Тихоня

Высокое здание из красного кирпича. Где-то там за поворотом находится вход в главный корпус, на двери которого можно с легкостью прочитать название учреждения. Университет.

Аня чувствовала, как холодит затылок, но все равно продолжала прижиматься к стене, выпуская из легких едкий сигаретный дым. Ее взгляд блуждал среди деревьев, ровно и красиво высаженных на небольшой аллее напротив. Ветер раскачивал кроны, понемногу отрывая от веток желто-бордовые листья. Аня с грустью вспоминала о лете, которое вдруг

кончилось. Она даже и не заметила. Все так мимолетно. Это пугало ее с каждым годом все больше. Теперь выражение «время как вода» стало для Ани ничем иным как реальностью.

Более того, летом ничего интересного не происходило. Все теплые деньки она потратила на то, чтобы заработать немного денег на личные нужды и поэтому сутки напролёт торчала в кафе, щеголяя в опрятной форме официантки. Тогда какого черта она все равно продолжает из года в год ждать это призрачное и невероятное лето, которое никогда не оправдывает ее надежд?

Она затянулась снова, почесала бровь большим пальцем и обернулась вправо. К главному входу шла Кира — ее подруга и по совместительству соседка по комнате. Ее можно было с легкостью потерять в этом осеннем пейзаже, ведь в черных волосах девушки присутствовали красные пряди. Но у Ани зоркий глаз. К тому же Кира не изменяла себе и вооружившись тем, что осень официально наступила с первого числа прошлого месяца, поскорее натянула на голову серую шапку — ее обожаемый предмет гардероба.

Аня не торопилась догонять соседку, хоть и не видела ее долгое время. Очевидно Максим, парень Киры, ждал свою девушку на лестнице.

— Так и есть, — чуть слышно шепнула Аня себе под нос и улыбнулась, наблюдая за их милыми и в то же время тошнотворными объятиями.

Теперь, когда Макс был предметом обожания ее подруги, причем взаимным, он не так уж сильно ее раздражал. А после того, как он разорвал всяческий контакт с футболистами, Аня была готова ставить парня на пьедестал. Футболисты слишком много о себе мнят. Хотя Максим разрешил себе оставить спортивную куртку их клуба и с удовольствием носил ее, рьяно доказывая спортсменам, что это всего лишь одежда, к тому же теплая и комфортная. Футболисты злились, но Макс чихал на их недовольство.

Выдохнув дым напоследок, Аня кинула окурок под ноги и затушила его. Она была готова переступить порог ненавистного ей университета, пусть он и не рад ее видеть. Аню грела лишь мысль о том, что это в последний раз. Последний учебный год. А потом можно наконец забыть эти тупые рожи и никогда не вспоминать. Но пока… Пока она должна доиграть свою роль до конца.

Аня развернулась, в спину ей подул ветер. Короткие белые волосы коснулись лица, она почувствовала, как они пропахли табаком. Аня зажевала жвачку и вставила наушники в уши, в которых негромко играл панк.

Пройдя совсем немного и свернув за угол, она толкнула дверь учреждения и оказалась внутри. Рюкзак на плече, руки спрятаны в карманах голубой джинсовки-оверсайз. На бледной шее красовался чокер. Потрепанная футболка с AC\DC и черная джинсовая юбка. Ботинки на шнуровке придавали тяжести ее шагу, Аня ничуть не смущалась. Все оборачивались на звук, но никто не заострял на ней особого внимания. Студенты по большей части знали, кто она такая. Местная знаменитость. В плохом ключе.

Иногда Аню даже забавляла эта игра, эти ярлыки. Для нее, как для будущего

психолога, сей феномен был весьма любопытен.

Люди надменно смотрели на нее, усмехались, воротили носы. Ане было плевать. Главное то, что она сама за себя знала, остальное ее не волновало. Тем не менее Аню веселило как именно все воспринимали ее образ — плохая девчонка, дрянь, потаскушка. Ей до ужаса нравилось подыгрывать, еще жирнее подчеркивая свой образ эдакой дикарки без тормозов.

— О, Федорчук! — окликнул кто-то.

Аня обернулась и увидела Королева — звезду местной футбольной команды. «Козел», — закатила она глаза. Он был в окружении спортсменов-друзей и пары девушек. Впрочем, как обычно. Время порисоваться.

— Как дела, Федорчук? — продолжал Паша. — Как здоровье? Как твоя лесбийская жизнь? Все в порядке?

Гогочущий смех. Аня сморщилась от отвращения и показала парню средний палец, продолжая шагать дальше. Его друзья изобразили что-то вроде сочувственного вздоха, словно она нанесла Королеву смертельный удар.

— Паша, перестань, — послышался знакомый девичий голос. Аня знала чей он, но не придала значения.

Ира. Это была она. Пусть девушка и сказала Королеву перестать, но это не ради Ани, а ради нее самой, ведь как ни крути «ржачная» байка ее тоже касалась.

Поцелуй двух пьяных девушек, которые когда-то были подругами. Чем же еще можно поразвлечься? На тот момент это была просто разрывная бомба, а не просто очередная забавная история, случившаяся на вечеринке футболистов. «Ей неприятно, как неожиданно», — фыркнула Аня, уже подходя к нужной аудитории.

Дверь была открыта. Аня увидела толпу студентов, которые уже успели по большей степени занять классные места на галерке. Сейчас был совместный семинар для нескольких потоков. Или даже направлений.

Аня быстро поднялась по лестнице к самым последним партам и заняла одно из еще пока пустующих местечек. Препод задерживался, но проекторный экран был подготовлен, из чего Аня сделала вывод, что их ждет очередная скучная и ненужная лекция.

Кто-то свистнул, следом Аня услышала свое имя. Она оторвалась от рюкзака, в котором пыталась найти нужную тетрадь, вынула наушники и оглянулась. В соседнем ряду чуть впереди нее сидел Кирилл. Рядом с ним были его друзья — Денис и Артем.

Ребята играли в местной рок-группе «Rush». Кирилла Аня знала лучше всех, они вместе посещали курс истории с первого года обучения, там же вместе и сидели. Друзей его она тоже знала и поддерживала с ними общение, тем более, что парни каждую субботу выступали в студенческом баре «Шум», в который она с удовольствием наведывалась. Да и на репетиции ребят Аня с радостью заглядывала. Денис, со своими синими волосами и отличным чувством юмора, казался ей забавным. А вот Артема она терпеть не могла.

Слишком серьезный, слишком депрессивный, слишком высокомерный. Аня не выносила таких людей. На его лице так и написано кровавыми буквами, что он не умеет веселиться. Для Артема все в этой жизни абсолютно и бесповоротно должно следовать плану. И отклониться от него — страшнее смерти.

Аня удивилась парням, а затем улыбнулась Кириллу, который все еще смотрел на нее.

— Здесь программисты? — спросила она.

— Как будто не видно, — фыркнул Артем, не оборачиваясь к ней он надменно скрестил руки на груди.