Чтение онлайн

Если повезет и они с Айтом накроют всю эту фабрику кошмаров, которую устроил возле Аббервила Штайер, то надо попробовать сделать так, чтобы на Терре узнали об этих экспериментах. Помочь в этом может Грейт, как бы к ней сейчас ни относились, она в данный момент была лидером одной из сторон конфликта, и дай Бог это осознавала. А значит и потом его путь лежал вслед за Айтом — в Оазис. Эх, жаль здание полиции разворочено как лопнувшая банка с газировкой. Там, среди информкристаллов можно было попробовать отыскать данные по лабораториям Штайера, возможно найти планы внутренних помещений. Ведь у Лейнера был выход на сотрудников Службы Безопасности. Дойл тяжело вздохнул. Ему

искренне хотелось, чтобы эти ребята, работавшие в лабораториях, сейчас были как можно дальше от них. Смотреть на таких же как он жертв обстоятельств сквозь прицел Майклу не хотелось. Уж пусть лучше внутрь набьют батальон Ордена.

И еще были повстанцы. Ну, по крайней мере, те из них, кто уцелеет к утру. Они не должны были составить проблем после этой ночи, однако ожидать можно всякого. Может быть, они тоже пойдут к пещерам, по старой памяти пытаясь отыскать Грейт, которая, что бы там ни говорили, а была в деле с Далласом, и Дойл мог поставить на это всю свою лысину. Интересная, черт побери, схема получается… Майкл оперся на стену и прикрыв глаза расслабил уставшее за день тело. Повстанцы, которые могут встать на сторону Грейт, сама Грейт, которая пытается руководить шитвани и сами шитвани, которые между собой уже решают каким быть Тиадару в будущем. М-да… А твое-то место где, а, Майкл? Среди кого? Ответа на этот вопрос Дойл был пока не готов себе дать. Надо было еще пережить самоубийственную атаку на лабораторию Штайера, которая могла просто кишеть искусственными чудовищами, а потом уж и разбираться в геополитике. Одно он знал точно: после того, что произошло ночью, с Орденом ему было не по пути.

Через восемь или девять часов, а точно сказать Дойл не мог, он и Айт покинули подземное убежище. На поверхность выходить было опасно, да и ночь полноправно вступила в свои права, а потому они решили пересечь город по системе технических тоннелей, время от времени заглядывая в подземные бункеры под домами.

— В таком виде идти в лаборатории — самоубийство. — сразу заявил Дойл. — Нужны экзоскелеты. Мой неисправен, значит попробуем отыскать какого-нибудь повстанца с костюмчиком подходящего размера. И тебе экзоброня тоже не помешает.

— Мне? — настороженно навострил уши Айт.

— Да, тебе. Шлем снимешь, не беда. Все равно он на тебя не налезет. А вот остальные системы экзоброни должны подойти.

— Неохота мне в ваши экзоскелеты лезть. — уперся шитвани. — Куда я хвост дену? А потом, у вас ноги а у меня видишь что?

— Не бойся, лапы твои подойдут. — уверил шитвани полицейский. — А вот с хвостом надо решать. Ну… Спустишь его вниз по ножному модулю.

— Неудобно, — продолжал стоять на своем Айт. — Нет уж, я так пойду.

— Экзоскелет, конечно, от современного оружия не шибко защита, разве что если заряд по касательной пройдет, но все же лучше чем ничего. А тебя одной пулей на части порвет.

— Все равно. Экзоскелеты для нас не предназначены. — фыркнул Айт. — Я и без железки смогу обойтись.

— Ладно, как хочешь. — сдался Дойл. — Но потом не говори, что тебя не предупреждали.

Майкл заметил, что шитвани больше не возвращался к вопросу мироустройства. Может быть из чувства такта, а может потому, что сделал для себя определенные выводы. Лишь однажды он мельком задел этот вопрос.

— Ты ведь не думаешь, что мы и вправду сможем уничтожить целый биозавод? — поинтересовался Дойл во время одной из остановок.

— Почему нет? Думаю, сможем. — пожал плечами Айт.

— А не боишься, что вечно везти не будет?

— Везение это метафора, — заметил шитвани. — На него удобно списывать удачи и неудачи. Вы,

люди, боитесь жить сами. Вам всегда кто-то нужен. Провидение, государство, бог… Даже если не существует того, на кого можно списать провалы, его проще создать, чем сделать выводы.

— Наверное, если бы не делали выводов, то не смогли бы достичь звезд. Да и таких высот в генетике, чтобы создать вас. — напомнил Дойл.

— Я не утверждал, что вы не делаете выводов. Я утверждал лишь то, что персонифицировать естественный ход событий намного проще. Такой удобный костыль для инвалида, чтобы подпереть собственное бессилие. — отметил Айт и поспешил сменить тему — Надо бы поторопится. Мы подошли близко к поверхности тут становится прохладно.

Майкл молча поспешил следом за шитвани. Он опасался, что придет тот день, когда у человека на Тиадаре появятся новые учителя, которые известными лишь одним им методами укажут на истинный, по их мнению, путь. Будет ли это сделано более гуманно, чем делает нечто похожее Орден, покажет время. Но то, что шитвани готовы взять на себя роль учителей сомнений не вызывало. Хватало и невзначай брошенных фраз Айта на тему жизни терранского общества. Сами они до такого додумались, или в них говорили гены тех существ, из которых была выделена ДНК, Дойл не знал. В обоих случаях, исход был один. И во многом именно это удерживало Майкла от того, чтобы не запрыгать от восторга при известии о вероятной победе шитвани. Сейчас работало правило «враг моего врага». А что будет дальше? Слишком очевидно было то, что Айт что-то недоговаривал. Бывший биодрон предполагал, что у них есть шанс справится с армейскими соединениями и Орденом. Но откуда ему взяться, если шитвани в пещерах от силы тысяч пять, в остальных городах Чистилища наверняка ликвидируют, а с Терры может прийти дополнительный флот? Неужели все это пещерное зверье бросится на помощь хвостатым и ушастым? Да даже если так, то все равно перевес на стороне терранцев.

Значит, было что-то еще. Что-то такое, чего пока никто кроме шитвани не знал…

— … на связи «Поларис», войсковая группа «Крот», отзовитесь, вы, едрить вашу мать, где вообще, какого хрена у вас там происходит? — капитан ВКС Хосе Вернан безуспешно пытался пробиться сквозь заглушавшие субсигналы систем связи поля пульсарита.

Это продолжалось уже почти час.

Полковник Рой Стауф нервно покусывая губы прохаживался по командному центру, то останавливаясь возле бледной, размытой голографической схеме участка вторжения, то бросаясь к узлу связи, спрашивая:

— Ну что, есть сигнал.

— Да какой тут сигнал! — рычал Вернан, безуспешно пытаясь пробиться сквозь толщу земли. — Пульсарит все глушит к чертовой бабушке.

— Субсигналы же должны были проходить сквозь генерируемые им поля. По крайне мере яйцеголовые обещали это.

— Должны. Но, видишь, не проходят, — бессильно развел руками связист. — На расчетах всегда все идеально, а на деле, смотришь и вот она, жопа-то.

— А между собой группы могут связаться?

— Там, под землей? Да кто их знает. Не могу дать гарантии.

Оставалось надеяться на то, что командиры на местах готовы к такому развитию событий. Стауф опять вернулся к проекции. Если верить ей, то несколько групп прорвались в Оазис раньше остальных, и уже вступили в бой. В бой… Какой там мог быть бой? Неужели эти биодроны еще способны сопротивление оказывать. Хотя, если учесть, сколько народу они положили в городе, то могут. Хотя, как считал полковник, половину заслуг биодронам наверняка приписали за счет повстанцев.

— Сэр, у нас мощный псионный всплеск. Эпицентр на глубине пяти километров.