Тот
Шрифт:
— Ты не говорил, что нельзя, — заметила Кема, её мысли рассеялись.
— Тебе можно. Я только хочу знать, что ты пытаешься сделать, прежде чем ты это сделаешь. Ты причиняешь много неприятностей малейшим усилием, а затем уходишь. Как вчера вечером, например. Это было грубо с твоей стороны. — Тот притянул её к себе, и она почувствовала, как его твёрдый член прижался к её заднице.
— Кто говорит, что минет — это грубость, — сказала Кема, откидывая голову ему на плечо.
— Я не говорю о минете. Ты просто… ушла, как будто ничего не произошло.
—
— Меня не интересовал разговор.
— Нет? Что тебя интересовало, чародей?
Тот сильнее сжал её косу, осторожно оттягивая её голову назад, чтобы он мог провести губами по её горлу.
— Взаимность. Хотя я полагаю, что сейчас подходящее время, не так ли?
— Да, — ответила Кема, её голос надломился.
Рот Тота на её шее заставил жар разлиться по коже Кемы, её соски затвердели, а бёдра сжались. Его руки скользили по её груди, вниз по животу к пуговицам джинсов.
Кема закусила губу, чтобы сдержать всхлип, когда Тот скользнул рукой ей под трусики и собственнически сжал её. Его длинные пальцы скользнули вдоль её лона, заставляя её прижаться к нему, когда он достиг клитора.
— Мокрая и совершенная, — прошептал Тот. Он поцеловал и слегка укусил её за шею, от его пальцев у Кемы болел клитор и пульсировало тело. Она схватила книжные полки перед собой.
— Ты прав, мне не следовало уходить вчера вечером, — затаив дыхание, призналась Кема. Тот ввёл в неё палец, и её колени почти подогнулись.
— Нет, тебе не следовало этого делать. Я думал, что сойду с ума от твоего вкуса на моём языке, от воспоминаний о твоих губах на моём члене, от потребности быть внутри тебя, — ответил он, толкаясь быстрее, пока она не застонала. Он издал звук разочарования в глубине своего горла. — Недостаточно, мне нужно больше тебя.
Тот убрал руку, заставив Кему раздражённо зашипеть. Его мягкий, самодовольный смех был её единственным предупреждением, прежде чем он стянул с неё джинсы и нижнее бельё, и наклонил её. Нога Тота раздвинула её ноги шире, руки скользнули по её бедрам и потянули их выше.
Его блуждающие прикосновения прошли по ней, распространяясь и исследуя её. Его горячий рот открылся напротив неё, и Кема ахнула, дёрнувшись от удивления и внезапного удовольствия. Она попыталась выпрямиться, но он отвёл её бедра назад, сильнее прижимаясь к ней ртом. Его язык облизывал её длинными движениями, дразня её вход, прежде чем снова подняться и пососать клитор.
Кема так сильно вцепилась в полки, что ногти оставили следы на дереве. Она прикусила предплечье, чтобы заглушить стоны, ощущение было настолько сильным, что она уже собиралась кончить.
— Твой вкус намного лучше, чем я мог представить в своих мечтах, — произнёс Тот, его тёплое дыхание касалось её опухшей плоти. Прежде чем Кема успела ответить, он вонзил в неё два пальца, и она кончила так сильно и быстро, что её голова откинулась назад в громком крике.
— Разве это не самый красивый звук? — сказал
— Трахни меня, Тот, пожалуйста, — умоляла она, не заботясь о том, насколько разбитым и отчаянным был её голос.
Вместо этого Тот выпрямил её, мягко проведя пальцами по её ногам, прежде чем натянуть на неё нижнее бельё и джинсы. Его рука похлопывала по её холмику, посылая в неё небольшие толчки при каждом прикосновении.
— Пока нет, — ответил он.
— Почему нет?
Тот сжал её косу и повернул голову так, чтобы они оказались лицом к лицу. Его бронзовые глаза горели, когда он рассматривал её покрасневшие щёки, всё ещё тяжело дышащий рот и влажные ресницы. На его лице появилась улыбка, которую она раньше не видела. Это было глубокое удовлетворение, восторг и страсть в одночасье. Это было так сексуально, что её ноги снова превратились в желе.
Тот в последний раз сжал её холмик, щёки Кемы покраснели ещё сильнее, чем когда-либо, и он крепко поцеловал её губы.
— Потому что, милая волшебница, нам нужно пойти и поймать джинна.
Глава 18
Через несколько минут Кема обнаружила, что стоит на тёплом белом песке Марины Эль-Аламейн, её разум всё ещё был затуманен удовольствием и она пыталась уловить то, что говорил Тот.
— Откуда ты знаешь, что мы охотимся на джинна? — спросила она Тота.
Он выглядел неприлично спокойным и собранным, как будто не испортил её нижнее бельё несколько минут назад.
Тот полез в карман и вытащил светящийся шар.
— Это система раннего предупреждения о магических всплесках. Обычно, когда он так светится красным, где-то в Египте джинн совершает сделки. Магические подписи джиннов уникальны, так что это приведёт нас прямо к нему.
Кема оглядела прибрежные рестораны и хорошо одетых людей, прогуливающихся и смеющихся. Марина Эль-Аламейн была курортным городом, где любили отдыхать и тратить деньги богатые люди Египта.
— Почему джинн выбрал такое место для заключения сделок, а не трущобы? Эти люди ни в чём не нуждаются, — спросила Кема, застенчиво поправляя подол своего фиолетового топа. Богатые люди заставляли её нервничать, что она ненавидела.
— Джинны любят богатых, потому что им обычно приходится делать что-то противозаконное, чтобы стать таковыми. Гибкая мораль — это то, чем джинны могут легко воспользоваться. Богатые придурки всегда думают, что именно они заключают выгодную сделку, — ответил Тот, покачав головой. — Никто, кроме джиннов, не одержит верх в этих сделках. Не слушай ничего, что он тебе обещает.