Чтение онлайн

А тут ещё обратила взор на сидящую и притихшую девочку на кровати, закутанную в покрывало. А что с ней делать? Вот тут пришлось поломать голову. Единственное, что я придумала, снять наволочку с подушки, прорезать дырки для рук, ног и головы и натянуть на нее. Вышла туника. Потом, прихватив на талии, получилось вполне сносное платьице.

Пока я ее одевала, она ожила:

— Рита, я есть хочу!

И в самом деле, мы кушали уже давно. Еще когда нам всем в камере выдали какие-то сухие пайки. Теперь нужно решать эту проблему.

— Сейчас что-нибудь придумаем, — протянула я и обернулась

к выходу.

Глава 3. Правда о новой работе

Я держала в руках зум и ломала голову над тем, как его включить. Очень хотелось есть. Да еще Таша раздражающе хныкала под руку. Единственная гениальная идея, что осенила меня — с силой стукнуть изучаемый предмет о пол. Легко было этому… как его зовут? А! Иераксу! легко было сказать, «пользуйся зумом»! Нет, чтобы объяснить немножко! Может, я его в первый раз вижу! У нас на Земле таких никто не делает. В груди родилась обида, что меня и Ташу бездумно бросили на произвол судьбы на этом чужом большом корабле. Не страшно, что я куда-нибудь не туда влезу? Поломаю что или саботаж устрою? Неужели они так уверенны, что я на такое не решусь? А вдруг, я агент под прикрытием?

Все мне казалось нереальным и абсурдным, будто это всего лишь сон и я скоро проснусь. Но когда рядом все так же хнычет ребенок и реально сосет в животе, приходит понимание, что это не сон. Тогда, чего хотел добиться херонец? Так легко довериться незнакомой женщине и дать полную свободу. Или же он настолько уверен в себе и в том, что я не способна причинить вред кораблю и экипажу, что спокойно решился на такой шаг. Не могу понять.

Я печально вздохнула и принялась думать дальше над тем, как же дозвонится до Иеракса и сказать, что мы очень голодны.

Следующей по гениальности идеей было воспользоваться методом «научного тыка» — надо тыкать во все выступающие части зума. Правда, там было всего пять кнопок и экран. Выбор был невелик. Поэтому я начала тыкать пальцем подряд на каждую кнопку, начав с крайней слева. После того, как нажала третью, экран засветился, и кто-то громко ответил:

— Говори.

От чего меня резво подбросило на месте так, что досталось даже Таше локтем по лбу. Неожиданно, однако. Голос был похож на того главного херонца, к кому я и хотела дозвониться. Медленно и нерешительно поднесла предмет, похожий на наручные часы, ко рту и, сомневаясь, что меня услышат, произнесла:

— Я… мы с Ташей хотим покушать. Куда нам идти?

На той стороне молчание. Через несколько секунд прежний голос провещал:

— Чтобы ответить, нажми последнюю кнопку, и потом говори.

Надо же! Догадался, что я не знаю, как пользоваться этим предметом! Я послушно нажала указанную кнопку и повторила последнюю фразу.

— Выйди из каюты налево и иди все время прямо. Никуда не сворачивай. Я пошлю навстречу тебе старпома. Он вам поможет и будет сопровождать, — все так же сдержанно ответил херонец и сразу же отключился.

Мне ничего не оставалось, как одеть зум на руку, выйти из каюты с Ташей, и направиться в нужном направлении. Благо, дверь в каюту легко открывалась.

Ума много не надо. Рядом панелька. Приложила ладонь, и дверь покорно отъехала в сторону.

Коридор был пуст. И на протяжении всего пути нам на встречу так никто и не вышел. Видимо, мы находились в жилом отсеке, и здесь в это время почти никого нет. Потом, идя по коридору, поняла, почему: почти весь экипаж собрался в столовой, которую я определила по запаху и шуму. Стучали столовые приборы, слышались голоса, пахло едой.

С каждым шагом внутри росла робость. Хотя капитан и мой новый работодатель (как я решила его называть про себя) разрешил свободно перемещаться по кораблю, в сердце закралось сомнение о том, знают ли остальные, что мне разрешили? Ответ на этот вопрос я получила сразу же, как только подошла к входу в помещение общественного питания.

Во-первых, все мгновенно смолкли. А во-вторых, буквально через секунду херонец, сидевший за самым крайним столиком, почти у самой двери, очутился возле нас с Ташей и навис с утробным рычанием. Таша тут же пискнула и спряталась за моей спиной. А я отшатнулась в сторону, готовая быть задавленной одним приемом. Все произошло настолько быстро, что я даже моргнуть не успела, лишь крепко зажмурилась и вся подобралась.

Однако ничего не произошло. Тогда я позволила себе открыть глаза и поглядеть на ретивого херонца. Он стих и внимательно смотрел на мой ошейник. Взгляд его был полон глубокого удивления. Не успела я выдохнуть, наблюдая реакцию мужчины, как сзади раздался резкий незнакомый, но оочень убедительный голос:

— Не смей!

Мой нападающий тут же отпрянул назад и посмотрел мне за спину. В тот момент, когда он освободил пространство, я успела заметить недоуменные взгляды остальных и их вытянутые лица. Затем медленно повернулась назад.

У самого входа в двух шагах от меня стоял рослый и довольно крупный (на десяток килограмм тяжелее капитана) херонец. Он, как и все, был в черном обтягивающем костюме с одним лишь отличием — ядовито-желтой тонкой полосой от горловины до самого низа рукава. Так же подобная полоса виднелась на штанах по внешней стороне от пояса до низа. У некоторых других членов экипажа эти полоски имели другие цвета. А у кого-то их вообще не наблюдалось, как, например, у меня.

Пришедший херонец имел не только рослый и внушительный вид, но и выражение лица, подходящее для тех, кто обладает властью. Убедиться в том, что он ею на самом деле обладал, не составляло труда, поскольку жаждавший меня немного помять сразу же отошел в сторону и прижал уши, покорно склонив голову. Больше всего во внешности пришедшего мне запомнился ярко-рыжий ежик волос на голове.

После того как мой неожиданный защитник навел, так сказать, порядок, подошел ближе и учтиво поклонился. От этого жеста моя челюсть удивленно отвисла, а в помещении послышался негромкий шепот. Быть многословной в подобные моменты я не умела, поэтому сейчас только и смогла, что выдавила из себя:

— Мы… пришли поесть… господин Иеракс сказал, что я могу…

— Конечно, эр Харита, — он поднял голову и приветливо улыбнулся.

Только его улыбка мне в этот момент почему-то больше напомнила оскал с выразительными белоснежными клыками.