всего мира с наступлением темноты собираются у подножья этой горы, чтобы совершить восхождение на ее вершину и, подобно Моисею, встретить на ней рассвет. Наверняка кое-кто втайне надеется, что ему Господь тоже шепнет что-то заветное и укажет землю обетованную. И это даст ему силы начать новую жизнь с первого же понедельника. Или хотя бы с нового года…

Семенов вспомнил, что такими словами о Синайском полуострове и о горе Синай рассказывал Михаил Задорнов…

Большая часть Египта занята пустынями: Ливийской, Большой Песчаной, Аравийской. Заселено и освоено не более десятой части страны, и все это — плодородные берега и дельта Нила, земли вдоль Суэцкого канала, двух морей и отдельные оазисы в пустыне. Все остальное — места обитания верблюдов да подонков всех мастей.

Египет имеет сухопутную границу с Ливией, Суданом, Саудовской Аравией, Иорданией и Израилем. С этими государствами он ведет активную торговлю, с некоторыми периодически воюет, с ними же обменивается научными знаниями и террористическими кланами. Населен преимущественно арабами, исповедующими ислам. Придерживающихся христианской веры египтян называют коптами — потомками древних, «истинных» египтян.

Семенов вернулся в номер, уселся в кресло, затем прикрыл глаза и попытался все-таки подремать. Египет Египтом, но сюда он прилетел не для праздных прогулок.

Шламан Каций возвращался в степь. Геликоптер с комфортом нес его над умирающим пространством некогда прекрасных садов и полей, и осознание того, что вскоре вся Терса превратится в мертвую землю, обескураживало.

Император Ануэр назвал дату старта трех кораблей. До обозначенной даты остался лишь месяц.

— Вероятно, у вас хватит времени построить новые корабли. До Прихода, по вашим собственным словам, еще восемьдесят лет.

— Нет, — покачал головой император. — Времени-то, конечно, хватит. Но у нас больше нет ресурсов. На постройку кораблей ушло все, чем располагала Империя. Все, чем располагали наши соседи. Я вынужден признать, ин-шламан, что на Терсе больше нет ресурсов. По крайней мере, их нет в тех месторождениях, которые нам известны. Если мы до очередного Прихода обнаружим новые источники полезных ископаемых и сможем настроить производственные мощности на продолжение строительства

кораблей, то, конечно же, мы их построим. Хотя бы один. Хотя бы небольшой. Но сейчас я говорю вам совершенно откровенно: Империя не имеет возможности создать четвертый корабль.

Вряд ли император лгал. Каций понимал всю глубину драматичности ситуации и не подозревал императора Ануэра во лжи. Через восемьдесят лет — или чуть больше — планета лишится большей части атмосферы, жить на ней станет невозможно. И даже факт того, что затем Меркаба придет не скоро и пройдет высоко, не радовал. Что толку в этом, когда на Терсе уже не будет ничего живого… Оставалось надеяться, что подвижка почв при последней катастрофе обнажила месторождения, ранее неизвестные, скрытые на большой глубине под поверхностью планеты. Тогда есть шанс построить большее число кораблей, отправить вослед первой волне переселенцев вторую волну. Чем больше их отсюда улетит, тем спокойнее мне будет умирать, считал шламан, хотя, конечно, до последнего дня Терсы он не доживет — возраст не тот.

По оценке специалистов Империи Терса-нова, тридцати — сорока тысяч человек вполне достаточно для основания новой цивилизации на далеком Калисе. Этой цивилизации не будет грозить генетическое вымирание, что явилось основополагающим фактором при строительстве кораблей, рассчитанных на большое число пассажиров. По скудным данным ученым удалось нарисовать картину природы Калиса. Император показывал смоделированные пейзажи на мониторе своего компьютера, картины, демонстрирующие предположительные виды третьей от Ариола планеты. Шламан отчетливо помнил девственные, прекрасные влажные леса экваториальной части планеты, полноводные реки, высокие горы. Калис казался раем, какого никогда не было и уже никогда не будет на Терсе. Даже полюса, холодные и безжизненные на родной планете шламана, на Калисе были покрыты растительностью.

Калис был раем. А в рай должны попадать лишь достойные его…

Вопросы о флоре и фауне оставались открытыми. Технических возможностей исследователей не хватило, чтобы более или менее приблизительно описать живность, безусловно обитающую на третьей планете. Ходили всякие предположения, порою откровенно фантастические.

Месяц…

Список переселенцев, лежащий на коленях шламана, стал вдруг будто теплым. Шламан был рад тому, что хоть кто-то из представителей его народа сменит ужасные лишения в борьбе за выживание на райские кущи.

Впрочем, никто не пророчил переселенцам легкую жизнь на чужой планете. Наоборот, отправляя их туда, император Ануэр побеспокоился о том, чтобы переселенцы были вооружены по последнему слову науки и техники. Вооружены знаниями, технологиями и, конечно же, оружием.

— Насчет оружия ходили долгие споры, — признался император. — Нам с вами известно, какие беды способно оно принести, окажись в плохих руках. Но мы все ж остановились на полном вооружении солдат, составивших первую армию Калиса. И дело даже не в том, что существует вероятность обнаружить на Калисе самостоятельную цивилизацию. Там могут быть животные, несущие смертельную опасность для людей.

— Тот, пятый экипаж, он разве не передавал данные о состоянии фауны?

— Передавал, но мы не смогли найти их. Бывший центр координации космических полетов ныне лежит в руинах, его базы данных уничтожены стихией. Но если верить слухам, все еще проявляющимся то тут то там, на Калисе обитают весьма опасные твари.

— Опасные животные, думаю, есть везде, где существует жизнь, — высказался шламан Каций.

— Позволю себе согласиться с вашим утверждением. Такая буйная растительность, какую мы можем наблюдать на Калисе, не может не быть идеальным местом обитания сотен тысяч видов животных.