Траун
Шрифт:
— Дриллер или Ночной Лебедь? — вставил слово Юларен.
Джуахир перевела взгляд на полковника:
— Дриллер упоминал это прозвище. Но мы с ним обсуждали только то, что нужно сделать для нашей борьбы. Чтобы изменить Империю к лучшему.
— И тогда вы вспомнили обо мне, — подхватила Аринда. — Бедняжка Аринда Прайс, выброшенная на задворки Корусанта. Идеальная марионетка.
— Все было не так.
— Но почти так. — Она посмотрела на Юларена. — У меня все. Спасибо вам.
— Постойте, — взмолилась Джуахир, когда агенты потащили ее
Аринда подняла руку. Юларен сделал то же самое, и агенты остановились.
— Вот что я предлагаю, Джуахир, — начала она. — Тебя будет допрашивать полковник Юларен. Если ты расскажешь ему все без утайки, то тебя не казнят, а отправят в тюрьму.
Лицо бывшей подруги совсем побелело.
— Арин да...
— Я на пути к власти, — перебила та. — Если я добьюсь своих целей, то смогу задействовать нужные связи и вытащить тебя из тюрьмы через несколько лет. Если же нет... — Она пожала плечами.
— Арин да!
Но Юларен уже махнул рукой, и Джуахир снова поволокли прочь. Аринда приросла к месту, не оборачиваясь, пока за спиной не хлопнула дверь.
— Что делать с ней? — спросил полковник.
Девушка повернулась, пытаясь проморгаться от непрошеных слез. В дверях кабинета стояла Х’сиши, молча глядя на них.
Она что, спрашивает совета?
Ну конечно же: Юларен и Таркин совместно курировали дело «Заоблачной дали», и хотя о назначении Аринды еще не было официально объявлено, полковник, похоже, об этом пронюхал.
— Командор Траун сказал, что она непричастна, так ведь?
— Да, он пришел к такому выводу, — подтвердил Юларен.
— Вы нашли доказательства, опровергающие это?
— Нет.
— Тогда, полагаю, мы не можем ее задержать. — Аринда предостерегающе подняла палец, обращаясь к тогорианке. — Но рекомендую вам как можно скорее уехать с Корусанта. Ваша бывшая сотрудница может попытаться утопить вас вместе с собой. Так она поступает с друзьями.
— Спасибо, — серьезно произнесла Х’сиши. — Госпожа Аринда, полковник Юларен. — Попрощавшись, она скрылась за дверьми своего кабинета.
Девушка улыбнулась. «Госпожа Аринда». Бессмысленное обращение, скрывающее под тонким слоем вежливости привычное презрение. Титул бессильных и безвестных.
Но с этим покончено. Навсегда.
«Губернатор Прайс». Да, это звучало гораздо внушительнее.
«Очередная неделя, — мысленно приговаривал Илай, — очередное задание».
На этот раз они ловили контрабандистов, орудовавших небольшими группами в захолустных системах. У капитана «Громового жала» особенно лихо получалось искоренять подобные угрозы имперской экономике, и на Корусанте, по-видимому, это тоже заметили.
Разумеется, Траун хотя бы частично был обязан этим успехом способности Илая выискивать и сопоставлять маршруты грузовых перевозок. Это позволило положить конец как минимум четырем контрабандным схемам, в
Причем в двух из них также фигурировал Ночной Лебедь.
Илай нахмурил брови. Охота на Ночного Лебедя начала выходить из-под контроля. «Громовое жало» вовремя прибыл в нужный сектор, чтобы пресечь одну незаконную операцию, но вторую контрабандисты успели свернуть до прибытия патруля. В придачу к этому Илай выявил еще по меньшей мере пять эпизодов, которые соответствовали образу действий Ночного Лебедя, в секторах за пределами юрисдикции «Громового жала». Это связывало Трауну руки.
Командор всегда отправлял предупреждения командующим флотами в тех секторах. Но либо сообщения медленно проходили по инстанциям, либо корабли были заняты на других заданиях, а в некоторых случаях Трауну просто не верили. От ИСБ помощи было не дождаться, и даже здесь зачастую только полковник Юларен относился к докладам чисса со всей серьезностью.
Траун на каждом шагу твердил о структуре и закономерностях. Прослужив под его началом почти четыре года, Илай только-только научился угадывать в отдельных штрихах полную картину. Остальным флотским офицерам и это было не под силу. Скорее всего, они никогда и не научатся.
Пока что ни самому мичману, ни его командиру не удалось разрешить только одну загадку: почему Ночной Лебедь так упорно старался умыкнуть у Империи дуний и зачем Империи понадобился этот металл.
Никакой стройкой это было не объяснить. Каждый раз, когда Илай сопоставлял цифры, количество запасенного Империей дуния существенно превышало любую гипотетическую потребность. Неужели металл складировали, чтобы использовать в будущем? Траун заводил разговоры во дворце: не планирует ли Император каких-то особых проектов? Может быть, экспедицию в Неизведанные регионы, и даже не одну? Слишком много вопросов оставалось без ответов.
Но все они отступали на задний план перед тем, которым офицеры озадачились сегодня: почему их с Трауном неожиданно вызвали на Корусант?
Происшествие на Сифаре здесь было ни при чем. Это дело давно рассмотрено, и все обвинения сняты. Неужели Юларен раскопал что-то новенькое на Ночного Лебедя и ему не терпелось лично поделиться находкой с чиссом? Или Верховному командованию надоела его охота за одним-единственным человеком и им прикажут прекратить забрасывать других офицеров депешами только потому, что Трауну кажется, что те плохо работают?
А что, если Илай в своих поисках и расчетах переступил невидимую черту? Тот факт, что мичману было приказано явиться вместе с командором, немного выбивал из колеи.
— Сэр, вам известно, что они затевают? — прошептал Илай, когда в зал один за другим вошли высокопоставленные офицеры.
— Нет, — ответил чисс. — Но мне показалось любопытным, что вас тоже вызвали.
Значит, он тоже озадачен. Ничего удивительного.
— Попробуйте проанализировать их мимику, — предложил Траун.