Тигриный лог
Шрифт:
– Я так и думал. Ты знаешь всё о Тигрином логе? – распирало меня. Хоть кто-нибудь объяснит коварные планы Хенсока, если таковые имеются? А обо мне Джей-Хоупу рассказали?
– Больше, чем остальные, но не стал бы говорить, что всё. Об отсутствии Хана я знаю. Ты не болтун, я надеюсь?
– Я никому не сказал и не собираюсь. Но ты же тогда и знаешь, куда он ушел? А это значит, что знаешь о будущем монахов… - взгляды переплелись сражающими кобрами. Кто кому больше выдаст, да и в целом, что можно произнести, чтобы не ляпнуть
– Ты о возможности уйти отсюда, не так ли? – помог мне Джей.
– Да, о том, что отсюда уходят после первого тана. И могут завести семью. Это как-то не по-монашески.
– Я знаю об этом, но, пожалуйста, не оповещай об этом больше никого. Так надо. Ребята должны научиться стремиться к чему-то бескорыстно, а не для того, чтобы побыстрее убраться отсюда. Подобная информация всё испортит. На тебя можно рассчитывать?
– Я знаю об этом не первый день, и до сих пор никому не сказал. Не волнуйся. А… как же ты узнал о Тигрином, если пришел сюда до набора адептов? Я так понял, что тут не было средств на содержание никого, кроме обслуживающих себя учителей.
– Всё верно. Я узнал об этом месте от друзей. Помнишь, я говорил, что отец не давал мне общаться с теми, кого считал недостойными нашего уровня? Но это были мои лучшие друзья… Ради сохранения дружбы и общего дела я предпочел уйти сюда.
– Почему же они сами не пришли сюда с тобой?!
– У них другая миссия.
– Какая ещё миссия? Что они делают? Что ты будешь делать, когда покинешь Лог? – посыпалось из меня, как из решета. Заулыбавшись шире, парень остановил меня маханием ладоней.
– Всё-всё-всё, Хо, это тебе уже не нужно. Ты не монах, тебе незачем забивать себе этим голову. Иди, отдыхай.
– Но Джей! – заупрямившись, не отошла я. – Это нечестно! Я волнуюсь за товарищей. Почему я не могу знать?
– Ну… - протянул он и, наклонившись, как-то странно подмигнул мне. – Между тобой и монахами есть принципиальная разница, - холод прошелся по коже. – Ты узнал последнее вперед первого, - хохотнул он, заставив меня расслабиться. Я чуть было не подумала, что он намекает на мою принадлежность к другому полу! Но речь шла не о том. Смирившись, что ничего из него не вытяну, я отправилась спать. «Между тобой и монахами есть принципиальная разница» - почему, всё же, кажется, что он произнес это с большим смыслом, чем требовалось?
Однообразие каши надоедало, и последние три утра я старалась готовить её как-нибудь иначе, то добавляя сухофрукты, то смешивая крупы. Это заметно срабатывало на подсознании ребят. Вместо понурых лиц, ковыряющих одно и то же в тарелке за завтраком, они, не задумываясь, видя разное содержимое, не так пропитывались идеей безысходности и неизменности своего существования, и выдавали бодрые выражения. Это не относилось к таким, как Сандо, но остальные, многие из них, были детьми в душе, и порадовать их можно даже
Лео пришел за порциями себе и Хенсоку, ловко шныряя по проходу. Ага, вернулся, голубчик! К слову о тех, кого сложно радовать. Как же это сделать? Следя за ним глазами, я сунула ложку в рот и, задумавшись, облизывала её.
– Великий Будда, ты так сексуально ешь, что у меня встал, - поспешно вытащив ложку, я воззрилась обезумевшим взором на Рэпмона. Шуга пнул его под столом. Тот опомнился, прикусив язык и покраснев. Батюшки! Не думала, что этот человек умеет краснеть. Джей-Хоуп, взяв свою миску, отодвинулся от соседа подальше на скамейке.
– Ты что, и впрямь решил пересмотреть своё отношение к гомосексуализму?
– А что? Все мы люди, - виновато растерялся Рэпмон, но потом, сообразив, что можно выкрутиться как-то ещё, засмеялся над Джеем. – Что ты так серьёзно всё воспринимаешь? Шутка же!
– За такие шутки в зубах бывают промежутки, - напомнил Шуга, ненавистнически прищурившись в его сторону. – Давай-ка, свали из-за нашего столика, поменяйся на Чимина! В темпе, в темпе!
– Отстань, - бросив шустрый страдальческий взгляд в мою сторону, согнулся над едой Рэпмон. – Я отсюда никуда.
– А вы заметили, что мастера Хана нет? – отвлек нас от неловкой темы Ви, поглядев через плечо на учительский столик. Там одиноко сидел Ли. Мы с Джей-Хоупом подняли исподлобья глаза, посмотрев друг на друга. – Не заболел?
– Он ушёл на Каясан, - как о чем-то само собой разумеющемся, сообщил новый привратник. – Что-то там для приближения к просветлению. Наверное, ритуальные очищения в источнике. Он предупредил меня рано утром.
– А-а, вот оно что, - закивал Ви. Эх, как не стыдно обманывать эти юные создания? Хана уже больше суток тут нет.
– То-то завтрак такой оживленный, - огляделся Шуга. – Без него дисциплина резко падает. А мне спокойнее, когда он на месте, - Я рада, что друг не знает, что Хан вообще черт знает где, и случись что, прибежать быстро не сможет. Но ведь есть ещё Лео. Как ни странно, мой внутренний покой охраняло именно его присутствие.
После обеда об уходе на пару дней Хана знали уже все. Никто не усомнился в том, что учитель самосовершенствуется поблизости, за стеной. Наставникам доверяли беспрекословно, и я не знала, хорошо это или плохо? Не будет ли крушением авторитетов осознание через несколько лет, что им врали эти самые святые люди? Или прокатит такое модное «не врали, а недоговаривали»?
Я пришла на дневные спарринги, как и полагалось, а на месте преподавателя возвышался Лео. Он и в самом деле заменяет Хана! Он никогда не занимался с нами, и только иногда я видела его присматривающую фигуру на верхних террасах. Мой интерес к упражнениям усилился вдвое. Я хотела заниматься борьбой именно так, как понимал её Лео. Что-то из его души отражалось на всех его поступках, а она была прозрачно-чистой, что придавало его умениям особый резон, нечто красиво-правильное.