Чтение онлайн

Характерно, что ни одного слова, ни одного намека нет в “завещании” насчет ошибок Сталина. Говорится там только о грубости Сталина. Но грубость не есть и не может быть недостатком политической линии или позиции Сталина.

Вот соответствующее место из “завещания”:

“Я не буду дальше характеризовать других членов ЦК по их личным качествам. Напомню лишь, что октябрьский эпизод Зиновьева и Каменева, конечно, не является случайностью, но что он так же мало может быть ставим им в вину лично, как небольшевизм Троцкому”.

Кажется, ясно.

Следующий

вопрос. Почему ЦК не напечатал известную “платформу” оппозиции? Зиновьев и Троцкий объясняют это тем, что ЦК и партия “боятся” правды. Верно ли это? Конечно, неверно. Более того, глупо говорить о том, что партия или ЦК боятся правды. У нас имеются стенограммы пленумов ЦК и ЦКК. Эти стенограммы печатаются в нескольких тысячах экземпляров и раздаются членам партии. Там имеются речи оппозиционеров, так же как и речи представителей партийной линии. Они читаются десятками и сотнями тысяч членов партии. (Голоса: “Правильно!”) Если бы мы боялись правды, мы бы не распространяли этих документов. Эти документы тем, собственно, и хороши, что они дают партийцам возможность сравнивать позицию ЦК со взглядами оппозиции и выносить свои решения. Где же тут боязнь правды?

В октябре 1926 года лидеры оппозиции хорохорились, утверждая так же, как и теперь они утверждают, что ЦК боится правды, прячет их “платформу”, скрывает ее от партии и т. д. Именно поэтому сунулись они тогда в ячейки по Москве (вспомните “Авиаприбор”), по Ленинграду (вспомните “Путилов”) и т. д. И что же? Оказалось, что рабочие-коммунары наклали нашим оппозиционерам, да наклали им так основательно, что лидеры оппозиции вынуждены были сбежать с поля борьбы. Почему же они тогда не решились пойти дальше по всем ячейкам и проверить, кто из нас боится правды — оппозиционеры или ЦК? Да потому, что они струхнули, испугавшись действительной (а не вымышленной) правды.

А теперь? Разве теперь у нас, говоря по совести, нет дискуссии в ячейках? Укажите хоть одну ячейку, где имеется хоть один оппозиционер, где проходило хотя бы одно заседание ячейки за последние 3–4 месяца без выступлений со стороны оппозиции, без дискуссии. Разве это не факт, что последние 3–4 месяца оппозиция везде, где только она может, выступает на ячейках со своими контррезолюциями. (Голоса: “Совершенно правильно!”) Почему же Троцкий и Зиновьев не попробуют прийти на ячейки и высказать свои взгляды?

Характерный факт. В августе этого года, после пленума ЦК и ЦКК, Троцкий и Зиновьев прислали заявление, что они хотели бы выступить на московском активе, если нет возражений со стороны ЦК. ЦК на это ответил (и ответ этот был разослан местным организациям), что ЦК не имеет возражений против выступления Троцкого и Зиновьева, с тем, однако, чтобы они, как члены ЦК, не выступали против решений ЦК. И что же? Они отказались от выступления. (Общий смех.)

Да, товарищи, кто-то из нас действительно боится правды, но не ЦК и, тем более, не партия, а лидеры нашей оппозиции.

Почему же, в таком случае, ЦК не напечатал “платформу” оппозиции?

Потому, прежде всего, что ЦК не хотел и не имел права легализовать фракцию Троцкого, легализовать вообще фракционные группировки. Ленин говорит в резолюции Х съезда “О единстве”, что наличие “платформы” есть один из основных признаков фракционности. Несмотря на это, оппозиция составила “платформу” и потребовала ее напечатания, нарушив тем самым решение Х съезда. Что было бы, если бы ЦК напечатал “платформу” оппозиции? Это означало бы, что ЦК согласен участвовать во фракционной работе оппозиции по нарушению решения Х съезда. Могли ли пойти на это ЦК и ЦКК?

Ясно, что ни один уважающий себя ЦК не мог пойти на этот фракционный шаг. (Голоса: “Правильно!”)

Далее. В той же резолюции Х съезда “О единстве”, написанной рукой Ленина, говорится, что “съезд предписывает немедленно распустить все без изъятия образовавшиеся на той или иной платформе группы”, что “неисполнение этого постановления съезда должно вести за собой безусловное и немедленное исключение из партии”. Директива ясная и определенная. А что было бы, если бы ЦК и ЦКК напечатали “платформу” оппозиции? Можно ли было это назвать роспуском всех без изъятия образовавшихся на той или иной “платформе” групп? Ясно, что нет. Наоборот, это означало бы, что ЦК и ЦКК сами берутся не распускать, а помогать организации групп и фракций на основе “платформы” оппозиции. Могли ли пойти на этот раскольнический шаг ЦК и ЦКК? Ясно, что не могли.

Наконец, “платформа” оппозиции содержит такие клеветы на партию, которые, если бы они были опубликованы, нанесли бы и партии и нашему государству непоправимый вред.

В самом деле, в “платформе” оппозиции говорится, что наша партия готова будто бы уничтожить монополию внешней торговли и платить по всем долгам, стало быть, и по военным долгам. Всякому известно, что это есть гнусная клевета на нашу партию, на наш рабочий класс, на наше государство. Допустим, что мы напечатали бы “платформу” с подобной клеветой на партию и на государство. Что вышло бы из этого? Из этого получилось бы лишь то, что международная буржуазия стала бы еще больше нажимать на нас, требуя таких уступок, на которые мы никак не можем пойти (например, уничтожение монополии внешней торговли, платежи по военным долгам и т. д.), и угрожая нам войной.

Если такие члены ЦК, как Троцкий и Зиновьев, делают ложный донос на нашу партию империалистам всех стран, уверяя их, что мы готовы итти на максимальные уступки вплоть до отмены монополии внешней торговли, то это может означать лишь одно: нажимайте дальше, господа буржуа, на партию большевиков, угрожайте им войной, они, большевики, готовы на все и всякие уступки, если вы будете нажимать.

Ложный донос Зиновьева и Троцкого на нашу партию господам империалистам для усугубления наших трудностей по внешней политике, — вот к чему сводится “платформа” оппозиции.

Кому это во вред? Ясно, что это во вред пролетариату СССР, компартии СССР, всему нашему государству.

Кому это на пользу? Это на пользу империалистам всех стран.

Теперь я вас спрашиваю — мог ли ЦК пойти на напечатание такой гнусности в нашей печати? Ясно, что не мог.

Вот какие соображения заставили ЦК отказаться от напечатания “платформы” оппозиции.

Следующий вопрос. Зиновьев разорялся здесь, пытаясь доказать, что Ленин стоял будто бы всегда и во всякое время за дискуссию, при этом он сослался на факт дискуссии по платформам перед Х съездом и на самом съезде. Но он “забыл” упомянуть о том, что Ленин считал дискуссию перед Х съездом ошибкой. Он “забыл” сказать, что в резолюции Х съезда “О единстве партии”, написанной рукой Ленина в представляющей директиву для развития нашей партии, предписывается не дискуссия по “платформам”, а роспуск всех и всяких групп, образовавшихся на той или иной “платформе”. Он “забыл”, что Ленин высказывался на Х съезде за “недопущение” впредь в партии какой бы то ни было оппозиции. Он “забыл” сказать, что Ленин считал совершенно недопустимым превращение нашей партии в “дискуссионный клуб”.