Третья раса
Шрифт:
Внутри отделяемого аппарата было тихо и темно. Внешние аудиодатчики скафандра передали лишь шелест пневматического уплотнителя входного шлюза да под потолком, при срабатывании замков, затлели вполнакала несколько дежурных ламп.
Эллис не впервые посещала модуль. Сейчас она уверенно миновала переходной тамбур, вручную открыла расположенный по правую руку люк, на поверхность которого был нанесен ярко-желтый символ, предупреждающий о радиационной опасности помещения, и оказалась в ходовом отсеке, где из пола вспучивался длинный выкрашенный в оранжево-черную
Это, собственно, и был реактор. Все органы его управления, за исключением одной контрольной панели, располагались в рубке отделяемого аппарата.
Сейчас ей предстояла незамысловатая процедура — положенный набок цилиндр представлял собой рабочую зону, в которой находилось активное вещество, подверженное цепной реакции деления атомных ядер. Сейчас этот процесс был остановлен — он сдерживался мощными графитовыми вставками, которые забирали на себя часть образующихся в процессе «радиоактивности» электронов, не позволяя им инициировать ту самую цепную реакцию.
Этот способ сдерживания управляемой ядерной реакции являлся, наверное, самым древним, но, как показала практика, и самым надежным. Эллис прошла вдоль выпуклого борта реактора, открывая специальным ключом предохранительные заслонки, под которыми прятались электрические приводы графитовых стержней. Когда все десять заслонок были открыты, а с подающих механизмов сняты предохранительные чеки, она последовательно перекинула ряд выключателей, и моторы тихо зажужжали, выдвигая стержни из рабочей зоны на нужную для начала реакции величину.
Пока что этого было вполне достаточно. Ядерная реакция уже началась, об этом возвестил ряд вспыхнувших на панели огней. Теперь сопровождающее этот процесс тепло будет сниматься при помощи теплообменников, в которых установлены генераторы. Охлаждающая жидкость уже циркулировала в рубашке реактора. Скоро она начнет превращаться в пар, и генераторы заработают, выдавая, в свою очередь, электрический ток для бортовой сети модуля.
Более высокоэнергетические процессы, такие, как образование ионизированного газа для ионных двигателей отделяемого аппарата, включатся позже, когда реактор «разогреется». Сейчас достаточно того, что он начал питать бортовую сеть модуля собственной электроэнергией.
Эллис некоторое время следила за графиком, который вычерчивал автомат на контрольном мониторе, а затем, удовлетворившись сделанным, покинула реакторный отсек, перейдя в рубку отделяемой части.
— КИМ, ты на связи? — осведомилась она, заняв кресло пилота.
— Да, Эллис. Первый генератор уже включился, сейчас набирает обороты. Есть незначительная вибрация, но она не выходит за пределы допустимого.
— Хорошо. Не отключай пока стационарного питания. Я собираюсь проверить бортовые системы. Когда генераторы начнут выдавать мощность, направь все на зарядку накопителей. Я хочу, чтобы модуль был полностью готов уже к завтрашнему дню.
— Хорошо, Эллис, я понял.
Голос бортовой системы оставался спокоен, ровен и бесстрастен. Эллис уже не раз ловила себя
Позволив себе расслабиться, она начала подумывать, не снять ли надоевший, неуклюжий в условиях тесных отсеков скафандр? Запуск реактора вроде бы прошел успешно, поводов для беспокойства не было никаких…
«Интересно, что бы испытал КИМ, если бы вдруг произошел несчастный случай? Принял бы мою смерть к сведению? Испытал облегчение? Или наоборот?»
Думая об этом, Эллис машинально продолжала работать, пробуждая к жизни системы модуля. На консоли управления, расположенной прямо перед пилотским ложементом, мягко, доверчиво, мерцали контрольные огни. Еще несколько касаний, и экран радара подсветился зеленым, по нему пробежала полоса, отмечая движение поискового луча, сдавленно пискнул сигнал, когда на приятном глазу фоне замерцала размазанная в виде бесформенного пятна масса «Антея».
Над консолью управления осветился экран телескопического обзора, показав разбросанные на фоне мрака уродливые свидетельства катастрофы. С этого ракурса смотреть на панораму космоса было жутковато: в поле зрения локационной системы висел вывернутый под неестественным углом край изуродованного фотонного отражателя, полностью заслонявшего собой вид на шаровое скопление звезд, а все ограниченное его деформированной плоскостью пространство заполняли медленно, лениво перемещающиеся обломки…
Эллис некоторое время смотрела на эту картину, невольно вспоминая свою прогулку по броне «Антея». Потом, очнувшись, коснулась сенсора и сказала:
— КИМ, я собираюсь проверить автоматику стыковочных узлов. У нас хватит энергии?
— Да. Сейчас я включу магниты удержания.
— Не нужно. Я собираюсь проверять узлы по очереди. Полной отстыковки не будет.
— Это неправильно, Эллис. Синхронизация работы стыковочных механизмов очень важна. Если они не в состоянии сработать одновременно, это может привести к…
— Я знаю, к чему приводят подобные неполадки!.. — раздраженно оборвала его Эллис, ощутив пробежавший вдоль позвоночника неприятный холодок. — Будешь ставить подобные эксперименты без меня, в автоматическом режиме, понял?
— Да, навигатор Эллис.
Она вдруг поняла, что сидит, неестественно выпрямившись, словно напряженно ждала чего-то страшного, непредсказуемого…
«Что со мной? Что это — начало паранойи или оправданное предчувствие?..»
Эллис вдруг порывисто встала с кресла. Волна панического страха накатила на нее, заставив сделать это движение.
Контрольные огни продолжали мерцать — спокойно, доверчиво.
Сердце бешено колотилось в груди.
«Чего я испугалась?!» — растерянно подумала она, пытаясь угомонить распоясавшиеся нервы.