Чтение онлайн

Горизонты кольцетрассы С64 во многих местахпронизывали горную систему, как шпага пронизывает грудь неудачливого фехтовалищика. Постепенно путники забирались все выше, угол наклона дороги становился все ощутимее. Слегка закладывало уши. На высоте в тысячу двести метров, когда нижние уровни сплита Р49 начали один за другим исчезать в пробитых сквозь скалу тоннелях, Нэш в соответствие со сто четырнадцатым пунктом дорожных правил переключился на автомат. Три верхних уровня тянулись над поверхностью хребта, и Арви с Поверфулом приняли коллегиальное решение ехать

по нижнему тринадцатому. Четырнадцатый был дороговат, про пятнадцатый речь не заходила вообще.

К тому времен, когда роллс перебрался на тринадцатый горизонт, угол подъема трассы постепенно уменьшился, дорога достигла верхней точки и перешла в плоскость. Спустя четверть часа автомобиль, повинуясь программе автопилота, сбавил скорость, начал перестраиваться вправо, пока наконец не выкатил на просторную парковку.

– Вот мы и на месте, - сказал Нэш.
– Стоянка полноплатная. Давайте, я сразу погашу из бортового счета пятнадцать минут, а там видно будет.

– Тридцать, - сказал Арви, глядя в окно.

Нэш, подумав, кивнул.

Машина мягко остановилась недалеко от ограждения.

– Ну, я пойду?
– сказал Арви, поднимаясь из кресла.

Нэш кивнул. Сам он идти никуда не собирался.

"И ладно, - думал Арви, натягивая в прихожей пальто и похожую на шлем стеганную шапку.
– И хорошо. Пусть сами за себя решают. Мне компания не особенно нужна".

Холодный воздух волной наполнил его легкие, окатил, захлестнул так, что перехватило дыхание. Порыв ветра толкнул в лицо, запахом еще невидимой, но уже вполне предсказуемой весны. Стало тревожно и удивительно хорошо.

Арви оглядел длинную консоль пустой парковочной площадки. Слева гигантские жуки машин сосредоточенно и деловито неслись по абсолютно ровному, расчерченному полосами разметки дорожному полотну, а справа распахнулось во всю ширину забросанное неопрятными сероватыми тучками, но ослепительно-синее и глубокое, как прозрачная, вода, небо, подпертое снизу заснеженными вершинами гор.

Арвидас сделал два десятка шагов и вышел на обзорный балкончик, огороженный перилами. Теперь, когда смотреть вверх не мешал нависающие над головой конструкции четырнадцатого горизонта, ему показалось, что если раскинуть руки в стороны и толкнуться ногами, можно легко перемахнуть через перила и заскользить по стеклянной синеве небес, подобно ангелу или большой хищной птице.

Арви втянул носом пронизанный незнакомыми запахами воздух и, щурясь стал смотреть вперед, на горы, до середины заросшие щеткой леса. Конусы заснеженных вершин торчали из синеватого ельника будто манишки из фрачных костюмов. Это было очень красиво. Мысли о загадках каверзного Захарии как-то сами собой выветрились из головы. Арви просто стоял и, забыв о времени, смотрел то на каменные изломы, прорезанные трещинами белых распадков, то на тучи, бегущие по линиям небесных магистралей.

– Обалдеть, - негромко сказали сзади.

Мужчина вздрогнув, обернулся и, Мерседес, поправляя меховой воротничок, остановилась у самых перил.

– Даже не ожидала,

что тут так красиво, - сказала она, глядя на горы широко открытыми блестящими глазами.

– Да, красиво, - подтвердил Арви.
– Вы здесь в первый раз?

– В первый, - сказала Мерс.
– Когда была маленькой, мы жили на гигвэях Север-Север и Север-Восток, когда выросла, в основном болталась по центру... А тут такая красота.

Некоторое время они стояли рядышком и, опираясь на холодный суперпластовый парапет, молча смотрели на лес, скалы и небо.

– А у вас на Балагане есть горы?
– внезапно спросила Мерседес.

– Смотря на каком.

Девушка стояла, вытянув стройную шею и высоко задрав подбородок, так, что смуглая кожа обтягивала скулы. На щеке темным вытянутой точкой застыла слезинка-родинка. Мерседес, чуть приоткрыв губы, ждала продолжения. Арви кашлянул.

– Бинарная Балагана - двойная система, - сказал он.
– На Балагане-2 гор почти нет, так... холмы, а вот на Балагане-1, где я вырос, есть несколько настоящих горных систем.

– Наверное красиво?

– Очень красиво, - заверил Арви, постепенно оживляясь.
– Самая знаменитая из всех гряда Оз. Она делит континент Барнума почти точно напополам. Я там бывал и в детстве, и позже, когда учился в "Планке". Шести и семитысячники, покрытые вечными снегами. Верхушки скал тонут в облаках. Но самое красивое, Мерс, это горные цирки. На нашей планете вообще туча самых разных цирков.

Темные брови недоуменно приподнялись и, Арви чувствуя, что девушка не совсем понимает о чем речь, спросил:

– Здесь, на Земле что, нет цирков?

Мерс помотала головой.

– Незадача, - растерянно пробормотал Арви.
– Как бы объяснить.
– Он помолчал, подбирая слова.
– Цирк это...
– Он сделал руками огромный круг.
– Это такой особый жанр искусства. Микс из акробатики, театра, музыки и все в одном флаконе. Целое представление из множества номеров: веселых, грустных, фееричных. Артисты делают трюки а публика получает удовольствие. Сумасшедшее шоу. Гимнасты, клоуны, канатоходцы, иллюзионисты. Развлечение возведенное в ранг искусства... Черт! Я наверное непонятно объясняю. Вы понимаете?

– Вроде каруселей и горок, как в луна-парке?
– робко сказала Мерс.

Арви сморщил нос:

– Гораздо интереснее.
– Его глаза блестели.
– И гораздо разнообразнее. Только на Балагане-1 больше тридцати тысяч цирков, это еще не считая бродячих трупп с пластинными шапито. Есть водные, есть воздушные цирки, несколько орбитальных и даже подземные. На склонах Оз два десятка горных цирков. Вы не представляете, Мерс, что это за чудо.

И он принялся рассказывать про цирковые города с сетчатыми и тоннельными гостиницами вокруг зрелищных комплексов. Про ледниковые цирки, лавинные цирки, канатные цирки, про скальные вертикали. Как зрители специально ездут в цирки Оз. Поднимаются в горы на скоростном фуникулере или на флаерном такси и на несколько дней попадают в настоящую сказку.