Тито
Шрифт:
Вообще стены замка стали давить на мальчика, раньше ему нравились новые знания, а теперь ему совсем перехотелось учиться. Свободы здесь не было совсем, даже это слово, казалось, не пробивалось сюда сквозь толстые каменные стены. Конечно, ученикам разрешалось выходить из замка, но только два раза в неделю и только на один час. И то, гулять можно было только по небольшому парку, разбитому на заднем дворе и огороженного высокой оградой. За учениками присматривали взрослые маги.
После уроков был обед, а потом выдавалось свободное время длиной в два часа, которое нужно было тратить на уроки. Свободным время называлось
В мыслях о своём положении в школе Тито прожил ещё два дня. Потихоньку его всё стало просто невыразимо бесить. Он был уже не прочь сбежать отсюда, если бы не многочисленные заклятия, которыми окружила себя школа. Но выход из положение оказался очень простым, Тито решил просто поискать ту комнату, в которую тогда, спасаясь от погони, случайно забрёл. Если честно, на мысль про комнату натолкнули мальчика Часы, пространно намекающие, что не прочь оставаться на едине сами с собой почаще.
Вообще в последние дни Тито много о ней думал и находил всё более интересной, но в то же время он прекрасно понимал, что в многочисленных лабиринтах замка найти отлично скрытый за стеной проход — на грани фантастики.
Но пожив ещё четыре дня в гнетущей атмосфере он решил, что лучше потратить всю жизнь в поисках комнаты. По идее у него каждый день было около часа на поиски, этот час он крал из своего "свободного времени", так как успевал делать домашнее задание за полчаса, а ещё полчаса, как рассуждал мальчик, ему нужно было чтобы найти дорогу обратно в свою комнату.
Но хоть поиски представлялись ему очень трудными, на деле всё оказалось просто, даже слишком просто! Как только Тито представил секретную комнату во всём её великолепии, его будто потянуло куда-то. Не в силах справиться с этой силой, Тито повиновался ей.
Вот он резко повернул направо и, вспомнив недавнее приключение, сумел остановиться, собрав всю свою волю и силу для этого.
Перед ним выросла стена. В этом маленьком закуточке стояла только странная скульптура — вырезанный из камня небольшой столик со статуэткой орла, Тито подошёл к ней и принялся дёргать орла. Сначала спокойно, стараясь здраво рассуждать, потом со всё более нарастающим пылом. В конце концов он уже с видов маньяка тащил орла на себя, упершись ногами в каменный столик. Вот такой это был человек — живущий по большей части своими эмоциями! Вдруг Тито ощутил себя полным дебилом и со смехом спрыгнул со столика. К его удивлению, стена отодвинулась в сторону. Почувствовав некоторое нездоровое желание сломать несчастную статую, Тито поспешно вошёл в проход.
Через некоторое время он выкатился в "прихожую".
Теперь она ему показалась куда более уютной, хотя и оставалась прежней. Он вдруг вспомнил, что во всём замке, в коридорах, в классах было мрачно хотя на каждой стене и висели факелы. Но Тито чувствовал, что огонь в них был какой-то странный, мальчик даже подумал однажды, что это мало походило на НАСТОЯЩИЙ огонь. Те штуковины, которые были вместо НАСТОЯЩЕГО были светло-коричневыми блестящими штуковинами.
У Тито была сила огня. Он мог спокойно вызвать пламя и держать на ладони, не боясь обжечься. Из-за этой невосприимчивости к огненному теплу у всех огненных магов были холодные
Пламя же, которое было в этой прихожей, было живым. И оно тянуло к Тито свои огненные руки, словно мечтая удостовериться, что он действительно огненный чародей. Мальчик протянул руку к огню и осторожно погладил его, языки пламени будто расцвели от этой ласки и засветились ярко-ярко. Вдруг всё вокруг преобразилось — стало совсем новым, чистым, сияющим и уютным, пусть камень, но цветущий камень.
Зачарованный Тито пошёл к заветному факелу и надавил на него. Стена отодвинулась, пропуская его в волшебно-красивую спальню, которая как и "прихожая" преобразилась вдруг, став чистенькой, ещё более величественной.
Тито шагнул за стену и прошёл к кровати. Он прикоснулся к спинке рукой и вздрогнул от неожиданности. Деревянная поверхность была тёплой, словно кто-то только что долго-долго держал на ней руку. Тито провёл рукой по покрывалу, которым была накрыта кровать. Оно тоже было тёплым. Тито оглянулся по сторонам. В его голову пришла мысль, что, возможно, здесь уже кто-то живёт, а сейчас просто вышел куда-то. Но почти сразу же в голову закралась другая, благоразумная мысль: кто же будет жить в комнате которая минуту назад была погребена под пылью?
Тито прошёл по красному ковру к полке с книгами и вытащил одну из них. Книга отчаянно сопротивлялась и никак не хотела вылезти с полки, таща за собой остальных полочных жителей. После нескольких минут тяжёлой борьбы Тито победил и вытащил-таки книгу. "Заклинания для всех" Арвелеро Барилево — значилось на обложке.
Имя автора книги показалось мальчику похожим на заклинание и он открыл книжку. Её страницы были светлыми и читать было очень легко. Тито прочёл вступление. Оно было записано очень мудрёно и некоторые буквы были вообще не понятны и прыгали перед носом Тито, словно дразня его.
Мальчик перевернул страницу. На заголовке значилось: Заклинания для начинающих. Было похоже на учебник и от этого Тито слегка поморщился. Потом прочёл первое заклинание — Пьёшилфё. Тито едва его прочитал. Ну и заклинание! Рядом с ним значилась непонятная надпись: "Чтоб погорячее".
Тито жутко обрадовался, значит, заклинания про огонь. Он оглядел комнату, ища, на чём потренироваться. Его взгляд упал на факел. Тито затушил его взглядом. Вытянул над ним руку. Взглядом уперевшись в книгу прочитал:
— Пьёшилфё!
Он перевёл взгляд на факел и выражение его лица стало виноватым — от факела остались одни угольки.
— Неплохо для начала… — пробормотал Тито.
Он начал читать дальше "Ззёфляфёзыь". Тито не понял, для чего здесь нужен мягкий знак, да и вообще он не понимал, почему для заклинания подобраны такие сложные соединения букв. Лично он мог некоторые вещи делать и без всех этих пафосных слов и королевский жестов, которым его учили на уроках. Он глянул на надпись рядом: "Это заклинание дано здесь в случае того, что вы только что спалили своё любимое кресло".