Тертый калач
Шрифт:
– Вот мы видим свежие следы, – говорила в микрофон Светлана. – Макс утверждает, что их здесь раньше не было. Тот факт, что тут недавно некто побывал, ничего не объясняет, но заставляет насторожиться…
И тут стены завибрировали, с потолка посыпались камешки. Журналистка инстинктивно втянула голову в плечи. Оператор прикрыл камеру рукой сверху, хоть и продолжал снимать. Огромная стальная плита стала выдвигаться из стены, сдирая нижним краем слой подсохшего ила, обнажая рельсу, по которой и двигалась. Проход стал закрываться.
Светлана
– Назад!
Макс и его приятели бежали, надеясь успеть вернуться. Но было уже поздно. Плита с хрустом вошла в паз. Теперь весь подземный проход был наглухо перегорожен. С другой стороны в плиту колотили Макс с друзьями.
– Что происходит?! – крикнула Светлана.
– Черт его знает, – долетел до нее крик Макса.
Затем что-то зашумело, загудело.
– Вода, вода прибывает! – заорал Макс.
Из-под плиты, прямо под ноги Светлане и оператору, потекла мутная вода. В глубине тоннеля запищали разбегающиеся крысы. Судя по тому, что с боковой стороны плиты вода выбивалась фонтанами уже на уровне груди Светланы, она прибывала очень быстро – стремительно.
Плита, перегородившая подземелье, потрескивала, прогибалась, от нее откалывались куски ржавчины.
– Сейчас ее сорвет, – проговорил оператор, пятясь.
– Ребята, что у вас?! – крикнула Светлана.
Ее слова потонули в шуме воды.
– Уходим. – Сергей потащил упирающуюся Светлану назад.
– Мы их бросим?
– А что мы можем сделать?
Эти слова привели журналистку в чувство. Она нутром чуяла приближающуюся смерть. Если плиту сорвет, то поток воды обрушится со страшной силой.
– Мы за помощью! – выкрикнула она, чтобы успокоить Макса и его приятелей, и побежала прочь.
Воды в тоннеле уже натекло до колена. Пару раз Светлана падала. Вокруг в темноте пищали спасающиеся от потопа крысы. Оператор больно ударился плечом о выступающую из бетонной стены скобу, поднял камеру, посветил вверх. Скобы уходили в колодец. Свет уперся в чугунный люк.
– Светка, сюда! Тут лестница!
Журналистка рванулась назад. Сергей подсадил ее. Девушка карабкалась по ржавым скобам к спасительному люку. По тоннелям разносился звук – скрежет металла и хруст бетона.
Свою ошибку телевизионщики поняли, когда Светлана головой уткнулась в чугунный люк, у нее не было сил сдвинуть его с места.
– Дай, я попробую.
Находясь на высоте, обдирая руки, рискуя сорваться, Сергей и Светлана поменялись местами. Оператор передал камеру журналистке и плечами уперся в люк. Стала гнуться источенная ржавчиной стальная скоба, на которой он стоял.
– Свалишься, – прошептала Светлана.
И все же люк поддался, поднялся. Сергей сдвинул его и выбрался наружу. Тут же лег на землю, отложил камеру и вытащил журналистку.
Они мокрые сидели на асфальте посреди проезжей части улочки. Мирно горели фонари. Редкие прохожие с удивлением смотрели на них. Скрипнули тормоза. Остановившийся водитель пялился на странную парочку. И тут внизу загудело,
– Боже, – прошептала Светлана, спиной вперед отодвигаясь от люка. – Ты снимай, а я полицию и спасателей вызову.
4
Летний ветер несся над полем, перерезанным ровной лентой узкого шоссе. Асфальт был старый, кое-где подлатанный, но местами зияли выбоины. Новенький микроавтобус ехал неторопливо. Водитель берег подвеску. В салоне были сняты задние ряды сидений. На оставшихся двух расположились Князев с Выгодиным. Униформа охранной фирмы на Петре топорщилась, еще не успела обноситься, бывший лейтенант то и дело запускал пальцы под воротник и оттягивал его.
– Черт, словно картонная, кожу скребет, – пожаловался он.
– Привыкнешь. Еще пару стирок – и замечать ее перестанешь, – подбодрил Богдан.
С водителем микроавтобуса Артемом успели неплохо познакомиться. Парень ездил забирать оборудование не впервые. Дорога, отходившая от трассы, упиралась в широкие металлические ворота. На них виднелись красные звезды, оставшиеся еще с советских времен. Над звездами чернели двуглавые орлы. Здание КПП отдельного инженерного полка было аккуратно побелено.
Прибытия микроавтобуса уже ждали. Стоило автомобилю остановиться, как из застекленной двери КПП вышел немолодой офицер в камуфляже, вяло козырнул, невнятно представился:
– Майор…
Князев не расслышал фамилию, но она ему в общем-то была и не важна. То ли Пахов, то ли Паков. Какая разница? Майору предстояло лишь сопроводить транспорт до бокса, где их уже поджидал груз.
– Бандитская пуля? – покосился на забинтованную голову Богдана майор.
– Почти.
Микроавтобус катил по территории военной части. В душе Князев ощутил что-то вроде радости, смешанной с волнением. Они проехали мимо взвода солдат, идущих строем в столовую. За деревцами виднелись казармы. Вроде бы и не так давно покинул бывший прапорщик ВДВ вооруженные силы, но теперь ему казалось, будто служба была в другой жизни.
– Сюда, – указал пухлой рукой майор.
Свернули к парку инженерной техники. Возле боксов стояли старые полуразобранные траншеекопатель на базе артиллерийского тягача и инженерная машина разграждения на танковом шасси. Возле них неторопливо работали солдаты в замасленных комбинезонах – ремонтировали, промывали детали в ведрах с соляркой.
– Вот так и живем, – проговорил майор, указывая на закрытые ворота крайнего бокса. – Поставь где-нибудь рядом транспорт.
Микроавтобус загнали под самый железобетонный забор. Майор достал мобильник, бросил в него: