Чтение онлайн

– И что вы ему ответили? – хором спросили капитан с Богданом.

– В общем, так. Когда я работал в НИИ, еще при Советах, там активно разрабатывалось создание идеальной мины. Суть заключалась в том, что после ее взрыва не оставалось бы ничего. Никаких улик, по которым можно было бы ее идентифицировать. Обычно ведь как – детонирует заряд внутри мины. А тут ставилась задача, чтобы детонировал еще и корпус.

– И какая конечная цель разработок? – тихо спросил Солоухин.

– Очень простая – диверсия в глубоком тылу врага. Представьте себе: ни с того ни с сего в городах вдруг

начинают обрушаться здания. Поднимается страшная паника. Мы провели несколько испытаний. Мины ставились в подземных коммуникациях под фундаментом. После взрыва в земле образовывалась полость, грунт проседал. Все выглядело как природная катастрофа.

– Что-то мне это напоминает, – задумчиво произнес Князев.

– Не знаю, о чем вы, но, насколько я знаю, испытательную партию мин уничтожили в середине девяностых. Тогда как раз в самом разгаре была первая чеченская война, и руководство опасалось, что оружие может оказаться не в тех руках.

– А можете описать, как она выглядела? – Князев достал из пачки очередную сигарету и закурил.

– Ну как вам сказать. Смотрите.

Старик поднялся, взял с земли кусок доски и принялся что-то чертить на песке.

– Вот эта мина, по форме похожа на цилиндр. Вот здесь снимается крышка. Тут выставляется таймер. Вот тут несколько проводов. Чтобы отключить мину, нужно их отсоединить в определенной последовательности.

– Ничего не разберу. Нарисуйте лучше тут. – Князев достал из рюкзака блокнот с ручкой и протянул их старику.

Юровский сел за стол и принялся чертить и объяснять заново. Капитан и Князев стояли рядом, нависнув над сидящим за столиком стариком, и внимательно его слушали. Закончив, он положил ручку и откинулся на спинку пластикового кресла.

– Вот и все. Больше мне нечего вам рассказать. Вообще-то вам и так повезло. Я, кажется, последний из тех, кто работал по этой тематике. Остальные либо умерли, либо живут за границей.

Обратно Князев и Солоухин возвращались молча, переваривая услышанное. Если сложить одно с другим, то получалась довольно опасная картина. Иванович сказал, что, возможно, мины уничтожили. А если нет и с их помощью нечистые на руку дельцы уничтожают в городе старинные здания исходя из своих чисто меркантильных интересов? Сидевший за рулем Богдан, морща в задумчивости лоб, пялился вперед на дорогу и нервно кусал нижнюю губу.

* * *

Маша сидела в своей комнате в доме отца, склонившись над конспектами и учебниками, но сконцентрироваться на изложенной в них информации никак не получалось. Голова была забита совершенно другими мыслями. Монастырь, казармы, таинственные сектанты, оказавшиеся обычными подростками, играющими в тайное общество… За последние сутки с ней произошло столько, сколько не случалось за все предыдущие годы. Ведь как она жила раньше? Учеба, книги, общение с учителями и немногими подругами. В ее городке даже приличной дискотеки не было – пара-тройка каких-то мажорных клубов с заоблачными ценами за вход или бани для девушек, желающих «заработать». А теперь что ни день – то приключения. Сначала нашелся отец, потом эта история с бывшим госпиталем…

Маша еще раз прокрутила в голове последние события и вспомнила, что ее больше

всего озадачило. Это были целехонькие казармы рядом с монастырем. И это при том, что она видела накануне у отца проектную документацию их глобальной реконструкции. Как такое может быть? Неужели ее отец один из «этих», кто ради денег готов снести что угодно? Маше не хотелось в это верить. Обрести отца, заботливого, обеспеченного, всегда готового помочь, и вдруг понять, что он оказался бездушным дельцом? Нет, возможно, есть какое-то другое объяснение. Девушка тут же решила проверить это. Она понимала, что этот вопрос будет ее мучить, пока она не найдет на него ответ.

План был очень прост – забраться в отцовский кабинет и порыться там в его бумагах и компьютере. Хоть Диваков и запретил Маше заходить туда, однако, как говорится, запретный плод и сладок, и приятен. Отец еще рано утром уехал по делам, жена должна была вернуться с отдыха на Сейшелах только через неделю. Правда, в доме, в специально оборудованной комнатке, постоянно находился охранник. Первым делом нужно было зайти туда к нему под каким-нибудь предлогом и удостовериться, не установлена ли в кабинете камера видеонаблюдения. Маша уже успела заметить, что вокруг дома их было натыкано много. Очень не хотелось потом оправдываться перед отцом, почему она пробралась в кабинет и рылась в его документах. Кроме охранника, здесь периодически появлялись нанятые отцом уборщица и садовник. В связи с этим тоже нужно было быть осторожной, чтобы они не заметили, как она заходит в кабинет.

Маша вышла из комнаты и спустилась вниз, в гостиную, прошла на кухню. Приготовив несколько бутербродов с колбасой и сыром, красиво уложила их на тарелку и двинулась в дальний конец дома, где располагалась комната охраны. Остановившись у двери, она несколько секунд прислушивалась, после чего легонько постучала.

– О, Маша, привет! – Дверь открыл Руслан – охранник, с которым Диваков познакомил дочь в день ее приезда сюда. Спортивного телосложения, в футболке и штанах цвета хаки он был похож на героя зарубежного боевика.

– Привет, – Маша улыбнулась ему и протянула тарелку с бутербродами.

– Я подумала, что ты тут, может, проголодался.

– Спасибо. Есть немного. – Охранник взял тарелку и, засмущавшись, стал переминаться с ноги на ногу.

– А можно зайти посмотреть? – спросила Маша, увидев у охранника за спиной множество небольших экранов с изображением различных участков вокруг дома.

– Конечно, проходи.

– Это что, все камеры наблюдения?

– Ага. Вот тут видны ворота, вот эти показывают, что происходит снаружи, за воротами.

– Круто. И что, если кто-то сюда залезет, ты сразу побежишь за нарушителем? – спросила девушка.

– Конечно, это же моя работа, – храбрясь, ответил Руслан.

– Камеры стоят только снаружи дома? – осторожно поинтересовалась Маша. – А если кто-нибудь пролезет внутрь и, например, захочет меня украсть?

– Ну что ты! – Охранник снисходительно засмеялся. – Пусть только попробует, я его у самого забора замечу и нейтрализую. А внутри на всякий случай есть камеры – вот, видишь? Две в прихожей, одна у главного входа, и одна у заднего.