Тише!
Шрифт:
— Не знаю, смогу ли объяснить.
— Попытайся.
Эван молча размышлял. Наконец, он сказал:
— В каждом твоём слове или действии есть искренность, даже если ты говоришь кому-то что-то неприятное. Как и в том, как ты познаёшь мир. Я смотрю на часы и вижу часы. Ты смотришь на часы и мысленно разбираешь их на винтики, чтобы понять, как и почему они работают.
Пауза.
— А ещё ты очень милый, когда начинаешь возмущаться.
Это был не тот ответ, которого он ждал. Ашер нахмурился и посмотрел на Эвана.
—
— Вот как сейчас, — Эван посмотрел на него, и его губы растянулись в улыбке. — Ты всё время так возмущаешься. Когда я кладу куртку на стол, ты злишься и вешаешь её в шкаф. И ещё ты так свирепо смотришь на мясо, если оно на тарелке лежит слишком близко к картошке. Или когда я дразню тебя. Выглядит так, будто целый мир задел твои нежные чувства... и мне нравится всё это, — он пожал плечами.
Ашер в упор смотрел на него.
— А ещё, — продолжил Эван, — ты краснеешь, когда кто-то говорит тебе что-то приятное. Как сейчас, например.
Ашер снова отвернулся, его лицо просто загорелось, когда Эван начал смеяться. Ему нравятся в нём такие странные черты. Вивиан они только бесили.
До того, как стекло окончательно очистилось, Ашер нарисовал под двумя точками улыбающийся рот, который затем медленно исчез. Спустя мгновение, он тихо сказал:
— Твой оптимизм.
— Что?
— Это то, что мне нравится в тебе. Раз уж ты ответил на мой вопрос, — он нахохлился.
Эван протяжно хмыкнул.
— Ты умеешь всё просчитывать.
— Ты никогда не унываешь. Что бы ни случилось, для тебя это ещё не конец мира. В конце туннеля для тебя всегда горит свет, и всё в том же духе.
— Стакан наполовину полон, точно, — задумчиво проговорил Эван.
— Ммм... Ты... возвращаешь меня с небес на землю, наверное.
Ашер прикрыл глаза, но не стал поворачиваться к Эвану. Он едва ли сможет говорить, глядя на него. Он не знал, зачем вообще первым начал этот разговор.
— Ты напоминаешь мне о том, что всё не так плохо, как кажется.
— Спасибо, Ашер, — по голосу Эвана казалось, что он улыбается.
— ...Даже несмотря на то, что ты всё время оставляешь верхнюю одежду в неположенном месте.
— Видишь? Недовольный Ашер, — Эван снова засмеялся. — Это мне кое о чём напомнило... Какие у тебя планы на Хэллоуин?
Ашер поднял бровь.
— И каким же образом это связано с Хэллоуином?
— Э-э-э... Никаким. Но, учитывая происходившее в последние несколько дней, я никак не мог найти подходящее время, чтобы задать тебе этот вопрос.
Ох, ну что ж. Хэллоуин был уже не за горами, но что это меняет? Хэллоуин — это последнее, о чём он думал в эти дни. Когда-то он ходил на вечеринки по случаю праздника с Вивиан, но после прошлого раза, когда он только зря потратил своё время, Ашер не особо стремился снова идти куда-то на Хэллоуин. Он что-то уклончиво промычал и пожал плечами.
Эван качнул головой.
— Я спросил, поскольку собираюсь съездить к своим
Ашер не хотел проводить все выходные в окружении незнакомых ему людей, но стоило признать, ему было любопытно, какой у Эвана дом, он хотел познакомиться с его родителями, увидеть, где он вырос. У Эвана сложный характер. Может, если бы он увидел, где тот воспитывался, то ему было бы легче понять, что Эван за человек. И, возможно, желание Эвана познакомить его со своей семьёй было... довольно милым.
— Мне нужно как-то приодеться? — неуверенно спросил он.
— Неа, — Эван ухмыльнулся. — То есть, если тебе хочется, то пожалуйста, но у нас не будет званого ужина или что-то вроде того. Обычное жертвоприношение маленьких щенят, в котором ты можешь не участвовать.
На этот раз расхохотался Ашер, и этот смех был для него так блаженно-инороден. Вопреки всему, смех над чем-то таким нелепым был для него сравним с прохладным дождём после засухи.
— И кто такое пропустит?
Пятница, 24 октября
Ашер проигнорировал протесты Эвана и пошёл на занятия. Жизнь продолжается. Он не мог наплевать на всё из-за смерти Мариссы, и он устал от звонков на мобильный. Занятия были ещё одним поводом держать Вивиан на расстоянии какое-то время.
Он освободился около четырёх, зашёл домой, чтобы забрать кое-что и снова уйти.
В списке было ещё два имени. Ночью он должен был покончить с одним из них, хотелось ему того или нет.
Гектор и Бобби были последним долгом, который он отдаст Вивиан Хилтон и после которого сможет жить своей жизнью. Вне зависимости от того, нужно было это самой Вивиан или нет, он чувствовал непреодолимую потребность закончить начатое. Гектор Барнс жил за три часа езды от Ашера и был довольно неприметной личностью, поэтому Ашеру было не так-то просто подобраться к нему незаметно. И что заставило его заняться этим именно сейчас? Он не знал. Возможно, у него осталось мало времени. Ведь убийство Ричтера в конечном счёте могут привязать к нему, и тогда его работа так и останется незавершённой.
А ещё есть Эван. Становится всё сложнее смотреть ему в глаза и продолжать скрывать свою деятельность. А ведь так хочется рассказать всё, чтобы хоть кто-нибудь знал правду.
Гектор же, изнасиловав Вивиан, будто испарился с лица Земли. Чтобы найти его, Ашеру пришлось попотеть. Гектор начал учиться на пожарного, что показало Ашеру его стремление измениться. Стать лучше.
Но тем не менее Ашер нередко задумывался о том, вспоминал ли Гектор о Вивиан и о том, что он с ней сделал? И осознавал ли тот, какой вред он причинил ей?