Чтение онлайн

Тиган выучила язык жестов в средней школе и решила преподавать его дошкольникам в общественном центре. Общественные работы казались ей хорошей идеей, чтобы повысить шансы поступления в колледж, но доктор Макс предложил ей кое-что получше.

Он был одним из судей научной ярмарки второкурсников. Он видел, как она переговаривалась жестами со своим младшим братом, и предложил работу на неполный рабочий день в его исследовательской группе по изучению приматов, чтобы она общалась с Синди. Поскольку ее проект на научной ярмарке был посвящен спасению дикой природы в городах, доктор Макс согласился включить в ее график и

время работы в клинике. Услышав, что языковая программа для шимпанзе может помочь в получении обезьянами основных прав, Тиган была только рада помочь. Но ее главной любовью была ветеринарная клиника. Она работала у доктора Макса каждый четверг после школы, весь день в субботу и полдня в воскресенье. Как только начнутся летние каникулы, она будет работать полный рабочий день и сможет проводить в клинике по четыре часа в день.

Тиган пронеслась через территорию зоопарка, набрала код безопасности на клавиатуре у двери клиники и подождала, пока та с шипением откроется.

– Привет!
– Агнес, ветеринар, сидела за письменным столом, когда вошла Тиган.
– Ты только взгляни.

Тиган наклонилась, чтобы посмотреть на экран компьютера. Разумеется, там оказался открыт сайт криптозоологии. У Агнес было хобби разоблачать псевдонаучников, которые считали, что у них есть фотографии всего, от Снежного человека до Лох-несского чудовища. На экране появилось плоское мумифицированное существо с гримасничающим лицом. Подпись гласила: «Тело инопланетянина найдено в Нью-Мексико?!»

– И что же это?
– спросила Тиган.

– Это скат, обитающий в Мертвом море. Что он делает посреди пустыни, я не знаю. Должно быть, кто-то привез его домой из отпуска и выбросил вместе с мусором.

– Так ты им сказала?

– Конечно, сказала. Больше науки, меньше невежества.

Тиган оставила Агнес дальше заниматься разоблачениями, а сама пошла в соседнюю комнату кормить своих пациентов. Она положила свежий лист салата в клетку Мафусаила, и черепаха подмигнула ей красным глазом. Муфасаил был чьим-то домашним животным, пока не выполз на улицу. Тиган провела пальцем по залатанной трещине в его панцире. Панцири, конечно, не заживают, но суперклея, которым она его соединила, вполне хватит на всю жизнь. Теперь все, что ему было нужно, - это новый дом, который мог бы уберечь его от дорожного движения.

Тиган подогрела козье молоко в микроволновке, смешала его в миске с консервированным щенячьим кормом и постучала по ящику за столом доктора Макса.

– Крошки-колючки, проснитесь, - прошептала она. Единая масса из иголок и лапок посреди гнезда зашевелилась, рассортировавшись на пять маленьких ежиков. Доктор Макс не питал особых надежд, когда они осиротели в двухдневном возрасте, такие крохотные, что даже иголки у них еще были белыми. Доктор Макс сказал, что африканских ежей почти невозможно спасти, но Тиган не потеряла ни одного из своих детенышей. Первые две недели она носила их с собой в корзине днем и ночью, кормила каждые два часа. Было бы легче, если бы они не вели ночной образ жизни и питались днем.

Теперь они чуть подросли, им больше не нужно есть так часто, поэтому они живут в клинике. Доктор Макс и его лаборанты взяли заботу по кормлению на себя, но Тиган все еще с удовольствием заботится о них, когда есть время. Толстяк вразвалку направился к еде, которую она приготовила для них, но Арвин Авантюрист

опередил его. Крошка Тиддли, самый маленький из них, сидел, моргая, в углу, в то время как Соник и Спид-Рейсер толкались рядом с Толстяком.

Тиган наполнила пипетку козьим молоком и аккуратно взяла Крошку. Он был ее любимцем и не был так готов к твердой пище, как его братья и сестра. Он похлопал ее по пальцу пухлыми розовыми лапками, высасывая молоко из пипетки. Когда они все поели, Тиган вымыла их и достала миску из гнезда.

– Не доставляйте Агнес хлопот, - она посмотрела на часы. Ей надо поторопиться, чтобы успеть на автобус.

– Увидимся в субботу, - крикнула Агнес, когда Тиган пробегала мимо.

– Пока!
– ответила Тиган.

Ранний майский ветер с озера Мичиган был достаточно прохладным, и она дрожала даже после того, как бежала, как безумная, к автобусной остановке. Тиган достала из рюкзака свитер и подняла его перед собой. Синди, оказывается, была весьма осторожна - даже не зацепилась за спущенное вязанье.

Автобус с шипением остановился, и Тиган быстро натянула свитер через голову, перед тем как запрыгнуть на ступеньки. Водитель бросил на нее кислый взгляд, когда она показала ему студенческий проездной, и кивнул на заднее сиденье.

Две старушки нахмурились, глядя на нее. Одна из них что-то сказала другой по-немецки, и обе покачали головами.

Тиган чихнула, заняв пустое место позади них. Старик, сидевший у окна, моргнул на нее сквозь толстые стекла очков и попытался вжаться в угол.

Тиган виновато улыбнулась.

– Это просто аллергия, - сказала она, вытаскивая свой «Бенадрил» из переднего кармана рюкзака.
– Ничего заразного, - она проглотила таблетки одним глотком из бутылки с водой.

– Тиа!
– Эбби Гальяно села в автобус на перекрестке Кларк-и-Эддисон. Эбби любила говорить, что она работает моделью в бутике и салоне красоты своей кузины, «Smash Pad». Ее фиолетовая военная фуражка, сдвинутая набок, обтягивающая черная футболка, мини-юбка и тяжелые ботинки были ходячей рекламой модной одежды, и она действительно проводила час или два в день, позируя в витрине магазина. Но большую часть времени она работала помощницей мастера педикюра, специализируясь на искусстве разукрашивания ногтей эксцентричных богачек.

Эбби ездила домой на автобусе с Тиган, по меньшей мере, три раза в неделю, чтобы переночевать у нее. Сестра Эбби, Клэр, переехала обратно к родителям, пока ее муж был на службе. Единственным местом, куда Гальяносы смогли заселить ее, была комната Эбби, настолько маленькая, что Эбби и Клэр решили поделить время проживания. Они никогда не бывали дома в один и тот же день недели, и Эбби держала половину своей одежды в шкафу Тиган.

Тиган огляделась в поисках свободного места, пока Эбби шла по проходу. Но его не было.

– Слава богу, ты здесь!
– Эбби ухватилась за поручень, чтобы не упасть, когда автобус тронулся.
– Я пыталась дозвониться до тебя. Твоя жизнь в опасности!
– она скривилась.
– Что это за запах?

– Что?
– спросила Тиган.
– Я ничего не чувствую.

Немецкая бабушка обернулась.

– От тебя воняет дерьмом, - услужливо подсказала она.

– О боже. Эбби, у меня что-то на свитере?
– Тиган повернулась так, чтобы Эбби могла видеть ее спину.

– Да, - ответила Эбби.