Чтение онлайн

Демократические принципы Пейна и его борьба за избирательное право оказались созвучными борьбе чартистов за всеобщее избирательное право и другие реформы. Не случайно в 1842 г. «Национальная чартистская ассоциация» издала в одном томе труды Пейна («Права человека», «Здравый смысл» и «Аграрная справедливость») и свою хартию. В предисловии к изданию было сказано: «В Пейне свобода нашла своего страстного друга, деспотизм — непримиримого врага; добродетель нашла в нем бесстрашного защитника, а бронзовое зло (т. е. монархия. — Н. Г.)поколебалось от силы его магического пера» (цит. по 48, стр. 23).

Английский прогрессивный историк Брунел нашел еще один факт, подтверждающий связь между чартизмом и Пейном. В сообщении о суде над Уильямом Доулингом в связи

с заговором «Апельсиновое дерево» в сентябре 1848 г. говорилось, что сержант полиции нашел мандаты двух чартистов, которые были «должным образом избраны как представители Бригады Томаса Пейна на собрание в [таверне] „Апельсиновое дерево“ в Лондоне» (48, стр. 23).

Многое делала для популяризации взглядов Пейна по вопросам религии и пресса английских свободомыслящих. В 1859 г. журнал «Инвестигейтер» писал: «Попы отвергли их (Пейна и Р. Бернса. — Н. Г.), но они выросли в глазах… людей грамотных и „толпы“» (48, стр. 23). Даже буржуазный историк Гоулд вынужден был признать, что «весь XIX в. малообразованные, но думающие ремесленники перелистывали написанные резко и сильно страницы „Века разума“» (59, стр. 142).

Прогрессивная английская общественность в настоящее время продолжает пропагандировать передовые идеи Пейна. Издаются его книги, публикуются сочинения о его жизни и деятельности. В Библиотеке имени К. Маркса в Лондоне и в «Пейновском обществе» периодически устраиваются выставки, посвященные Т. Пейну.

В Соединенных Штатах Америки книги Пейна неизменно пользуются спросом в самых широких кругах читателей из среды рабочих и демократической интеллигенции. И здесь, как и в Англии, с 20-х годов XIX в. передовые круги американского общества начали регулярно праздновать годовщины со дня рождения Пейна. Последователи его создавали общества, пропагандировавшие его взгляды. В 1818 г. религиозная пресса подвергла резким нападкам «Дискуссионное общество» за то, что оно пропагандировало идеи Вольтера и Пейна. Упомянутый биограф Пейна Вейль, решивший «наводнить страну популярной деистической книгой» Пейна «Век разума», в 1845 г. организовал ее дешевое издание (67, стр. 157).

На идеях Пейна учились деятели рабочего и коммунистического движения.

Американские марксисты Д. Аллен, Ф. Фонер и другие внесли ценный вклад в изучение и пропаганду творческого наследия Пейна. В этой связи следует упомянуть подготовленное Ф. Фонером в 1945 г. двухтомное издание сочинений Пейна, единственное современное издание такого рода, которым вот уже более двадцати лет широко пользуются ученые всех стран, изучающие мировоззрение и деятельность Т. Пейна.

7 июня 1959 г. орган Американской коммунистической партии газета «Уоркер», отмечая 150-летие со дня смерти Пейна, писала: «Ныне, как и прежде, истинные борцы за демократию принадлежат самому передовому движению времени».

Обострение идеологической борьбы в современных условиях сказалось и на изучении творчества Пейна. Наряду с английскими и американскими марксистами в защиту Пейна, против искажения и извращения его взглядов выступили ученые ряда социалистических стран. Большой вклад в это дело внесли, в частности, ученые Германской Демократической Республики: Мёнке, Шенфельдер и Ииде. Они опубликовали переводы трудов Пейна с предисловиями и комментариями, а также исследования о нем.

Деизм Пейна, сыгравший положительную роль в подрыве религиозных верований, господствовавших в XVIII в., ныне, конечно, устарел, но критика Пейном Библии, его выступления против духовенства не потеряли своего значения и в наши дни, когда духовенство, в особенности в США, усиленно пропагандирует Библию.

Демократическим идеалам, которые провозглашал Пейн, пришли на смену идеи марксизма-ленинизма, наиболее полно и всеобъемлюще отражающие чаяния трудящихся масс. Но и призывы Пейна к свержению тиранических порядков, к ликвидации социальной несправедливости, к уничтожению национального неравенства, расизма и колониализма, к миру между народами звучат актуально в наше время.

Имя Пейна, ненавистное монархическим и реакционным кругам Европы и Америки, было ненавистно и правящим кругам царской России. В ноябре 1792

г. русский посол в Англии граф С. Р. Воронцов писал, что эмиссары французской революции стремятся совратить и Англию и в этих целях «возбуждают беспокойные головы, подкупают газетчиков, журналистов и мастеров брошюр в духе Томаса Пейна» и что правительство Питта «страшится открытой войны, которая будет в тысячу раз опаснее, чем тайная и вероломная война, которую ведут якобинцы против Великобритании» (21, стр. 272). Это послание в Россию вполне отражало настроения окружения Екатерины II, которая сказала как-то о Радищеве: «Он хуже Пугачева; он хвалит Франклина».

И если, как писал А. С. Пушкин, монархиня «не могла равнодушно видеть отторжение колоний от владычества Англии», то естественно, что имя самоотверженного революционера и ярого врага монархии Пейна должно было быть особенно ненавистно царскому двору.

В конце XVIII и в течение всего XIX в. труды Пейна в России были под запретом. Однако идеи Пейна все же доходили до русских читателей, хотя о самом мыслителе они знали очень мало. Одним из источников проникновения в Россию в 80—90-х годах XVIII в. взглядов Пейна был труд Рейналя «Философская и политическая история об учреждениях и торговле европейцев в обеих Индиях», и в частности последний том его — «Революция в Америке». В этой книге Рейналь, между прочим, конспективно изложил заключительную часть «Здравого смысла» Пейна. Самого автора Рейналь называл по его псевдониму «Здравый смысл». Более того, как заметил сам Пейн, в ряде мест Рейналь, не ссылаясь на Пейна, иногда буквально заимствовал некоторые важные места памфлета (например, мысли о различии между обществом и государством). Поскольку, как доказал в 1923 г. советский ученый В. П. Семенников, «Американскую революцию» Рейналя читал Радищев, то, как нам представляется, яркие места этой книги, принадлежавшие Пейну, не могли остаться для русского революционера незамеченными.

Не удивительно, что в русском переводе труда Рейналя, изданном «по высочайшему его императорского величества повелению» в Санкт-Петербурге в 1805–1811 гг., «Революция в Америке», где были и ссылки на «Здравый смысл» и заимствования из сочинения Пейна, помещена не была.

Для русских революционеров, в частности А. И. Герцена, Пейн был символом прогрессивных сил (см. 28, стр. 100).

Лишь в начале XX в., почти через сто лет после смерти Пейна, отрывки из его трудов впервые увидели свет на русском языке. Буржуазный либерал П. Г Мижуев в книге «Великий раскол англосаксонской расы» поместил извлечение из пейновского «Здравого смысла», снабдив его выразительным примечанием, с намеком на царскую цензуру, что возможно опубликовать только самое небольшое извлечение по соображениям, которые, как он надеялся, будут весьма понятны читателю.

Только при Советской власти труды Пейна стали достоянием широких кругов читателей и предметом изучения в нашей стране. Научный анализ мировоззрения Пейна был предпринят еще в довоенные годы профессором Б. Э. Быховским. В 1959 г., к 150-летию со дня смерти Пейна, в СССР впервые вышло научное издание «Избранных сочинений» Пейна. Исследованием Пейна занимались профессор М. П. Баскин, академик А. М. Деборин, ученые В. В. Воронов, Б. С. Громаков, Л. Н. Гончаров, X. Ф. Сабиров.

Творчество Томаса Пейна, выходца из народа, великого революционера и демократа, отстаивавшего интересы угнетенных масс, идеи мира и социального прогресса, привлекает внимание советской исторической и философской науки.

Печатается по изданию Т. Пейн.Избранные сочинения. М., 1959

Некоторые авторы настолько смешали [понятия] общество и правительство, что между ними не осталось никакого или почти никакого различия; между тем это вещи не только разные, но и разного происхождения. Общество создается нашими потребностями, а правительство — нашими пороками; первое способствует нашему счастью положительно, объединяя наши благие порывы, второе же — отрицательно, обуздывая наши пороки; одно поощряет сближение, другое порождает рознь. Первое — это защитник, второе — каратель.