Чтение онлайн

– А Карлайл часто кричит на меня за мой сумасшедший стиль езды.

– Я бы тоже кричал, - усмехнулся он, - если бы не был таким, как ты.

Я повернула голову. Он смотрел на меня: в глазах улыбка, гордость и, как мне показалось, грусть. Он медленно перевел взгляд обратно на море. Поднял с земли камешек и бросил в воду. Затем опустил руку, и наши плечи снова соприкасались.

– Знаешь, - заговорил он, - ездить на велосипеде умеют даже дети, а по-настоящему катать – лишь единицы. Ты – одна из них. Не теряй свой стиль. Ни в коем случае не отказывайся от него. Это твоя визитная карточка. Своим бесстрашием ты будешь обескураживать противников на трассе. – Он снова посмотрел на меня. – Только, пожалуйста, не забывай надевать

шлем.

Я засмеялась.

– Не забуду.

Повисла тишина. Без всякой неловкости. Просто он кидал в воду камешки, а я разглядывала бухту, пока в голове у меня зрел вопрос. Наконец, я решилась задать его.

– Джаспер, а почему ты тренер? – Он задумчиво посмотрел на меня, пытаясь понять, что именно я имею в виду. – Тебе ведь лет двадцать пять…

– Двадцать шесть, - поправил он.

– Ну, вот. Ты сам еще должен тренироваться и выступать на соревнованиях. Я видела тебя на трассе. Ты был… - я подбирала подходящее слово, - умопомрачителен.

– Был, - повторил он с ноткой ностальгии в голосе. – А полтора года назад поехал в горы кататься на лыжах и… - он перевел взгляд на левое колено и хлопнул по нему ладонью, - неудачно сломал ногу.

Я молчала. А что я могла сказать? Мы оба понимали, что означала такого рода травма для профессионального спортсмена. Слова здесь были неуместны. Он продолжил:

– Полгода реабилитации. Три месяца упорных попыток вернуться в команду. А потом тренер сказал – да, я и сам это прекрасно понимал, - что ничего не выйдет. Потом еще полгода проработал младшим тренером в велошколе Портленда. Скука смертная. Плюс на почве разбитой надежды и нереализованной мечты мной завладела жуткая депрессия. Проснулся однажды утром и понял, если что-нибудь в жизни не поменяю, загнусь к черту. Так нашел через интернет объявление, мол, на Родосе требуется инструктор по серфингу. Отправил заявку, меня взяли. И полтора месяца на пару с Джеймсом учил толстосумов и студентов ловить волну.

– Ты? Серфингист? И Джеймс тоже? – почему-то удивилась я.

– Да. Помнишь, я говорил, что он работает на западном побережье? Там же Эгейское море. Оно бурное, беспокойное – хорошие волны. А здесь на востоке – Средиземное – тихое, покладистое.

– А нашим тренером ты как стал?

– В том же греческом агентстве, через которое я устраивался, появилась вакансия велотренера. Ну, я и попросил меня перевести.

Тут внезапно воздух прорезало громкое «Oppa Gangnam Style». Джаспер аж вздрогнул и уставился на меня. Я пожала плечами, невинно улыбаясь, и достала из рюкзака телефон.

– Папа звонит.

– Не буду мешать, секси лейди.

Он поднялся, отряхнул шорты и спрыгнул вниз.

Последующие несколько дней мы почти на каждой тренировке находили время, чтобы так поболтать. Он рассказывал мне, как участвовал в бреветах на 200, 300 и 400 километров. Как в 2009 году пришел вторым на велогонке ТрансСильвания Эпик, которая длилась семь дней. А в 2010 участвовал в Ред Булл Рэмпейдж, неистовой фрирайдовой гонке с кучей препятствий, куда можно попасть только по приглашению организаторов, и занял тогда четвертое место. Слушая его рассказы и видя, как при этом горят его глаза, я поражалась, насколько мы с ним похожи в своем безумстве. Я мечтала попасть на эти велозаезды и на многие другие, но родители всегда были против. Боятся за меня. Но ничего, скоро мне исполнится восемнадцать, и они не смогут меня остановить.

Что еще мне нравилось в тренировках Джаспера, так это то, что он старался их разнообразить. Каждый день одну тренировку он посвящал трассе и отработке каких-нибудь элементов, а другую экскурсиям. Так мы ездили с ним в городок Фалираки, покатались по его узеньким улочкам с многочисленными тату-салонами, фиш-пилингами и, как это не странно, стрип-клубами.

На следующий день мы ездили в местечко под названием «Эпта Пигес», что означает Семь Источников. Мы поначалу удивились,

что едем туда – всего-то три километра от Колимбии, поселка, где располагалась наша гостиница. Разве это тренировка? Это даже не разминка. Но самодовольная улыбка Джаспера и его спокойное «Подождите, скоро все увидите» заставили насторожиться. В общем-то, не зря. От большого туристического знака с подробной картой территории источников вверх уходила шестисот метровая дорожка, ведущая к самим этим «Пигес». Особенность этой дорожки заключалась в том, что поднималась она под углом от тридцати до сорока пяти градусов. Джаспер с садистской улыбкой предупредил, что те, кто слезет с великов, не достигнув вершины, обратно в отель поедут на скорости 1-1**.

В общем, последние метры я ехала с кровавым туманом перед глазами и с языком, болтающимся где-то на плече. Джаспер шел пешком рядом с нами, слушая плеер и демонстрируя свой расслабленный и довольный вид. Ньютон и еще один парнишка, Том, так и не доехали.

На вершине холма находился небольшой водоем, в который стекались семь горных ручьев, тех самых источников. Дальше этот водоем уходил в ста пятидесяти метровый туннель – узкий (около полуметра шириной) и невысокий (ну, человек среднего роста вряд ли черканет макушкой о каменный потолок, за других не ручаюсь). Оставив личный транспорт на парковке около кафешки, мы направились к туннелю. Джаспер сказал, что согласно легенде, прошедшие через него мужчины очищались от семи смертных грехов, а женщины – молодели на семь лет. Не хотелось бы выйти десятилетней девочкой на том конце.

Джаспер пошел первым, я за ним, за мной остальные – я уже не видела, в каком порядке. Через пару десятков шагов стало абсолютно темно. Кромешная тьма. Хоть глаз коли. Странное и страшное ощущение – совсем потерять зрение. Зато обострился слух. Помимо шума бегущей воды, в которой мы шли по щиколотку, мои уши улавливали страх в стебных шуточках парней позади меня и размеренные шаги Джаспера впереди. Я шла на ощупь, ведя ладонями по шершавым стенам, когда в этой акустической пещере резко раздалось «Oppa Gangnam Style» и эхом полетело в оба конца. В этот раз даже я вздрогнула, и полезла в задний карман джерси за телефон. А в следующую секунду врезалась во что-то. Через мгновение я поняла, что это не стена, потому что оно было теплым, относительно мягким и обхватило меня руками. Видимо, из-за моего звонка Джаспер тоже струхнул и остановился. И развернулся, насколько позволяло пространство туннеля.

– Белз, черт возьми, перепугала, - донесся сзади голос Эдварда.

Я достала телефон, и на кротчайший миг он осветил лицо Джаса, пока я не нажала на сброс. Я вдруг осознала, что прижимаюсь к его боку, что моя левая ладонь лежит у него на груди, а его руки обнимают меня чуть выше талии.

– Он прав, смени уже рингтон, - пробормотал Джаспер и отпустил меня.

Выйдя на другом конце, мы оказались на берегу ярко-бирюзового озера, в котором даже плавали две черепахи.

На шестой день, объявившись в холле, по вновь приобретенной традиции, ровно без пяти семь, я обнаружила, что сегодня нас ожидает совместная тренировка, которую будет проводить Карлайл. Я была жутко расстроена, зато тренер просто расцвел – видите ли, мое высочество соизволило прийти вовремя и в шлеме. Он уже и не помнит, был ли на его веку такой день, когда эти обе составляющие совпадали.

Приблизительно в 7:05 я осознала, что с нетерпением жду вечерней тренировки. Днем я Джаспера тоже нигде не встретила, поэтому, когда увидела его вечером, сияла как елка на Рождество. Удивительно, как не затекли мышцы лица – улыбка не сходила с губ почти целый час.

Наконец, наступило время отдыха, и мы остановились на первом попавшемся пляже. День был действительно жарким, и я не стала пропускать купание в море. Однако, как только я заметила, что Джаспер вышел на берег, поплелась за ним. Он устроился на камне в тени скалы, и я плюхнулась рядом.