Чтение онлайн

Сегодняшний День...

– Что ты имеешь в виду под этим «мы все еще женаты»?

Майлз пожал плечами.

– Я имею в виду, мы все еще женаты. Как еще можно интерпретировать это утверждение?

– Я подписала бумаги.

– Я тоже. Но от них нет особого толку, пока они лежат в ящике моего стола.

– Ты не отправил их юристам?

– Нет.

– Почему нет, черт возьми?

По его полным губам скользнула удивленная улыбка.

–

Моя маленькая женушка научилась сквернословить, не так ли?

– Я тебе не жена. Мне плевать, что бы кто ни говорил, – я пронеслась мимо него, вновь ворвавшись в спальню. – И я здесь не останусь. На этом чертовом корабле должна быть другая каюта, где я могу переждать следующие три дня.

– Не-а. У нас совершенно нет свободных мест.

– Откуда тебе знать?

– Я владею круизной линией.

Я резко развернулась, меня душил гнев:

– Ты что?

Снова эта улыбка:

– Ты меня слышала.

– Ты владелец этого корабля?

– И всего, что с ним связанно. Почему, ты думаешь, у нас лучшая каюта на корабле?

Я сопротивлялась порыву оглянуться по сторонам. Вместо этого я вернулась к своему первоначальному плану, который состоял в том, чтобы одеться и перебраться куда-нибудь в другое место. Я снова потянула за лифчик, на этот раз в немного более успешной попытке вновь надеть его. После чего скинула с плеч халат и надела через голову свою маечку.

– Вообще-то, это не очень подходящий наряд для обеда с капитаном.

– Я не буду обедать с капитаном. Я собираюсь отыскать место как можно дальше от тебя.

– И заставить всех думать, что в раю проблемы? Я так не думаю.

– Мы не вместе уже шесть месяцев. Уверена, все уже хорошо осведомлены о проблемах в нашем браке.

– Вообще-то нет. Не знаю, заметила ли ты, но о том, что мы… не вместе… в газетах не было ни слова.

Я подхватила свой чемодан и потащила его через комнату, притормозив только потому, что он загородил дверной проем.

– Подвинься.

– У нас есть брачный договор, Райли. Не знаю, помнишь ли ты все детали, но в нем говорится, что до тех пор, пока мы женаты, ты должна выполнять те обязанности жены, о которых я тебя прошу.

– Но ты мне уже заплатил. Тебе больше нечем меня заинтересовать.

– Конечно есть. Помнишь, я выплатил долг за дом твоих тетушек?

Мое сердце вдруг сжало холодным обручем:

– Да.

– На самом деле это было немного сложнее, чем я позволил тебе верить. Видишь ли, банк уже подготовил документы на взыскание, они просто дали твоим тетям немного больше времени на выселение. Так что, для того чтобы выплатить долг, мне фактически пришлось купить их дом. Я собирался перевести его на твое имя и передать тебе соответствующие документы на право собственности после окончания процедуры развода, но так как мы еще не разведены, право собственности остается на мое имя.

Я посмотрела на него, прищурив

глаза:

– Что ты хочешь этим сказать?

– Я говорю, что если ты не будешь сотрудничать, я вышвырну твоих теток из их дома и превращу его в место для парковки.

– Ты этого не сделаешь.

– Испытай меня.

В его голосе была жесткость, которая обычно провоцировала меня поспорить с ним. И я хотела. Я так хотела это сделать. Но не стала.

Я бросила чемодан достаточно близко к его босым ногам, и ему пришлось отскочить, чтобы тот не упал на его пальцы.

– Скажи, что я должна сделать?

– Не говори таким пораженческим голосом, любовь моя, – сказал он, проводя рукой по моей скуле. Я отстранилась, оставив его руку замершей в воздухе. Он опустил ее вниз, его глаза долгую секунду изучали меня. – Это, – сказал он наконец, – первый рейс обновленной круизной линии. Ее преследовали проблемы, но моя команда поработала над устранением причин большинства этих трудностей. Я здесь, чтобы доказать общественности, что такое не произойдет под руководством «LMR Инкорпорейшен».

– «LMR Инкорпорейшен»? Разве это не часть «Торн Финаншиал»? Ты работаешь с отцом?

Майлз слегка склонил голову, и я впервые увидела признак смирения, опаливший легким румянцем его щеки.

– Почему? А что с «Торн Констракшен»?

– Моя строительная компания по-прежнему процветает.

– Но ты работаешь на Джексона.

– Я выполняю обязательство.

– Но ты не собираешься сказать мне, почему.

Я отвернулась, пересекая комнату в несколько шагов, в то время как во мне начало расти чувство разочарования.

– Чему я удивляюсь? Ты же никогда мне ничего не говорил. Ты отказался объяснить, зачем тебе понадобилось жениться, никогда не объяснял, почему тебе понадобился кто-то вроде меня, и так и не объяснил, почему так внезапно все прекратил.

– Я объясню. Когда-нибудь. Но прямо сейчас мне нужна твоя помощь.

– Снова.

– Снова. Я знаю, ты злишься на меня...

– Злюсь?

Я повернулась, чтобы взглянуть на него, стоящего там с кремом для бритья, подсыхающим на его щеках, и в одном полотенце вокруг талии. Он должен бы выглядеть уязвимым в таком виде, но в Майлзе никогда не было ничего уязвимого. Фактически, он выглядел более мужественным, чем в смокинге, который был на нем на приеме Торгово-промышленной палаты Уайко.

Я покачала головой, не в силах остановить поток слов, которые слетали с моих губ.

– Я была влюблена в тебя. Я думала, что весь этот вздор про брак по расчету для нас остался в прошлом, что в ночь смерти твоей матери между нами образовалась связь совсем на другом уровне. Я думала, ты разделяешь мои чувства. Все эти ночи… но очевидно, что я ошибалась.

Я ждала, что он скажет что-то. Ждала, что признает, как он был неправ. Или, может, скажет, что я была не права. Но он ничего не сказал.