Топор
Шрифт:
– Представления не имею, о чем вы говорите.
– Он никогда не знает, о чем мы говорим, – заметил Карелла Хейзу. – Вот о чем мы говорим, мистер Рер: мы считаем, что вы нашли еще кого-то, кого можно было шантажировать, но, зная, что вам самому обращаться к нему нельзя, вы решили вместо себя подослать другого человека. Этим другим и оказался Джордж Лассер. Вот о чем мы говорим.
– М-мм, – промычал Рер. – А вы как считаете, мистер Рер?
– Я считаю, что это очень занимательно.
– Мы
– Но я сомневаюсь, что вы сумеете доказать ваши слова.
– Вы правы. Доказать мы не можем, – согласился Карелла.
– Так я и думал, – улыбнулся Рер.
– А нам этого и не требуется, – тоже улыбнулся Карелла.
– Не требуется?
– Нет.
– Как это?
– Нас такие пустяки, как шантаж, не интересуют. Нас интересует убийство. И время у нас на исходе, мистер Рер. Нам очень бы хотелось отыскать человека, на которого это убийство можно было бы повесить.
– Хотелось бы?
– Да, очень. Почему бы нам не договориться друг с другом?
– Каким образом?
– Мистер Рер, мы действительно не можем доказать, что вы с Лассером еще в 1939 году вымогали у кого-то деньги. Но мы в состоянии доказать случай шантажа в 1937 году, потому что нам об этом рассказал мистер Кавано, и я не сомневаюсь, что он согласится подтвердить свои показания, если дело дойдет до суда, а также назовет фамилию вашей жертвы. Другими словами, мистер Рер, мы доберемся до вас за тот поступок, если ничего другого предъявить не сумеем.
– М-мм, – опять промычал Рер.
– Понятно?
– И что же вы предлагаете?
– Мы не считаем, что вы убили Лассера, – сказал Хейз.
– Почему?
– Не видим причины. Из того, что нам стало известно, вы с Лассером были друзьями. Он участвовал вместе с вами в вымогательстве, предоставил вам подвал для игры. Для чего вам его убивать?
– М-мм, – промычал Рер.
– Разумно, мистер Рер?
– Я весь внимание, – отозвался Рер.
– По-моему, он начал понимать, о чем мы говорим, – улыбнулся Карелла Хейзу.
– Продолжайте, – предложил Рер.
– Ладно. Итак, вы с Лассером кого-то шантажировали. Заработав на этом, по-видимому, приличную сумму, потому что Лассер мог позволить себе оплатить учебу сына и лечение жены. Вы начали действовать сообща в 1939 году... – Мы начали это дело в 1938 году, – вдруг поправил его Рер.
– Благодарю вас, – отозвался Карелла. – А я-то думал, он и дальше будет играть в молчанку, Коттон.
– Я тоже так думал, – усмехнулся Хейз.
– Нам хотелось бы знать, кого вы шантажировали и на какую сумму, – сказал Хейз.
– А какая мне с этого польза? – спросил Рер.
– Большая, мистер Рер.
– То есть?
– Мы оставим вас в покое. Избавим
– Ладно, – согласился Рер.
– Видишь? – обратился Карелла к Хейзу. – Он и в самом деле понимает, о чем мы говорим.
– Жертва? – спросил Хейз.
– Энсон Берке.
– На чем вы его поймали?
– Он был президентом компании, экспортирующей детали для автомашин в Южную Америку. Однажды он пришел к нам в контору и попросил подсчитать его собственный подоходный налог. Что сразу показалось мне подозрительным, ибо, при наличии у себя в фирме бухгалтеров, он обратился на сторону. Тем не менее мы взялись за это дело. Вот тут-то я и узнал про сорок тысяч.
– Про какие сорок тысяч?
– Вы разбираетесь в экспортном бизнесе?
– Очень мало.
– Большинство из экспортеров покупают товар, который собираются экспортировать, то есть действуют как посредники. И, как правило, тот, кто товар поставляет, дает экспортеру пятнадцатипроцентную скидку.
– Понятно. И что же дальше?
– Время от времени, если экспортер дает возможность поставщику крупно заработать, поставщик увеличивает скидку.
– На сколько?
– В данном случае на пять процентов. Фирма Берке зарабатывала, имея дело только с этим поставщиком, примерно от восьмисот тысяч до миллиона долларов в год. А пять процентов от восьмисот тысяч составляют сорок тысяч.
– Опять сорок тысяч, – не понял Хейз. – Ну и что?
– Столько он и получил. – Кто?
– Берке.
– От кого?
– От поставщика из Техаса.
– За что?
– Он указал их как за посредничество, но на самом деле это были дополнительные пять процентов, про которые я вам объяснил.
– Не понимаю, – признался Карелла. – Где он их указал?
– В сведениях, которые представил мне для исчисления подоходного налога.
– Он сообщил о сорока тысячах долларов как о полученных за посредничество от поставщика из Техаса, так?
– Совершенно верно. Он получал от своей компании тридцать тысяч жалованья. А эти сорок тысяч получил сверх того.
– Ну и что?
– По крайней мере, у него хватило ума не обращаться к своим собственным бухгалтерам.
– Что значит «хватило ума»?
– Эти сорок тысяч получил лично он. Компании они не достались. Но не указать их в декларации для подоходного налога он побоялся, предпочитая обобрать держателей акций, нежели ссориться с Дядюшкой Сэмом. Поэтому и не обратился к своим бухгалтерам.