Чтение онлайн

Вообще, если бы я увидела ускхонга в Киеве, то нисколько бы не удивилась этому событию. Эта раса довольно не привередливая, живучая и не гонористая. Ускхонги легко уживались со всеми расами, умея подстраиваться под традиции и правила окружающих. Их терпели лалланы, приняли синекожие хориты, не гнали со своих планет замкнутые большеглазые гекканы. И на Земле они легко заполнили большие города. Чем-то они были похожи на китайцев. Маленькие, трудолюбивые, терпеливые, выносливые и… многочисленные. Единственное, что указывало на их инопланетное происхождение — непропорционально короткие конечности, широкий

торс и оочень короткие шеи. Самый высокий ускхонг достигал полутора метров

Встретить ускхонга на Керкире да еще в отдаленном замке было не просто удивительным. Это было сногсшибательным событием! Поэтому я лишь ему в ответ беззвучно распахнула рот. Тот не растерялся и с присущей их расе невозмутимостью улыбнулся добродушной острозубой улыбкой:

— Меня зовут Геррон Абсай. Пришел кормить каргов, — сказал и прошел сквозь полог поля.

Поставил корзину на песок. Карги, дождавшись, когда ускхонг отойдет, поспешили к еде. Черныш, бросив на меня вопросительный взгляд, словно спрашивая, можно ли, сразу побежал, как только получил утвердительный кивок в ответ.

Я рассеяно провела его взглядом и произнесла:

— Рита… Харита Милявская…

— Харита эр Фидмин Эгор, — поправил кто-то, что снова заставило меня подпрыгнуть на месте.

Складывается такое чувство, что каждый участник разговора приходит на площадку с разных сторон. От звука голоса, что прозвучал сзади, у меня внутри все сжалось. Оглянулась. Он стоял в уже привычной позе хищника, заложив руки за спину и смуро хмуря лоб. Здоровый и целый целехонький.

— Харита эр Фидмин Эгор, моя эрана. Знакомься Геррон.

Обойдя меня и став рядом, Зенон положил ладонь мне на талию и натянул на лицо довольную улыбку. От звука его голоса все три карга, что активно уплетали принесенные ускхонгом коренья из корзины, замерли и шумно расправили крылья. Как один, они навострили настороженно в его сторону ушки. А еще через мгновение черныш, что стоял спиной, кинулся к нам. В его глаза горело возмущение и желание защитить.

Зенон среагировал молниеносно. Ловко вывернув руку, он задвинул меня за спину. Второй рукой потянулся к ботинкам и достал небольшую жердь. Конец ее вспыхнул светом и оттуда появился мягкий конец кнута. Потом световая полоса вместо кожаного плетенного ремня ударила о землю. Геррон удивленно воскликнул и прыгнул за силовое поле, продолжая следить за действиями херонца. А Зенон воскликнул:

— Стоять! Назад!

Увидев конец кнута, черныш осекся и отпрыгнул в сторону, прогнувшись в спине. Двое других каргов синхронно подпрыгнули к другу и стали по бокам от нас. Итак, Зенон в центре. Я за его спиной. Черныш напротив. Полосатик и бурый по сторонам. Они медленно передвигали лапами, припав к земле и прогнувшись в спине, как коты во время охоты. Глаза Зенона были устремлены на черныша, но боковым зрением он следил и за двумя другими.

Тем временем, как те готовились к атаке, я «услышала» поток раздражения со стороны каргов. И в голове возникла мысль, что они хотят меня защитить. Прямо как тогда, когда я была на берегу океана. Тот карг тоже хотел защитить меня от Зенона. Только эти звери были учеными и понимали, что кнут причиняет боль, поэтому не спешили нападать. Вместо этого они медленно перемещались по кругу,

выискивая удобного момента напасть. Зенон пригнул голову, прижал уши и поставил ноги на ширине плеч, согнув руки в локтях. В его правой ладони был крепко сжат небольшой прут энергетического кнута. В отличие от того карга, что был на берегу, этих херонец убивать не намеревался.

Сложив два плюс два, я быстро сделала вывод, что все здесь присутствующие сделали неверные выводы. Карги подумали, что мне угрожают, а херонец сохраняет за собой право хозяина положения. Решив, что пора вмешиваться, я выскользнула из-за спины Зенона и подскочила к ближайшему полосатику. Положила ему на морду руку и крикнула:

— Не вредить! Ко мне! Сидеть!

Карги подняли на меня удивленные взгляды, а черныш даже разочарованно пискнул. Но уже через пару секунд послушно подбежали ко мне. Потом сели, как дрессированные овчарки у ног кинолога, в рядочек, и подняли вопросительно головы.

Зенон опустил кнут вдоль тела и потрясенно наклонил голову набок. Его уши забавно задергались. На лице его читалось лишь непонимание.

— Не надо меня защищать, — спокойно произнесла я. — Они меня слушаются.

Херонец не проронил ни слова. Нажал что-то на кнуте. Световой конец того исчез. Потом засунул его обратно в галошу ботинка и расслабил руки.

— Вели им пройти в центр площадки, — ровно произнес Зенон и кивнул к трем валунам, как раз туда, где до моего прихода спали карги.

Я подняла руку, посмотрев в указанное место, и приказала:

— Место.

Карги понятливо квакнули и радостно поспешили выполнять повеление. Прибежали на то место. Остановились. Развернулись в мою сторону и послушно сели.

Зенон угрюмо наблюдал за этими движениями.

— Теперь ты убедился, что они меня слушают?

— Убедился, — бросил тот и подошел ко мне ближе, постоянно косясь на настороженных каргов.

Однако те больше не дергались. Лишь неотрывно следили за движениями херонца.

Зенон взял меня за руку и в молчании повел прочь с площадки. Я не сопротивлялась. В душе было лишь замешательство, подобное тому, что было на берегу. По пути он бросил Геррону, чтобы тот шел заниматься своими делами, и мы направились к одной из небольших дверей замка. Я успела обернуться и помахать ускхонгу на прощание. Тот дружелюбно кивнул и поправил в другой вход.

Когда мы подошли к двери, Зенон остановился и спросил:

— Как ты сюда попала?

— Заблудилась. Искала кухню и повернула не в тот коридор. Наверное, сюда нельзя ходить?

— Почему нельзя? Можно. Только вот за ограждение заходить не желательно. Карги опасны. Должна была это понять еще с первого раза.

— Да? Я не поняла.

Зенон сузил глаза и, поддавшись нежному порыву, заправил мои волосы за ухо.

— Странная ты. Идешь туда, куда не звали. Трогаешь тех, кого не нужно…

— Что ты имеешь в виду?

— Пытаюсь тебя понять, землянка. Херонки ведут себя по-другому.

— Как?

— Они знают, чего хотят. Не рискуют напрасно. Не любопытны, последовательны. А ты совсем другая. С одной стороны ранимая и эмоциональная. А с другой — необоснованно смелая и любопытная. Скажи, почему ты пошла за силовое поле? Я же предупреждал, что карги опасны.