Требуется дворник

Б. ДЕХТЯР

ТРЕБУЕТСЯ ДВОРНИК

(юмореска)

Он вошел в мой кабинет, когда стрелки на стенных часах показывали без пяти минут шесть, снял меховую шапку-пирожок и попросил разрешения сесть.

– Садитесь, - буркнул я нелюбезно. Пока он, сидя в кресле, расстегивал пуговицы дубленки и доставал из внутреннего кармана пиджака бумажник из тисненой кожи, я разглядывал его. У него было худое бледное лицо, светлая бородка клинышком в очки в золотой оправе.

Из бумажника он вынул записную книжку, перелистал ее и спросил:

– Это ваше объявление?

– Какое?

–

Вот это.

И он ровным голосом прочитал мое объявление, которое я расклеил где только мог еще полгода назад. В нем говорилось, что нашей жилищно-эксплуатационной конторе срочно требуется дворник. А еще там было сказано, что дворнику, если он пожелает, будет предоставлена служебная жилая площадь в новом благоустроенном доме. Кроме того, в объявлении подчеркивалось, что контора согласна взять дворника по совместительству. Это я написал в отчаянии. Дело в том, что дворник нам был нужен позарез. И я готов был не только оформить его по совместительству, но и отдавать ему каждый месяц свою зарплату, Вот до чего дошел! Между прочим, найти дворника не так-то просто. Но я отвлекся. Извините.

– Объявление датировано июнем, - сказал он, - а сейчас декабрь. Оно в силе?

– То есть как "в силе"?
– не понял я.

Он снял очки и улыбнулся. Должно быть, подумал: "Вот остолоп, простых слов не понимает".

– Я спрашиваю, требуется ли еще вам дворник?

– Требуется, - прошептал я.

– Прекрасно!
– Посетитель надел очки.
– Я к вашим услугам.

– Вы хотите работать дворником?
– уточнил я.

– Вот именно, мой дорогой, вот именно.

Я не знал, что думать. Уж очень не вязались ни его возраст, ни его профессорская внешность с привычным обликом дворника.

Угадав, видимо, мои мысли, он сказал:

– Нет, нет, я вас не разыгрываю. Я действительно хочу работать дворником. Но с двумя условиями.

– С какими еще условиями?

– Вы меня оформляете по совместительству, как сказано в объявлении, и разрешаете мне являться на работу ночью.

Второе условие меня смутило. Я спросил:

– А почему ночью?

– Люблю работать, когда никто не мешает.

Что ж, понять его можно. Кому приятны бесцеремонные взгляды уличных зевак.

– Ну, хорошо, - сказал я, - вы хотите оформиться по совместительству. Значит, вы уже работаете?

– Безусловно.

– Где.

– В НИИЭХе.

– Это, видимо, научно-исследовательский институт?

– Да, это научно-исследовательский институт экспериментальной химии.

– А кем вы там работаете, если не секрет?

– Я профессор.

Вот как! Выходит, интуиция меня не подвела, когда я обратил внимание на его профессорскую внешность.

– Простите за любопытство, - продолжал я допрос, - но чем же привлекает вас должность дворника?

На его тонких губах промелькнула ехидная улыбка.

– Дополнительным заработком. Деньги, мой дорогой, на улице не валяются.

Каков гусь, подумал я, разговаривает со мной как с мальчишкой. Этот покровительственный тон, это выражение "мой дорогой". И насчет денег, должно быть, это он меня разыгрывает. Но вряд ли он сейчас скажет, что заставляет его браться за метлу.

– Что ж, - сказал я, -

ваши условия я принимаю. Но взамен выставляю свое.

– Какое?

– Я оформлю вас дворником только после проверки.

Профессор стремительно вскочил с кресла.

– Вы полагаете, что я не справлюсь со своими обязанностями?!

– Да, - сказал я твердо, - полагаю. Взгляните в окно. Видите, что там делается? Валит снег. Мостовая и тротуары обледенели. А ведь вы, наверно, лом и скребок никогда в руках не держали.

– Не держал, - признался профессор.
– Но это не имеет ровно никакого значения. Я очищу улицу от снега и льда максимум за десять минут.

– Всю улицу?!

– Всю.

Я тоже поднялся с кресла.

– Бросьте шутить. Опытный дворник сейчас и за день не управится, а вы просите десять минут.

– Вам нужны доказательства?
– спросил он.

– Конечно.

– Я готов их предоставить.

Я рассмеялся.

– Вы меня заинтриговали, профессор. Не будем откладывать дело в долгий ящик. Давайте встретимся ночью, и вы покажете, на что способны.

– Согласен. Назовите место и время встречи.

Я немного подумал и назвал самый мой запущенный переулок.

– Это рядом. Время - час ночи.

– Немного рановато, - заметил он.
– На улицах еще будут прохожие. А мне бы не хотелось иметь лишних свидетелей.

– А три часа ночи вас устраивает?
– спросил я.

Профессор кивнул.

– Вполне.

– Значит, по рукам?

– По рукам.

Он ушел. А я еще долго ходил в раздумье из угла в угол. И чем больше думал, тем больше запутывался. Да, не иначе все это розыгрыш! Наконец я махнул рукой, оделся и пошел домой, решив, что ночью все выяснится.

К месту встречи я пришел не в три, а в два часа ночи - не сиделось дома. С собой я принес лом, скребок и метлу - все, что могло понадобиться профессору для работы. Складывая их у стены, я пытался представить себе, как он в своих очках будет долбить ломом лед. Этот переулок я, повторяю, выбрал не случайно. Он не убирался уже давно и весь утопал в сугробах. Пусть-ка старик почувствует, каково приходится дворникам. Выдохнется, небось, за минуту. И тут у меня мелькнула мысль, что профессор не придет. Пошутил, и хватит. Дурак он, что ли, чтобы тащиться ночью на окраину города, тем более что мороз разыгрался не на шутку. Чтобы не закоченеть, я начал отбивать ногами чечетку и хлопать себя руками по бедрам. Я, наверно, смешно выглядел со стороны. Пожилой дядя с брюшком неуклюже топчется на снегу. Но смеяться надо мной было некому. Кругом не было ни души.

В конце переулка блеснули автомобильные фары. Через мгновение около меня затормозила "Волга". За ветровым стеклом виднелась знакомая шапка-пирожок.

– Доброй ночи, - сказал профессор, вылезая из машины.
– Не опоздал?

Я взглянул на часы. Было ровно три часа ночи, секунда в секунду.

– Вы пунктуальны, профессор. А я, признаться, подумал, что вы не приедете.

– Почему?

– Ночь, мороз, - развел я руками.

– Мороз действительно большой, - согласился он.
– Однако не будем терять времени. Какой участок вы мне прикажете освободить от снега?