Тотем ночи

Олег Готко

ТОТЕМ НОЧИ

"У Ночи голова волка, крылья

совы и душа охотника. Отруби волку

голову, отрежь сове крылья, вырви

сер- дце охотнику и они придут к тебе

после заката Солнца."

Старая индейская легенда.

НОЧЬ ПЕРВАЯ: ЖИЗНЬ СРЕДИ ЛЮДЕЙ.

23:59

– Полночь, - буркнул в ответ старший сержант Булка и опустил рукав казенного полушубка, поверх которого был натянут желтый светоотражающий слюнявчик.
– Холодно, черт побери!

Часы спешили на одну минуту. Этого мистического

отрезка времени сержанту обычно хватало, чтобы никуда не опаздывать или наоборот, орать подчиненному, что он его ждет уже целых шестьдесят секунд.

– И Васька, черт бы его побрал, где-то запропастился, - вздохнул Роман Шевчук. Ему совсем недавно стукнуло двадцать три года и был он младше напарника на два года и одну нашивку.

– Не к добру все это, - на правах старшего каркнул Булка и они разошлись в разные стороны.

Ситуация в самом деле была никудышная. Уже минут сорок прошло с тех пор, как они послали водителя дежурной машины на вокзал за сигаретами и торчали на ноябрьском ветру. Булке отчаянно хотелось курить и бить полосатым жезлом по голове бродячих собак, потявкивающих из темноты. Других удовольствий ночное дежурство не предполагало.

Неожиданно послышался протяжный вой и в скудном пятне света умирающего на пустынном перекрестке фонаря появилась фигура мужчины. Мелькнула и исчезла. Вслед за ним протрусила стайка собак - Что это было?
– свистящим шепотом спросил Шевчук, мигом оказавшись рядом с Булкой.

– Граф - местный придурок, - бывалый постовой похлопал его по погону. Собаки за ним, как привязанные.

– А воет чего? Да такого, как он, давно уже пора сдать куда следует!

– А собаки?

– А-а, ну да... Не люблю собак, - они снова разошлись в разные стороны.

Дул ветер. В темноте корячились голые деревья. Одно за другим гасли окна в пятиэтажных домах по обе стороны улицы. На отдаленном девятиэтажном здании помигивал красный маячок. Время от времени рация шипела и отрыгивалась.

– Не дай бог и это не он, - подал голос Шевчук, переходя дорогу.

Булка повернул голову и заметил огни фар. Медленно, очень медленно они приближались.

– Кретин, ползет, как черепаха!

– Издевается, - подтвердил Шевчук, - скотина!

Он поднял жезл и лениво помахал им.

То, что произошло после этого, ожидалось меньше всего. Вместо того, чтобы остановиться, машина увеличила скорость и пулей пролетела мимо.

– Что это с придурком?!
– глупо хлопая глазами, пробормотал Роман.

– Сам ты придурок! Это не придурок! То есть, не наш придурок!

– А чей?
– запутался в трех придурках напарник.

– Это придурочный придурок!!!
– завопил сообразительный Булка, - У тебя рация работает?!

– Ну да. А что?

– Объявляй перехват!
– скомандовал Булка.
– Ты номера, случайно, не заметил?

– Случайно нет...

– Черт с ним! Все равно объявляй! Я же говорил, что все это не к добру!!!

Шевчук послушно завопил в рацию

о цвете машины и предполагаемом направлении движения. Наряд засуетился, как мухи над навозом - нужно было клевать.

Васька по-прежнему шлялся черт знает где.

00:03

– И не спится волкам!
– возмущенно заметил Сергей - пассажир и большой друг водителя. К тридцати годам из него получился любитель выпить и не ходить домой пешком.

– Все из-за тебя, Бирюк!
– не согласился на компромисс Вовка Довбня. Сколько раз я клялся выпившим за руль не садиться!..

Оба подрабатывали, чиня битые машины. Занимались они этим скорее по необходимости жить, чем по велению души. Сегодня благодарный клиент, поклявшись расплатиться в ближайшем будущем, выставил им слишком щедрый магарыч. Это было одной из причин, почему Довбня поддался на уговоры друга. Если бы не настойчивые просьбы подкинуть домой, то машина мирно стояла бы в гараже, вместо того, чтобы петлять по переулкам и греметь на многочисленных колдобинах. Время от времени водителю приходило в голову, что дружба у него с Бирюком несколько однобока и нужна больше тому, чем ему самому. К чести Вовки нужно заметить, что такие мысли никогда не приходили ему в трезвом состоянии.

Этим он, в основном, и отличался от своего друга.

– Да кто же знал!

– Кто, кто... Твоя мама, - передразнил Вовка.
– Теперь они объявят перехват и будешь мне деньги на штраф сам собирать. Пальцем не шевельну!

– Да ладно тебе, так сразу и штраф! Ты же не первый год за рулем.

– Еще бы! Мастерству вождения меня учил сам Вождь! Для меня это мастерство - как на ладони!

– И это чувствуется! Ты едешь, как хиромант по линии судьбы! Успокойся!

– Так ведь погоня!

– Я понимаю, что дорога - это линия судьбы, но не верю, что судьбы у нас - две сиамские сестры!

– А зря!

– Сейчас поставим ее где-нибудь в укромное местечко и пойдем по домам. А маму не тронь. У нее плохое зрение.

– Лучше бы они ослепли, - жесткий был человек и стоматолог по образованию Владимир Довбня.

– Кто же спорит, Володя, - тут Бирюк прикусил язык на выбоине. Профессии у него не было, но это совсем не мешало ему тоже не любить людей. Правда, если приятель это делал несколько выборочно и с жаром, то он Человечество ненавидел скопом, но как-то вяло.
– Ты бы не гнал, а то она меня точно больше не увидит. И тебя, кстати, тоже.

– А номера?
– переживал о своем владелец машины.
– Заберем с собой?!

– Не закатывай истерику! Нутром чую, что все обойдется.

– А что ты еще чуешь? Как будешь доказывать волкам, что ты не верблюд за регистрационным номером 052 - 67?

– Боюсь, что это таки твоя проблема, - согласился Сергей и вдруг толкнул локтем.
– Стой!

Тот остановил машину.

– Что?

– Кажется, я нашел подходящее место, чтобы поставить машину до утра. А оно, как тебе известно, вечера мудренее.