Чтение онлайн

В этот момент дверь распахнулась, и на пороге магазинчика появилась хрупкая высокая девушка. Она отбросила назад капюшон теплой куртки. Из-под модной нынче вязаной кепи выбивались короткие соломенные волосы. Девушка сразу направилась к полке с художественной литературой. Познакомившись с новинками, она подошла к Виталию и, посмотрев на него карими глазами, спросила:

— Извините, у вас что-нибудь есть о «Титанике»?

Еще одна ненормальная. Дался им этот пароход! Виталий считал, что вся эта рекламная шумиха вокруг «Титаника» — прекрасно раскрученный коммерческий проект. До этого Запад повально

увлекался динозаврами, когда Стивен Спилберг показал зрителю «Парк Юрского периода». Потом был «Титаник» Джеймса Камерона.

И вот совсем недавно построили копию легендарного «Титаника» и раздули такой ажиотаж вокруг этого плавания, что отголоски его докатились до седого Урала. Перед новым походом «Титаника» снова начали пользоваться спросом книги о легендарном лайнере, потерпевшем крушение в 1912 году.

— Сожалею, мадам, — развел руками Лутовинов, — но последний «Титаник» уплыл сегодня утром.

— Мадемуазель, — поправила его девушка. — Жаль, очень жаль. — Немного поколебавшись, она все-таки спросила: — А как вы считаете, «Титаник» доплывет до Нью-Йорка?

Виталий вздрогнул. Этот вопрос вот уже два года не давал ему покоя.

— Вы задаете чисто гипотетический вопрос. Честно говоря, я много размышлял об этом…

— И к какому выводу вы пришли?

— У меня есть некоторые соображения на сей счет.

— А не могли бы вы поделиться вашими соображениями со мной? — неожиданно попросила она.

Виталий внимательно посмотрел на девушку. Кареглазая проявляла удивительную настойчивость.

— У меня дома есть несколько интересных книг о «Титанике», которые, несомненно, удовлетворят ваше любопытство. Я могу дать вам их на несколько дней почитать.

— А это удобно? — В глазах девушки появилась настороженность.

— Удобно, еще как удобно. Подождите, я мигом соберусь. Все равно сегодня торговли никакой, а день заканчивается.

— Ну что ж, убедили, — отмела в сторону девушка свои опасения. Этот парень совсем не походил на книгопродавца, скорее на аспиранта из института. Хотя в наше время, подумала Александра, за книжной стойкой можно встретить не только аспиранта, но и профессора. Однако ее поразили умные грустные глаза за стеклышками круглых, давно вышедших из моды очков.

Лутовинов жил неподалеку. Через несколько минут они уже входили в подъезд серого пятиэтажного дома, такого же невзрачного, как и окружающие его собратья.

Виталий открыл дверь английским ключом, пропустил вперед гостью и включил свет. Тусклая лампочка едва рассеяла темноту тесного коридора. Лутовинов помог девушке снять куртку и пригласил ее пройти в зал, служивший ему одновременно и рабочим кабинетом; во второй комнате, дверь в которую была закрыта, располагалась спальня.

Александра очутилась в светлой комнате, убранной со вкусом, но без роскоши. Большой книжный шкаф закрывал почти всю стену. На письменном столе у окна стояли компьютер, принтер, лампа и телефон, рядом притулился небольшой диван, на коврике посреди комнаты расставлены журнальный столик на кривых ножках и два стула, в углу была тумбочка с телевизором и видеомагнитофоном. Одного взгляда Саше оказалось достаточно, чтобы сделать вывод: женщиной здесь и не пахло, а порядок поддерживался героическими усилиями мужчины…

— Виталий

Лутовинов, — представился ее новый знакомый.

— Саша… Александра Гордиенко, — улыбнулась она.

— Простите за беспорядок, — извинился Виталий. — Я называю его творческим. Когда меня захватывает очередная новая идея, я забываю обо всем.

— По-моему, вы скромничаете. У вас идеальный порядок… для одинокого мужчины.

— Вы мне льстите… Чай, кофе? — предложил Виталий. — Или что-нибудь покрепче?

— Пожалуй, от чая не откажусь, — помедлив, ответила девушка.

— А я составлю вам компанию.

Лутовинов поставил белый чайник со свистком на газовую плиту и вернулся в комнату. Девушка с любопытством рассматривала корешки книг на полках.

— Простите за любопытство, но чем вы занимались раньше, то есть до того, как устроились в книжный магазин?

— Я окончил филологический факультет, работал в школе преподавателем, но ветром перемен меня занесло в этот магазин.

— А вы и вправду что-то можете рассказать о «Титанике»? — спросила Саша, почувствовав, что Виталий не расположен к воспоминаниям.

— Конечно. — Лутовинов скрестил руки перед собой. — «Титаник», как это ни странно звучит, сыграл трагическую роль и в моей судьбе.

— Вашей? — Гордиенко удивленно воззрилась на него. — Но вы слишком молоды… Или это было в вашей прошлой жизни?

Виталий покачал головой:

— Не знаю, что было в моей прошлой жизни. В конце концов я не граф Калиостро или Сен-Жермен, но с «Титаником» меня связывает моя нынешняя жизнь.

— Но вам, Виталий, при всем желании не дать больше ста! — Александра подумала, что Лутовинов просто разыгрывает ее, и решила поддержать незатейливую игру.

Лутовинов усмехнулся:

— Недавно мне стукнуло тридцать три…

— Возраст Христа, — машинально отметила Саша. — Вот видите, у вас все еще впереди.

— Мне нравится ваш оптимизм. Оптимизм юности, когда кажется, что все еще впереди. Увы, после тридцати так не кажется. По крайней мере мне. Знаете, Саша, одно время я мечтал стать писателем. И скажу вам больше, я был бы сейчас знаменит, если бы не… «Титаник».

— Но при чем здесь «Титаник»? — пожала плечами Саша. — Многие добиваются славы и признания, но им не мешают корабли из прошлого. — А про себя подумала: «Пожалуй, у него что-то с психикой не в порядке. Вероятно, мнит себя непризнанным гением… Пора сматывать удочки…»

Глава 2

В это же время в поезде «Екатеринбург — Москва» разгорелся горячий спор между пассажирами спального вагона.

— Да нет в нем ничего особенного! — спокойно заметил молодой мужчина с короткой стрижкой.

— Как это, ничего особенного? — возмутилась юная Катя Шадрина. Она набрала в легкие побольше воздуха, чтобы обрушиться на своего неожиданного оппонента. Ей и в голову не могло прийти, что кто-то осмелится усомниться в красоте и таланте ее любимчика актера Леонардо Ди Каприо. — Да вы хоть имеете представление о «Ромео и Джульетте» или «Титанике»? — выпалила она, испепеляя мужчину полным презрения взглядом. — Смотрели? — Ее горящие гневом глаза, казалось, прожигали насквозь.