Tomorrow
Шрифт:
Ирина-сан была действительно Матерью. Мамой с большой буквы "М". Она обняла меня, сказала, чтобы я никого и ничего не боялась и, отдав несколько распоряжений слугам, помогла мне собраться для посещения Университета. Перерыв весь мой гардероб, который после нескольких походов Юми по магазинам без меня, обогатился рядом платьев, несколькими строгими костюмами, целой полкой шляпок, двадцатью парами различной обуви и конечно же ящиком нижнего, очень дорогого, белья. Но мне больше всего из этого нравился светло-розовый комплект — полупрозрачный и с красивыми вышитыми розами, распускающимися по спине маечки, проходящий
клатч с изящным замочком. Потом поцокала языком, повертела меня, словно куклу, и качнула головой в знак того, что я готова. И вправду стоило мне посмотреться в зеркало, как из его глубин я увидела совсем другую девушку. Немного строгую, но с озорными голубыми глазами, которые прекрасно оттеняло платье, осиной талией и с улыбкой до ушей.
— Вот такая ты мне больше нравишься! — шепнула мне Ирина. — Не обращай внимания на Мамору. Он иногда может вспылить и накричать, но это просто такой у него характер. Так что пропускай мимо ушей. Я уже вижу, что ты замечательная девушка. Ты знаешь, что глаза — зеркало души? Так вот девушка с такими яркими и лучистыми глазами просто не может быть с черной душой.
Она снова обняла меня, не как свекровь невестку, а как мать обнимает дочь, и подтолкнула к выходу.
На улицу я вышла под изумленные взгляды и сдержанные аплодисменты со стороны Юми.
— Вот так! Правильно, Элисс! Покажи этим СМИ, что вы не просто встречаетесь с Мамору, а что вы самая настоящая пара, — прошептала мне сестренка, а потом громко крикнула, — Элисс файто!
Мамору стоял около черного кабриолета с закрытой крышей и о чем-то разговаривал с отцом. Лицо его можно с трудом назвать недовольным, скорее оно было усталым с примесью раздражения. Однако стоило ему увидеть меня, как лицо его разгладилось, вновь появилась улыбка. Да и не только у него. Будущий свекр тоже с одобрением взирал на мое преображение. Один из слуг хотел было открыть мне дверь, однако его опередил Мори.
— Ты просто великолепна! — выдохнул он.
— Спасибо, — я кивнула головой, заливаясь краской от комплимента.
Как только мы выехали, Мамору убрал одну руку с руля, накрыв мою ладонь своей и сплел наши пальцы.
— Извини! — пробормотал он. — Я сегодня сорвался. Никогда не видел тебя с другим, поэтому и получилось. Я слишком сильно люблю тебя, чтобы спокойно переносить такие вещи.
Я наклонилась к нему и поцеловала, оставив легкий след от помады на его щеке, который тут же вытерла найденным в клатче платком.
—
— Точно? — с удивлением спросил Мамору, оборачиваясь ко мне.
— Совершенно точно.
В ответ на это мужчина поднес мою руку к своим губам и поцеловал пальчики.
— Ты даже не представляешь, как я жду, не дождусь того дня, когда ты будешь только моей.
— Поверь, представляю, — я откинулась на спинку кресла, обозревая проносящийся рядом город. Академия находилась на другом конце города, как объяснила мне Ирина, и теперь нам предстояло прокатиться через весь Токио.
— Я тоже жду не дождусь, когда будет наша свадьба. Кстати, а как же венчание и так далее…
— Скорее всего его не будет, понимаешь… А, Бог с ним с этим венчанием… После того как в паспорте появится штамп, ты будешь моей. Только моей. Моя девочка, моя Элисс, мой спустившийся с Небес невинный ангел.
— Не такой уж и невинный, — ухмыльнулась я, выразительно оглядывая свой живот. К моему огромному разочарованию округляться он не спешил.
— В тебе растет наш ребенок. Поверь для меня на данный момент ты самое чистое и самое любимое существо на свете.
Я улыбнулась снова. Эти его слова поселили необычную теплоту в сердце, согревая меня изнутри. Я наклонилась к нему вновь и положила голову на его плечо, предварительно сняв мешающую шляпку.
В Академию мы приехали абсолютно пьяные… от любви. Всю дорогу Мамору не отпускал мою руку, и по этой "ниточке" мы оба ощущали, что из каждого течет по направлению к другому поток нежности и счастья. Эти эмоции были чистые, свежие и до того пьянящие, что всю дорогу мы проулыбались куда-то вперед, как два идиота. Однако стоило нам въехать за ажурные кованые ворота, как открывшийся перед нами пейзаж немного привел меня в чувство. Везде были деревья, фонтаны, резные скамейки тут и там, вечно зеленые ели и огромный замок изо льда. Все было настолько завораживающим, настолько необыкновенным, что у меня перехватило дыхание.
Надо сказать, зима в Токио выдалась мягкая и теплая. Снега почти не было, а люди ходили по улицам кто в легких куртках, а кто просто в плащах. Скорее она напоминала затянувшееся "бабье лето", чем зиму. По моим представлениям зима должна была быть зимой, а не что-то с чем-то. Когда я спросила об этом у Мамору, то парень ответил мне, что в первый раз наблюдает такое природное явление. Обычно у них довольно-таки холодно.
Стоило нам подъехать к самому зданию Академии, или как назвал его Мамору, Главному учебному корпусу, как меня обуял животный страх. Мне вдруг стало так страшно, потому что я хотела вылезти сама из машины, самой найти ректора и сама поговорить с ним.