Чтение онлайн

Пита Сигера не испугал истеричный вой американской реакции. И вскоре он пишет новую песню «Верните их домой».

Вы любите страну свою? Тогда я вам совет даю: Домой верните тех ребят, Что день за днем Вьетнам бомбят! Так, родину любя свою, Запойте все, как я пою: Довольно вам терзать Вьетнам! Идите, парни, по домам! [7]

Война во Вьетнаме, так же как и другие проблемы американского народа, дали боевой заряд современной песне.

И это естественно. Важные события, происходящие в жизни народа, трудные моменты его истории всегда рождают новые песни. И лучшие из них никогда не теряют злободневности.

Так было с песнями Джо Хилла, создававшимися в ту пору, когда американские рабочие начали понимать, что они представляют собой огромную политическую силу.

Начало тридцатых годов — это запомнившееся навсегда американцу трудное время экономического кризиса. Но страшнее всего была массовая безработица — создавалось впечатление, что вся страна ходит без работы, мечется на крышах вагонов от Тихого океана до Атлантического в надежде заработать хотя бы на кусок хлеба. Миллионы рабочих рук, жадно тянувшихся к работе, вынуждены были потянуться за подаянием.

Об этом и рассказывается в песне «Братишка, нет ли у тебя лишнего гривенника?». Песня эта была написана для музыкального ревю «Американа». Но она оказалась настолько правдивой и так полюбилась американцам, что сошла с ослепительных театральных подмостков и прошла по темным закоулкам и трущобам больших американских городов, где ютились безработные. Ее пели и на крышах вагонов, на которых безработные отправлялись в поисках счастья, и в очередях за бесплатной похлебкой в приютах «Армии Спасения». Успеху этой песни во многом содействовало талантливое ее исполнение замечательным певцом Бингом Кросби.

Миллионер Бинг Кросби поет песню о безработном? Довольно странно, не правда ли? Кажется, впрочем, Бинг Кросби тогда еще не был миллионером. Но не это главное. Примечательно другое — в очень подробной граммофонной антологии его песен, выпущенной несколько лет назад, этой песни нет. Я люблю эту песню — мужественную, сдержанную, с великолепной мелодией. У нас она известна в исполнении Леонида Утесова.

Вспомните слова этой замечательной песни, которая будет жить, видимо, до тех пор, пока не исчезнут безработные. Приведу подстрочный перевод, чтобы передать ее в точности:

Когда-то я строил железную дорогу, я ее построил И пустил поезда, обгонявшие ветер, Когда-то я строил железную дорогу — теперь она построена… Братишка, нет ли у тебя лишнего гривенника? Когда-то я строил башню, башню до солнца. Кирпичи, облицовка, раствор… Когда-то я строил башню — она теперь построена… Братишка, нет ли у тебя лишнего гривенника? Когда-то в форме цвета хаки мы чувствовали себя героями, Оглушенные громом патриотических песен. Полмиллиона сапог прошли через этот ад, И я был тогда барабанщиком… Неужели ты меня не помнишь — ты звал меня «Эл». Так все меня звали. Неужели ты меня не помнишь — ведь я твой товарищ. …Братишка, нет ли у тебя лишнего гривенника?

Вторая мировая война тоже принесла много новых песен, рожденных в народе. Война в Корее, борьба за гражданские права и, наконец, война во Вьетнаме — это те

этапы истории американского народа, которые нашли отражение в песне.

Я помню первое впечатление от песни «16 тонн». Оно было ошеломляющим. Я услышал по радио мощный и уверенный ритм, четкий, как ритм какой-то большой машины, низкий мужской голос пел:

Говорят, что я из грязи сделан, Нет, мускулы и кровь — тело бедняка, Кожа и кости — мое тело, Но спина моя еще крепка. Шестнадцать тонн гружу, а мне дают гроши, Я гружу и гружу, но ни цента надбавки. Святой Петр, ты не жди моей души, Я заложил ее в хозяйской лавке.

С еще большим удивлением я узнал, что эта песня, только что исполненная известным певцом Эрни Фордом, вошла в парад боевиков! И я подумал, какой огромной популярностью должна была обладать эта песня шахтера, чтобы прорваться на Улицу Жестяных Сковородок!

А ее популярность действительно велика — первый миллион пластинок с ее записью продали в 10 дней! И это было в то время, когда буйно, как сорняки, росли и расцветали песенки типа:

Слезы льются в мои уши, Потому что я Лежу на постели на спине И плачу о тебе!

Пластинка с записью песни «16 тонн» появилась летом 1955 года, после того как Эрни Форд исполнил ее в телевизионной передаче.

Пит Сигер так написал об этой песне, близкой ему по духу: «Такие композиторы-песенники, как Коул Портер, Ирвинг Берлин [8] , и другие, наверное, чешут себе затылки, недоумевая, какие же песни надо писать, чтобы они стали боевиками. Вначале боевиками были такие песни, как «Спокойной ночи, Айрин», а нынче «16 тонн». Ответ простой: пишите песни, полные глубокого значения, а не дешевые эрзацы, и, даже если они не понравятся в аристократических салонах, песни будут горячо приняты миллионами американцев, любящих музыку и желающих слышать по-настоящему сильные вещи».

Эту волнующую песню написал Мерл Трэвис. Он написал и слова и музыку. Вот что рассказывает сам Мерл Трэвис:

«Я вырос в юго-западном угольном районе штата Кентукки. Мой отец был шахтером. Я помню забастовки. Мы, ребята, участвовали в них тоже — мы собирали продовольствие для бастующих. Это были просто бобы и соленая баранина. Для меня, мальчишки, которому только что исполнилось десять лет, было большим праздником, когда шахтеры устраивали свои митинги. Сотни шахтеров собирались, усаживались на бревнах между мусорными ящиками и слушали выступления. Между речами иногда выступали четыре негра, они пели:

Когда у нас будет свой профсоюз, Когда у нас будет свой профсоюз, Больше не будет штрейкбрехеров в дистрикте [9] 23, О, как мы тогда будем счастливы, боже!

Через несколько лет с гитарой под мышкой Мерл Трэвис уходит из дома искать счастье, зарабатывая на хлеб исполнением народных песен. Воспоминания о шахте, где работал отец, не дают ему покоя. И он пишет «16 тонн».

Песня эта стала популярной в исполнении его друга — певца Эрни Форда.