Чтение онлайн

— Должно быть, ты знакома с Жаклин Ксавье, — не удержалась Корделия от вопроса, который давно мучил ее, и тут же испугалась. — Пожалуйста, забудь, что я сказала, — поспешно сказала она.

— Можешь ничего не объяснять мне. Я хорошо понимаю твои чувства, — склонилась к ней Анна и доверительно шепнула: — От таких девиц, как Жаклин, трудно избавиться. Роберто тоже не сводил с нее глаз... Я готова была его задушить! Целую неделю с ним не разговаривала!

Корделию раздирали противоречивые желания — ей хотелось узнать о любовнице

мужа как можно больше, но в то же время не было сил слушать дальше.

— Это женщина очень умная и самолюбивая, — продолжала Анна. — Она вцепилась в Гвидо мертвой хваткой и продолжала виснуть на нем даже тогда, когда он стал утрачивать к ней интерес! Жаклин знает, как ублажить мужчину. Видимо, в этом секрет ее власти над ними. Ты когда-нибудь встречала хоть одного, которому не понравилось бы, что женщина ловит каждое его слово?

Корделия покачала головой, не поднимая глаз.

— Но тебе не стоит беспокоиться из-за нее, — убежденно закончила Анна.

— Я и не беспокоюсь.

Ощущения Корделии нельзя было назвать беспокойством. Узнав секрет обаяния Жаклин, она поняла, что ее брак обречен, потому что никогда не смогла бы заставить себя боготворить мужа.

— Гвидо активно живет светской жизнью, и Жаклин обожает появляться с ним на публике, потому что это способствует ее карьере, — сказала Анна. — Я уверена, что нелепая заметка, опубликованная в бульварной газетенке за прошлый месяц, именно ее рук дело, — продолжала она, не скрывая своего отвращения. — Ну, скажи, кто поверит, что Гвидо проводил время с любовницей, прервав свадебное путешествие?

— Действительно, кто? — откликнулась Корделия с вялой улыбкой.

Тем не менее Гвидо так и поступил, сказала она себе, бросив меня на следующий день после брачной ночи. Ее передернуло.

— Знаешь, когда я читаю всю эту гадость, то невольно радуюсь, что мы с Роберто недостаточно знамениты, чтобы стать жертвами папарацци, — вздохнула Анна.

В этот момент на террасу вышел Гвидо, Корделия вздрогнула, и содержимое бокала выплеснулось ей на платье.

— О, черт!.. — пробормотала она и поспешно встала, не поднимая глаз. — Извините, я пойду, переоденусь.

— А потом мы все вместе отправимся на деревенскую свадьбу, — торжественно объявил Гвидо.

— Это было бы здорово, — ответила Анна, — но разве Роберто не сказал тебе, что должны вернуться домой не позже семи?

Тихонько выскользнув с террасы, Корделия облегченно вздохнула. Слово “свадьба” вызвало в ней такую бурю чувств, что она едва не сорвалась. Представив себе, что за этим последовало бы, девушка содрогнулась от ужаса. Ну почему Гвидо не может просто любить ее, как любит его она? Неужели этот ужасный день никогда не закончится?

Решив, что на свадьбу, пусть даже деревенскую, следует принарядиться, Корделия достала из шкафа открытое черное платье для коктейлей и короткую накидку к нему. Она знала, что Гвидо пользуется огромным авторитетом у местных жителей,

и понимала, что они будут ждать его появления с молодой женой с огромным интересом.

Он сделал для них очень много: отремонтировал на свои средства школу, выделил деньги для того, чтобы можно было нанять еще одного учителя, построил очистные сооружения в гавани, оснастил хирургический кабинет самыми современными приборами, а также разрешил открыть небольшой ресторанчик у самого берега, чтобы молодежь могла там подработать, — одним словом, за пять лет добился большего, чем его отец за всю свою жизнь.

Все это Роберто рассказал за ланчем, и она была готова ему поверить.

— Корделия! — раздалось за ее спиной.

Она похолодела и обернулась. Гвидо с недовольным видом стоял в дверях спальни.

— Что, черт возьми, с тобой происходит? — резко спросил он.

— Извини, — тихо ответила Корделия.

— Ты ведешь себя так, что мне стыдно за тебя перед Роберто и его женой. Неужели тебе не известно, что законы гостеприимства для любого итальянца священны?

Корделия содрогнулась и сжала зубы.

— И не смей смотреть на меня так! — повысил голос Гвидо, приходя в ярость.

Щеки ее загорелись, пальцы сжались в кулаки.

— Может быть, Жаклин Ксавье лучше справилась бы с ролью хозяйки? — тихо спросила Корделия.

— Ты права. Она никогда не опозорила бы меня перед друзьями, — после секундного замешательства ответил Гвидо.

— Ах, вот как?!

— Ни одна женщина не обращалась со мной так, как ты сегодня. Да, утром у нас была размолвка, но я искренне извинился, а ты продолжаешь вести себя так, что у меня больше нет сил выносить это!

— Иди к черту! — бросила Корделия и отвернулась, чтобы взять накидку с кровати.

Железной рукой Гвидо схватил ее за плечо и повернул к себе лицом.

— Чего ты добиваешься? — раздраженно спросил он. — Может быть, причина твоего поведения — обыкновенная ревность? Тебе не понравилось, что Анна шутила со мной за ланчем?

— Тебе лучше спуститься к гостям, — устало сказала Корделия, не отвечая на его вопрос.

— Я никуда не уйду, пока ты не скажешь мне, что с тобой происходит! — Гвидо обхватил ладонями ее голову и поднял к себе лицо. — Утром ты улыбалась, смеялась... была счастлива!

Сердце Корделии невольно забилось чаще под его взглядом, и от этого ей стало еще горше.

— Пожалуйста... уйди... от меня, — с трудом выговорила она.

— Не думаю, что ты этого действительно хочешь, голубка моя, — выдохнул Гвидо и склонился к ее губам.

Корделия была не готова к такому повороту событий. Она и не заметила, как всем телом прижалась к нему, отвечая поцелуем, в котором были и гнев, и ненависть, и желание. Он отнес ее на постель и снова прильнул к губам, проделывая языком такое, от чего она чуть не сошла с ума. Думать Корделия уже не могла. Ее охватила такая страсть, что она забыла обо всем.