Чтение онлайн

–  Я?!

–  А что? Помнишь, на Новый год девушкой вырядился? Никто и не узнал. Поэтому всё - в компе. Файл «Ведьма». Почитаешь на досуге.

–  Папуля, на каком «досуге»? Ты что, не понял?

–  Кстати, если помнишь, людены - анаграмма от «нелюди». Я не дам сыну превращаться в чёрт знает что. Пускай другие дальше «происходят от людей».

–  Кто… «другие»? Что ты ещё знаешь?

–  Не знаю! Это ты сказал!

–  Ничего я не говорил такого.

–  Сказал! «Мы вообще не люди!» Что? Проболтался?

–  Ах, папуля!
– успокоено вздохнул

юноша.
– Ты только не пугайся, но «мы», это - я… и… ты! И ещё Наташа. Я это увидел раньше. Но не хотел говорить, потому что в тебе и ей это пока… ну, не проявилось.

Отец долго «переваривал» вторую порцию новостей.

–  А у тебя… тогда… почему… уже?
– поинтересовался, наконец, он.

–  Я думаю, от потрясения, ну тогда, когда твой самолёт… От дикого желания помочь. Я ведь… так… тебя люблю, папуля!
– порывисто обнял он отца. Тот, как прежде, боднул сына головой, улыбнулся, но тотчас вновь задумался.

–  В конце концов, что со мной будет - увидим. Хорошо хоть, что предупредил. Что с тобой будем делать? В таком виде в школу…

–  Папуля, дорогой, ну о чём ты? Какая школа? Ты что, так и не понял?

–  Ага! Будешь суперменом - недоучкой?

–  Па, ну давай о главном. Мне надо найти ту девушку. Обязательно. И вот что. Где старый велосипед? Я же просил…

–  Да-да. На балконе.

Вскоре Максим держал в руках те самые бусы.

–  Ого! Хорошая схованка. Будет, куда заначку прятать, прокомментировал Белый-старший действия сына.
– А это что за сокровище?

–  Даже так? Уже - заначки? Быстро у вас всё нормализуется.

–  Да нет, что ты, - покраснел отец. Мы - душа в душу. Просто офицер без заначки…

–  Ладно. А это… не знаю. От одного бандюгана наследство. Надо с собой забрать - цыганка во сне видела.

–  Забрать… с собой? Это куда «с собой», позволь тебя спросить?

–  Па, но подумай, мне надо её искать. Ну, не дома же под кроватью!

–  Не пущу!

–  Ай, ну па, ну, как маленький! Я же тебе всё рассказал. Я же неуязвимый! Непотопляемый! Несгораемый!

–  Вижу. Особенно, насчёт несгораемого. Прости.

–  Да ладно тебе. Я к этой образине уже привык. Ну не веришь, хочешь вот, сквозь стенку пройду?

–  Избавь от такого удовольствия. Собственный сын - как нечисть какая!

–  Ну вот. Договорились. Пойду я, па, пока… эта не пришла. Ей то знать не надо, правда.

–  У нас нет секретов друг от друга.

–  Да, но пока мы обо всём этом точно ничего не знаем, чтобы не волновать…

–  Не пущу!!!

–  Но па!

–  Тогда пойдём вместе. Всё брошу - и пойдём!

–  Но па!!! Это моё и только моё! Я знаю, папуля, я… я чувствую. Умоляю, не мешай мне!

–  Сынок, но я же… Если что случится, я же этого… просто… Нет! остаёшься и всё!

–  Па, я таким не останусь. Не хочу и не могу. Не для этого я…такой.

–  Но Макс, ты у меня… Если что…

Максим встал и подойдя к отчаявшемуся отцу крепко его обнял.

–  Помнишь, па, ваш штурман Зубов, да? пел:

«Если

случится со мною беда Грустную землю не меряй шагами. Знай что сердце моё ты отыщешь всегда Там за облаками Там за облаками…».

Это теперь и про нас с тобой.

–  Ты хоть звони.

–  Я позвоню, а ты скажешь: «Хулиган». Давай какой позывной, а? Какой у тебя был в полётах самый странный?

–  Гелла, - усмехнулся отец.

–  Гелла? Но это же… это…

–  «Служанку мою, Геллу, рекомендую»…

–  Да, тот, кто такой позывной придумал, зачитывался Булгаковым.

–  Это обозначало, что на борту… служанка Сатаны. Термояд.

–  Ну, Гелла, так Гелла. На мой новый номер. Кстати… а как у тебя дела?

–  Ну как, готовлюсь. Форсируем. Время-то мало осталось. Правда, дубль начал наступать на пятки. Сам пойми, не мог я заниматься во всю силу, когда…

–  Но уже всё, папуля. Всё хорошо. Тебе надо побывать там сейчас, чтобы знать, что ждёт потом. А тебя… из-за моего… моей пропажи не тормознут?

–  Наоборот, сочувствуют. Но спрашивают по полной программе. Без скидок.

–  Па, ты давай, держи марку. Мы им покажем, на что нелюди способны, а? Выход человека в открытый космос без скафандра! Достижение отечественной лженауки! Только вот камеру придётся выключить. Когда проходишь через стены, одежда не проходит. Так что такие снимки будут скорее для «Плейбоя».

–  Всё больше узнаю. Тебе лишь бы похохмить.

–  Но что делать! Ну всё, папуля. Побежал.

–  Побыл бы ещё…

–  Папа, милый…, - Максим вновь обнял Белого-старшего и заглянул тому в глаза.
– Насколько я понимаю, у нас впереди целая вечность. Ну, половина наверняка. Потерпим. Я ведь тоже очень скучаю. Но надо…

–  Тогда на, возьми - протянул отец деньги.

–  Но па, я же вылечил шейха!

–  Бери - бери. Вижу, как он тебя отблагодарил. И ещё. Как тебя величать то теперь? Официально?

–  Чёрный. Максим Чёрный. Всё. Надо бежать. И вы бросьте это. Тоже додумались:"Твоя комната". Чтобы немедленно была ваша спальная. А нам пока и вместе с Настей будет неплохо. Макс крепко поцеловал отца и кинулся вниз по лестничному маршу. " Если мне ещё придётся здесь жить" - мысленно добавил он. На улице холодный ветер швырял в лицо хлопья мокрого снега. Таким же холодом сквозануло по сердцу:«А всё же отпустил». А Белый-старший смотрел из окна на вышедшую на освещенное место высокую нескладную фигуру. Мысль о том, что он оставил сына в какой-то ужасающей, нечеловеческой беде, была невыносима. Откупился! Денег дал!
– от такого укора совести бросило в жар. Оставить всё и идти с ним рядом! Но поможет ли? А если, действительно, только помешаю? Ничего же не понимаю в этих его…ужастиках. И… вот эта новость. Я тоже нелюдь. И в любой момент может проявиться… Но это потом. А сейчас - сын. Если посмотрит вверх, значит, я ему сейчас нужен. Пойду с ним и не прогонит! Отца не прогонит.