Чтение онлайн

Да, подумала Тинкер, наверное, работа Пони мало отличается от того, чем занимается Натан. Выйдя из ледника, она заперла дверь и двинулась к лавке. Черт бы побрал эту Тулу! Полукровка все выставила в дурном свете. А пришедшее в голову Тинкер сравнение Пони с Натаном вообще выбило ее из колеи. Ну почему Натан так подло предал ее? Только ему, помимо Лейн и Масленки, конечно, она открыла бы дверь, будучи завернутой в одно лишь полотенце. Чем больше Тинкер об этом думала, тем яснее понимала: она неверно судила о Натане с самого начала. Она видела в нем копа, а не мужчину. Она полагала, что он навсегда

останется замечательным «большим братом», даже если к этому добавятся всякие там поцелуи. Не тратя времени на размышления, они сменили амплуа, и Натан в роли бойфренда оказался совсем другим человеком. Собственником и деспотом. Наверное, тогда, на Ярмарке, инстинктивное решение сбежать от него было самым лучшим выходом. А любое иное развитие событий давеча, на чердаке, скорее всего, привело бы Натана к попытке заставить Тинкер делать то, чего она не хочет.

И еще эти разглагольствования Тулу! Получается, глупая Тинкер открыла дверь и впустила в дом варга. А как его теперь выгнать?

Тинкер пыталась растянуть пребывание в лавке на два часа, но вскоре поняла, что сделать это, не вызывая у Тулу или у юного телохранителя подозрений, ей не удастся. Они с Пони вернулись на Холм Обсерватории на сорок минут раньше обещанного. Однако оказалось, что Лейн уже закончила работу и теперь сидела на кухне с чашкой чая. Казалось, она испытала сильное потрясение. Выражение ее лица было для Тинкер тревожным сигналом. Она быстро убрала в холодильник скоропортящиеся продукты из лавки Тулу и отправила Пони в фойе, чтобы спокойно обсудить с Лейн результаты анализов ДНК.

— Что, так плохо?

Лейн подняла бровь:

— Что? О нет! Я изумлена: Ветроволк радикально изменил взрослого человека, скорее всего, совершенно не опасаясь, что это может его — то есть тебя — убить. Ты выглядишь практически так же, как раньше, поэтому я не поняла это сразу, а только когда начала работать с ДНК. Я… я… я испытываю благоговейный ужас.

— Пожалуйста, Лейн, не своди меня с ума!

— Ты не представляешь себе масштаб трансформации! Он меняет все, что мы знали о возможностях эльфов. Мы-то считали, что способность эльфов с помощью магии превращать людей в лягушек — просто досужие разговоры, фольклор или городские мифы.

— Значит, мне повезло, что я не лягушка?

Взгляд Лейн потяжелел:

— Ох, Тинкер!

— А откуда, по мнению ученых, появились госсамеры и виверны?

— За тысячи лет люди тоже произвели в домашних животных огромные изменения. Достаточно взглянуть на чрезвычайную фенотипную вариативность канин-генотипа.

— Чего-чего?

— Я говорю о собаках. Все породы, от чихуахуа до ирландских волкодавов, считаются потомками маленького североевропейского волка.

— Лейн, давай обо мне. Что ты обнаружила?

— Не хочешь подождать Масленку?

— Нет. Если результаты плохие, Масленка воспримет это известие тяжелее, чем я. Мне надо подготовиться. И суметь поддержать его.

— Жаль, что мне не приходило в голову сделать анализ твоей изначальной ДНК. — Лейн повела Тинкер в лабораторию. — Потрясающий случай: так много узнать о разнице между двумя нашими расами за пару часов.

— Лейн!

— Прости. Это настолько же любопытно, как наблюдать за злоумышленником, который разрушает

Розеттский камень!

— Что?

Лейн вздохнула, доставая термометр.

— Тебе нужно более широкое образование.

— Я сейчас не в том настроении, чтобы обсуждать свои недостатки.

— Ладно, ладно. — Лейн сунула термометр в ухо Тинкер и, после того как он пискнул, вытащила его. Посмотрела на показания. — Этого-то я и боялась! — Она подошла к шкафчику с лекарствами и достала несколько бутылочек. — Пожалуйста, прими вот это.

— Зачем?

— Уровень белых кровяных телец у тебя в крови чрезвычайно высок. Эльфы отличаются более высокой сопротивляемостью к болезням, что предполагает наличие агрессивной иммунной системы. Вероятно, для них повышенный уровень лейкоцитов — норма. А у тебя небольшая температура — это, впрочем, неудивительно, если учесть, что все клетки твоего тела были радикально изменены.

— Изменены?

— Все четыре твои пробы идентичны, а это указывает на глобальное изменение.

— Ого! А что это? — Тинкер смотрела на таблетки, которые Лейн вытряхивала из баночек прямо на ее ладонь.

— Тайленол для снижения температуры, — ответила Лейн, завинчивая крышки. — Кальций, фолиевая кислота, железо, цинк и мультивитамины. Не представляю, что именно сделал с тобой Ветроволк, но, возможно, это действие агента вирусной природы. Я пытаюсь остановить процесс, который вполне способен оказаться разрушительным. Эти таблетки помогут тебе сохранить силы. Возможно, после обеда надо будет поспать. Напрягаться тебе сейчас никак нельзя.

— Итак, все мои пробы ДНК оказались идентичными. А что насчет их сравнения с пробами Масленки?

— Я выделила ДНК из всех проб и использовала ограничительный энзим для разделения ДНК на определенный набор фрагментов. — Лейн открыла окошечко на рабочем компьютере. — Вот эти я обработала флуоресцентным красителем и пропустила через поточный цитометр. Когда лазер бьет по молекулам флуоресцентной краски, привязанным к фрагменту ДНК, происходит «взрыв» фотонов. Число фотонов в единичном взрыве прямо пропорционально размеру фрагмента. Цитометр подсчитывает число фотонов в каждом взрыве, и мы получаем точные длины всех кусочков ДНК.

Лейн включила файл с изображением, представлявшим собой череду грязных точек, расположенных вертикально.

— Вот. Итоговое распределение размеров фрагментов данной пробы — своеобразные «отпечатки пальцев» ДНК. Это грубовато, но для наших целей вполне достаточно. В общем, чем ближе в родственном отношении два человека, тем больше генных последовательностей должны у них совпадать.

— Эти грязные пятна?

— Да. Те самые «отпечатки пальцев».

— О'кей. — Тинкер собралась с духом. — А Масленкины где?

Лейн свернула файл с пробой Тинкер и открыла вторую картинку.

— А это — его.

На первый взгляд они не совпадали. Когда же Лейн поставила их рядом и совместила по размеру, разница стала еще больше.

— Ох, — Тинкер села, удивленная тем, как сильно ее это задело. Оказывается, она придавала родству с братом огромное значение.

— Все не так плохо, как кажется. — Лейн показала на скопление точек в середине картинки Тинкер. — Вот эти точки с ДНК на теломере.

— На чем?