Третий секрет
Шрифт:
Пролог
Фатима, Португалия
13 июля 1917
14.30
Глядя в небо, Люсия смотрела на спускающуюся Деву Марию. Видение приходило с востока, как уже дважды случалось раньше, сначала напоминая яркую светящуюся точку в пасмурном небе. При приближении Девы все озарилось ровным светом, и Ее искрящийся силуэт парил над старым дубом в восьми футах над землей.
Дева была недвижима. От Ее сверкающего облика исходило сияние, не уступающее солнцу. Ослепленная блистающим великолепием, Люсия опустила глаза.
Ее окружили люди.
Люсия подняла глаза и посмотрела на окружающую ее толпу. Люди начали собираться еще вчера, многие приходили из соседних деревень, некоторые приводили с собой увечных детей – надеялись, что Дева исцелит их.
Фатимский приор [1] объявил, что все видения – обман, и строго запретил верующим приходить в долину. Это происки дьявола, сказал он. Но верующие не послушали приора, а один из прихожан даже назвал его глупцом – ведь дьявол никогда не стал бы призывать людей молиться.
Одна из женщин в толпе зрителей отчаянно кричала, что Люсия и остальные дети – обманщики и что Бог накажет их за святотатство. Позади стоял Мануэль Марто, дядя Люсии и отец Франциско и Гиацинты, и Люсия услышала, как он прикрикнул на женщину, чтобы та замолчала. Крестьяне уважали дядю Мануэля, поскольку кроме соседней деревушки Сьерра-да-Эйри ему довелось повидать в жизни и другие места. Спокойствие его умных карих глаз придавало Люсии сил. Хорошо, что сейчас, когда вокруг столько чужих, он рядом.
1
Приор – настоятель католического монастыря или первый помощник аббата-настоятеля. (Прим. пер.)
Она старалась не обращать внимания на все, что ей кричали, и не чувствовать запаха мяты, сосен и пряного аромата дикого розмарина. И ее мысли, и ее глаза были направлены на парящий в воздухе образ Девы.
Деву видели только сама Люсия, Франциско и Гиацинта. Ее слова слышали лишь Люсия и Гиацинта. Люсии показалось странным, что Франциско не удостоился такой чести, но еще при Своем первом явлении Дева сказала, что Франциско, чтобы приблизиться к небесам, нужно еще много молиться.
Над пестрой долиной, известной как Кова-да-Ирия, пронеслось легкое дуновение. Эта земля принадлежала родителям Люсии. На ней повсюду росли оливковые деревья, отчего долина всегда выглядела зеленой. Здесь росла высокая трава, из которой получалось прекрасное сено. Кроме того, здесь выращивали картофель, капусту и кукурузу.
Поля отделялись друг от друга невысокими стенами, сложенными из старых камней. Большинство из них давно осыпались, и Люсия очень радовалась этому, потому что так овцы могли пастись где угодно. Ей, Франциско и Гиацинте родители поручали пасти овец, и вот уже несколько лет день за днем они гуляли в полях, играя, молясь и слушая, как Франциско играет на флейте.
Но два месяца назад, когда произошло первое явление, все изменилось.
С тех пор на них сыпались бесконечные расспросы и насмешки окружающих. Мать Люсии как-то даже отвела ее к приходскому священнику и заставила признаться, что все это лишь ее выдумки. Выслушав Люсию, священник сказал, что Дева не может спуститься с небес только
Небо затянулось облаками, и зонты, под которыми зрители прятались от солнца, начали закрываться. Встав, Люсия закричала:
«Снимите шляпы, я вижу Деву!»
Мужчины послушались, многие начали креститься, как будто стыдясь своей грубости.
Повернувшись в сторону видения, Люсия опустилась на колени.
«Vocemece que me quere? – спросила она. – Что Вы хотите от меня?»
«Нельзя больше оскорблять Господа Бога нашего. Он и так перенес много оскорблений. Я хочу, чтобы в тринадцатый день наступающего месяца ты приходила сюда и каждый день произносила пятьдесят розариев. [2] Ибо только молитва сможет помочь».
2
Розарий, или лествица, – повторяющаяся молитва «Богородице Дево», перемежающаяся с «Отче наш». (Прим. пер.)
Люсия не отрывала глаз от Девы. Ее прозрачный облик был озарен лучами желтого, белого и голубого света. Прекрасное лицо омрачено скорбью. В сложенных руках Она держала четки, похожие на жемчуг. Ее голос был мелодичным и приятным, он звучал ровно, без резких нот, как свежий ветер, который по-прежнему гудел в деревьях, несся над толпой.
Собравшись с духом, Люсия произнесла:
«Скажите нам, кто Вы, и совершите какое-нибудь чудо, чтобы все поверили в Ваше явление».
«Приходите сюда каждый месяц в этот день. В октябре Я скажу вам, кто Я и чего хочу от вас, и совершу чудо, в которое поверят все».
Весь прошлый месяц Люсия придумывала, о чем попросить Деву. К ней многие обращались с просьбами о своих больных близких, которые были слишком слабы, чтобы говорить сами. Вдруг она вспомнила одну из просьб:
«Вы можете исцелить больного сына Марии Карейры?»
«Я не стану исцелять его. Но Я обеспечу его средствами к существованию, если он будет ежедневно читать розарий».
Люсии показалось странным, что сошедшая с небес Святая Дева являет милосердие на определенных условиях. Но нужно показать преданность Ей. Их приходской священник всегда говорил, что только молитвами можно снискать милость Божию.
«Жертвуйте собой во имя спасения грешников, – говорила Дева, – и каждый раз, принося жертву, повторяйте: „Иисус, я делаю это во имя Твоей любви, ради обращения заблудших и во искупление грехов, совершенных против Непорочного Сердца Марии“».
Дева разомкнула сложенные ладони и протянула руки навстречу детям. Исходящее от Нее сияние согрело Люсию, как луч солнца в морозный зимний день. Охваченная этим благолепным чувством, Люсия не сразу заметила, что божественный свет озарил не только ее, но и остальных детей. Они все упали на землю, и земля перед глазами Люсии разверзлась.
То, что она увидела, было непонятным и незнакомым и ужаснуло ее.
Перед ней полыхало целое море огня. Среди языков пламени, как куски мяса в кипящем супе, метались темные фигуры. Они напоминали человеческие силуэты, но черт лица было не различить. Фигуры то возникали из пламени, то вновь исчезали, издавая пронзительные вопли и стоны, от которых по спине Люсии пробежали мурашки.
Теперь черные тени напоминали животных, они задирали морды к небу и выли, рычали, хрипели. Они внушали страх, мертвящий ужас. И Люсия поняла, кто это на самом деле.