Трапеция
Шрифт:
теперь будет со мной. В смысле, с точки зрения закона.
– Господи, совсем забыл. Твой контракт дома, в банке – в депозитной ячейке
Папаши Тони. Я отправлю Джо телеграмму, пусть разберется. Наверное, надо
будет подписать кое-какие бумаги… Ты не против, если я стану твоим опекуном?
– Я не считаю, что это необходимо, – заметил Марио. – Томми шестнадцать.
Может, ему уже можно самому заключать контракты?
– Узнаем, – пообещал Анжело. – Хотя, по-моему, по калифорнийским
опекуна. Юристы Вуди скажут мне точнее.
– Я не против, если Анжело назначат моим опекуном, – вставил Томми.
– Что я говорил? – пробормотал Джонни. – Дрессированный кот!
– Заткнись, а? – взорвался Марио. – Томми вообще не знает, что будет с его
контрактом, и то не скандалит. Ты-то чего на Анжело взъелся?
Стелла, как разъяренный котенок, выпустила коготки.
– Вы все набросились на Джонни, а он только хочет, чтобы было видно, что
сейчас двадцатый век, а не какая-то старая диктатура! Разве мы не избавились
от Гитлера?
– Мэтт… Стелла… прошу! – застонал Анжело. – Давайте разберемся после шоу.
Наши дела плохи и без семейных перебранок. Папаша Тони едва остыл, а мы уже
деремся за главенство! Стелла, если хочешь сегодня днем выйти с нами, я не
против… это не оспаривается. Сам схожу к Вуди и получу добро. Такой вариант
тебе подходит, Джонни?
Джонни, устыдившись, замолк. Но когда они все одевались к дневному
представлению, Анжело подошел к Томми и Марио, которые делили одно
зеркало.
– Мэтт, не делай сегодня тройное, ладно? Закончи двойным с пируэтом или еще
чем…
– Анжело, я уже три дня его не делал. Вуди взбесится.
– Ну и пусть бесится. У тебя в контракте сказано, что это на твое усмотрение.
– А еще у меня в контракте сказано, что я буду выкладываться по максимуму. И
именно из-за сальто он передвинул нас на центральный манеж. Он будет
злиться.
– И черт с ним!
Марио припудрил пластырь на щеке – он порезался, когда брился.
– Эй, эй, Анжело, в чем дело? У тебя предчувствие, что ли?
– Нет, но беда не приходит одна. И… вот дьявол, – выпалил он, – я просто боюсь, что не смогу тебя поймать!
– Хорошо, – озадаченно протянул Марио. – Как скажешь, ты босс. Кстати, Джонни меня ловил пару раз. Может, пусть он попробует?
– Нет, – отрезал Анжело. – Просто пропусти.
– Разумеется, дружище, как скажешь, – согласился Марио. Но когда Анжело ушел
за накидками, висящими на стене шатра, вслух удивился: – И какая муха его
укусила?
На следующий день Анжело не протестовал против тройного, однако
несколькими
побарабанил в тонкую стенку купе.
– Томми, Мэтт, подойдите, пожалуйста.
Томми уже успел раздеться. Он натянул штаны и обувь обратно и вместе с Марио
пошел в соседнее купе. Анжело курил, пол был покрыт пеплом. На предложенную
сигарету Марио покачал головой, Томми тоже отказался.
– Сядьте. И слушайте. Я не буду ходить вокруг да около. Джонни скажу позже, но
вам решил сообщить сейчас. Я хочу бросить.
– Бросить? – уставился на него Марио. – Что бросить?
– Бросить полеты. Нет, Мэтт, дай мне сказать. Даже самая фантастическая
удача когда-нибудь кончается. Я летаю с двенадцати или тринадцати лет. Это
четверть века, двадцать пять долбаных лет в ловиторке. У Сантелли раньше не
было по-настоящему серьезных несчастных случаев, даже Джо и Люсия
пережили свое падение. По статистике шансы уменьшаются с каждым днем. Я
хочу уйти прежде, чем настанет моя очередь.
У Марио отвисла челюсть.
– Да ты свихнулся, – проговорил он наконец. – Что мы будем без тебя делать? Ты
глава Летающих Сантелли!
– Ну да! – скептически проворчал Анжело. – Расскажи это Джонни.
– Я ему шею сломаю!
– Нет. Это другое, Мэтт. Из меня не выйдет padrone. Я могу раздавать приказы, но управлять… нет. А вот ты, если как следует возьмешься, сможешь. Но пока я
рядом, ты этого делать не будешь.
– Но Джонни не станет меня слушаться! – выпалил ошеломленный Марио.
Анжело стряхнул пепел с сигареты.
– Тебе придется разбираться с ним самому. Прости, что так поступаю с тобой, Мэтт. Мне правда жаль. Но я все думаю о Тессе. Я так и не успел узнать ее как
следует. А сейчас вбил себе в голову, что в любой день все может закончиться, и
у меня не будет шанса стать ей настоящим отцом. Я пас. Я вернусь в
Калифорнию и заберу Тессу из этого проклятого интерната. У меня есть семья, и
такая жизнь не по мне. Если хочешь, считай, что у меня сдали нервы.
– Но чем ты будешь заниматься?
Анжело пожал плечами.
– Чтоб я знал. Что-нибудь найду. Может, пойду в каскадеры.
– Это еще опаснее, чем полеты.
– Тогда подожду, пока и там сдадут нервы, и уйду оттуда тоже! Я твердо знаю
одно – с полетами покончено. Сегодня вечером я отдал Вуди заявление. Он
предлагал мне прибавку и Коу Вэйленда в качестве ассистента. Я отказался.
– Анжело, слушай, – сказал Марио через минуту. – Я поговорю с Джонни. Если