Торговец плотью
Шрифт:
Они помолчали, потом Тони пробурчал: “Черт побери!” — и сделал знак повторить заказ. Когда же Свэн глянул минут через пятнадцать на часы, словно собираясь уходить, Тони заторопился:
— Послушай, Свэн, забудь, что я тут трепался о тебе. Ну, сболтнул лишнее, извини.
— Известное дело.
— Знаешь, никак не могу привыкнуть к мысли, что ты заседаешь в законодательном собрании. Вспоминаю, к примеру, все те поручения, что ты давал мне, когда я еще пацаном бегал. Неужели никто не пытался шантажировать тебя, зная о твоем прошлом?
— Нет.
Тони вздохнул:
—Да, считай, повезло тебе, что не просочилось ни слова о твоих былых похождениях. Так ведь? Наверное, у других законодателей подноготная тоже не лучше, а?
— Угу. Ты бы немало удивился. — Свэн помолчал, изучающе глядя на Тони, потом добавил: — Ну, мне пора. Спасибо за угощение.
— Не за что. Ты еще повидаешься с Анджело?
— Обязательно, еще до завтрашнего отъезда.
— Как же мне хочется, чтобы ты намекнул ему, какой я отличный парень. Но наверное, ты сам знаешь, что делать, Свэн. — Тони усмехнулся, вставая из-за стола.
— Я подумаю об этом, — осторожно проронил Свэн. — Ты точно раскрутил свое дело на всю катушку?
— Еще как! А что?
— Да ничего. — Они вышли из ресторана, и, прежде чем разойтись, Свэн пожал Тони руку и неожиданно сказал: — Иногда я жалею, что слишком хорошо тебя знаю.
— Чего? О чем это ты?
— Да ни о чем особенном. Просто жалею, что знаю тебя как величайшего сукиного сына. Ладно, до встречи, малыш.
— Пока, Свэн.
На следующий день Тони отправился к Лео домой на Стрэнд и провел с ним около часа. Заключительные полчаса беседы были особенно важны, на взгляд Тони.
— Поговаривают, что Шарки не усидеть на своем месте, — забросил он для начала крючок. — Ты, наверное, радуешься такому обороту, Лео?
— О чем это ты?
— Ну, если Шарки уберут, кто придет вместо него? Кто-то же должен занять его место. Ты подходишь больше всех.
Лео, скрывая удивление, достал сигарету и постучал ею по ногтю большого пальца.
— Так ты считаешь?
— Есть ты, и есть Хэмлин из бугров, ну, и я, конечно. Ты пашешь на Шарки уже пять лет. На пару лет больше Хэмлина. Так кому, по-твоему, светит кресло?
— Я об этом, признаюсь, даже не задумывался. — Худое лицо Лео как бы посветлело. — Интересно, сколько хапает Шарки?
— Сказать трудно, но могу спорить, что около полумиллиона в год.
Лео присвистнул и растерянно заморгал темными глазками.
— Это же надо — такая куча деньжищ.
— Ага. — Тони нахмурился. — Но, судя по всему, Шарки еще может усидеть на своем месте долгие годы, если только кто-нибудь не стукнет на него Анджело. Черт, он так высоко сидит в своем офисе, что и не знает, как идут дела внизу. Наверное, даже не подозревает, как близок Эл к помешательству.
— Не может быть.
— Черта с два, не может быть! Ему кто-нибудь говорил об этом? Сам Шарки?
— Думаешь, ему надо сказать об этом?
— А ты как думаешь, Лео? Поставь себя на место Анджело. Разве ты не оценил бы намек, что твой главный помощник вот-вот спятит, ибо пьет как лошадь? Может, даже учетные книги подчищает? — Тони пожал плечами. — Черт, может, Анджело и имеет какое-то представление, но я уверен — не знает всей подноготной.
— Что ты там обмолвился о книгах?
— Просто предчувствие. Странная штука. Вчера я виделся со Свэном, упомянул, что бизнес в моем районе пошел в гору, — ну, знаешь, бывают ведь и подъемы, и спады. Свэн, похоже, удивился. Полагаю, Анджело тоже не в курсе. Не понимаю. Не может же Шарки утаивать выручку от босса?
— Да нет, — отозвался Лео. — Не похоже на него.
Они поболтали еще несколько минут, и Тони поднялся со словами:
— Побегу, пожалуй. Сосну немного перед сегодняшним обходом.
Лео проводил его до двери:
— Так ты шепнешь Анджело?
— Трудно сказать. Я же у вас новичок — ты его знаешь гораздо лучше. Может, и не мешает сделать это. Ладно, я линяю, Лео. Как ты насчет ленча завтра?
— О’кей. В час в “Домино”?
— До завтра, Лео.
Анджело поднял голову:
—А, хэлло, Тони. Присаживайся.
Тони сел на стул у края письменного стола. Уже в четвертый раз он приходит сюда: впервые четырнадцать месяцев назад, когда Анджело отдал ему место Элтери, и еще пару раз в следующие шесть месяцев, когда босс обговаривал с ним кое-какие дела. Потом закрутился, и не вызывали его давненько.
Анджело поморгал своими желтоватыми глазами и уставился на Тони:
—По моим сведениям, да и по твоим донесениям выходит, что в твоем районе дела идут прекрасно, Тони. Я помню наши телефонные разговоры о намеченных тобой переменах, но хочу, чтобы ты сам доложил подробнее о своих успехах.
Анджело занялся черной сигарой, раскурил ее и, скривив губы, зажал в зубах. Понимая, что Анджело прекрасно осведомлен обо всем, чем он занимается, Тони тем не менее принялся подробно рассказывать:
—За последние четыре месяца доходность моего района выросла на пятнадцать с половиной процентов. — Тони нанял на пару дней опытного бухгалтера, свалил на него кучу цифр и узнал кое-что о собственном бизнесе и процентных отчислениях.
Поэтому говорил со знанием дела. — Чистая прибыль района за тот же период увеличилась на четырнадцать и две десятых процента — пришлось пойти на кое-какие расходы. То, что чистая прибыль выросла на столько, на сколько увеличился общий доход, отчасти объясняется тем, что нам не пришлось отстегивать больше за крышу. Может, тут и произойдут со временем изменения, не знаю. Далее...