Тьма всех ночей
Шрифт:
— Мы хотели бы предать забвению прошлое, стать друзьями и прийти к соглашению. Имея в виду спасение Непанты.
Бин Юсиф осторожно вмешался:
— Вы простите серьезные распри? Как Райдью? — Четыре гримасы. Видно было, как Турран борется с собой.
— Да. Он теперь мертв. Ненависть не поможет ему. И месть не поможет живым. А Непанта жива. Ей можно помочь. Да мы служили бы чертям, если бы этим можно было спасти ее.
— Я почти верю вам, — сказал ему Рагнарсон. — Как бы там ни было, чего вы хотите от
— Помощи Насмешника. Она — его жена. А он знает все способы распутывать такие дела…
— Слишком плохо. Этот идиот уже ушел.
— В Клыкодред? Сам?
— Да. Сумасшедший как шляпник, верно? Вина вашей сестры. Он любит. Думает, что бросил вызов, как эти дурацкие рыцари из историй, которыеe ей так нравились. Я не знаю. Может, я не прав. Никогда прежде у него не было симптомов этой болезни. Он может совершенно спятить. Да! Что случилось с Люксосом?
Лицо Туррана снова потемнело. Он ответил:
— Мы не смогли его уговорить покинуть Вороний Грай. Он сражался до конца. Даже после того, как все сдались. Он был моим братом, и я горжусь им. Он был храбрым — но и глупым тоже. Сотня фанатиков вроде него могла бы развалить мир. В конце концов его пристрелили лучники. — После краткого раздумья:
— Почему люди выкладываются больше всего в проигрышной ситуации? Вспомните великих героев. Никто из них в конце не вышел победителем.
Рагнарсон сделал вывод:
— Клыкодред, вероятно, будет орешком даже покрепче, чем Вороний Грай. У нас больше нет армии. И нет денег, чтобы ее нанять. Как вы считаете, что мы можем предпринять?
— Хм. Что? — тупо пробормотал Турран. Как видно, он и его братья держались только верой, что у них осталось еще одно дело. Они держались на воде среди обломков кораблекрушения своей мечты. — Я не знаю.
— Магия?
— Мы сделаем, что сможем. Мечами или Ветродуем. Без Райдью, Непанты и Люксоса наш контроль не будет столь хорош. Мы сможем управлять дождем или снегом, но уже не получится ничего, подобного бедствию, что мы наслали на Двар.
— В данном случае и это может быть полезно, — встрял Гарун.
— Я тоже так думаю, — согласился Турран.
— Браги, мне это не нравится, — подвел итог Черный Клык.
— Мне тоже, Хаакен. Но это уже действительно не твое сражение. Тебе, Рольфу и Рескирду я отдам то, что осталось после уплаты по счетам. Элана, принеси черновые расчеты.
— Что следует предпринять? — спросил бин Юсиф, подводя итог. — Иметь бурю в кармане, может быть, и сподручно, но мы должны знать, куда и когда ее послать.
— Есть предложение, — вмешался Вальтер. — Визигодред и Зиндаджира. Мои агенты сообщили, у вас полное взаимопонимание.
После упоминания этих имен за столом воцарилась тишина. Имена принадлежали чародеям. Могущественным чародеям, хотя и не того класса, что Вартлоккур.
— Ты глубоко копал, если узнал
— Мало времени, — сказал Рагнарсон. — Насмешник уже получил добрую фору. Есть шанс, что он будет мертв еще до того, как мы поладим с этой парой. Я не уверен, что мне хочется иметь дело с Визигодредом. Я ему сейчас слишком много должен.
Турран обнаружил свой прежний дух, предложив:
— Мы можем составить расписание по времени. Мы могли бы задержать Насмешника непогодой, пока вы не будете готовы помочь ему.
— Я уж представляю, — фыркнул Рагнарсон, и обращаясь к Гаруну:
— Станет Зиндаджира работать с Визигодредом? Они еще враждуют?
— Мы дадим им Рог Звездного Всадника и наши насылающие бури инструменты, если они помогут, — сказал Турран. — Они сами решат, кто что получит.
Гарун кивнул:
— Именно то, что убедит Зиндаджиру. Он думает, что мировой механизм работает только тогда, когда подмазывается взятками.
— Мне это не нравится, — сердито буркнул Рагнарсон. — Но за отсутствием лучшего… Ладно, я сегодня отправляюсь в Мендалаяс.
— Мы последуем за Насмешником к Клыкодреду, — сказал Турран. — И будем поддерживать паршивую погоду. У нас нет прежней силы. Разобьем лагерь где-нибудь в Восточной Пустоши, достаточно близко, чтобы ударить изо всех сил, если понадобится.
Ялмар принес последний кувшин эля. Они выпили за успех предприятия, после чего с головой окунулись в выполнение непроработанного плана.
Рагнарсон с женой достигли вершины холма остановились, глядя на серый готический замок Мендалаяс, стоящий в долине. Мысли переходили от изумления недавно обнаруженной беременностью Эланы к воспоминаниям о последних визитах сюда. Визигодред хоть и был колдуном, но каждый раз показывал себя превосходным хозяином. Рагнарсон надеялся, что это осталось по-прежнему.
— Ничего себе местечко, — сказала Элана. Она отвела прядь рыжих волос от глаз. Цвет ее волос иногда менялся непостижимым образом, заставляя Рагнарсона удивляться особому колдовству женщин. Некоторые из них были лучшими иллюзионистами, чем мастера-чародеи.
— Угу! — Ему тоже мешали волосы. Сильный ветер дул с Крачнодианских гор, лежащих как раз на север от Мендалаяса.
— Чего мы ждем?
— Я нервничаю. С тобой все в порядке?
— Не глупи. Конечно, в порядке. Еще месяцы до того, как тебе придется беспокоиться. — Она пришпорила лошадь.
Вскоре они уже поднимались по дальнему склону долины — через виноградники, окружающие Мендалаяс. Коричневые виноградные лозы тянули свои руки до самого свинцово-серого неба. Сейчас они не производили впечатления, но красота вернется весной. А следующим летом среди бронзовеющих листьев будут висеть грозди иссиня-пурпурных ягод, из которых родится вино…