Чтение онлайн

— А девочка?

— Таня, его дочь. Уточнить, кто были двое остальных?

— Не надо. Можете идти.

Когда Левин ушел, Масловский сказал:

— Вернемся к Келли. Не понимаю, как он посмел выстрелить в бармена. Прямое нарушение моего личного приказа. И заметьте, — ворчливо добавил полковник, — великолепный выстрел.

— Да уж, в стрельбе он хорош.

— Ну-ка еще раз расскажите мне о нем.

Масловский налил еще кофе и поудобнее устроился у камина. Черный взял со стола объемистую папку.

— Михаил

Келли, — прочитал он, — родился в 1938 году в деревушке Бэллигар в Керри, республика Ирландия. Отец, Шон Келли, был активистом в ИРА. Во время гражданской войны в Испании встретился в Мадриде с Мартой Вронской, гражданкой СССР.

— Насколько я помню, его повесили англичане, да?

— Верно. Шон Келли участвовал в организации взрывов в Лондоне в начале Второй мировой войны. Был схвачен и казнен. Марте Вронской предоставили ирландское гражданство, она жила в Дублине. Работала журналисткой. Там мальчик пошел в иезуитскую школу.

— И стал католиком?

— Естественно. Эти довольно необычные обстоятельства его судьбы и привлекли к нему внимание нашего человека в Дублине. Несомненно, в парне был скрыт выгодный для нас потенциал. В 1953 году мать убедили вернуться в Россию вместе с сыном. Через два года она умерла. Рак желудка.

— Значит, сейчас ему двадцать один год, и, как я понял, он довольно умен?

— Так точно. Прирожденный талант к языкам. — Черный посмотрел на пламя камина. — Но особую ценность для нас представляют его актерские способности. Если бы все сложилось иначе, он бы, несомненно, добился больших успехов на сценическом поприще.

— Сейчас поздно мечтать об актерстве, — кисло заметил Масловский. — Он достиг вершин в умении убивать.

— Научить убивать можно любого. Именно поэтому, подбирая кандидатов в агенты, мы делаем упор на их умственном развитии. Хотя надо отметить, что у Келли совершенно удивительные способности в обращении с оружием.

— Это я уже заметил. Убить так дерзко, так жестоко. Психопат…

— Только не Келли, товарищ полковник. Может, это сразу трудно понять, но, как я вам уже говорил, Келли — великолепный актер. Сегодня он исполнял роль террориста…

— И вы считаете, что его уже можно использовать в настоящем деле?

— Так точно, товарищ полковник.

— Ладно, пусть он войдет.

Без плаща и шляпы Келли выглядел еще моложе. На нем были темный свитер с высоко подвернутым воротником, пиджак из твида и вельветовые брюки. Келли выглядел спокойным и невозмутимым. Масловский опять ощутил растущее раздражение.

— Похоже, вы чрезвычайно довольны собой, а? Я вам приказал не стрелять в Мерфи. Почему вы не подчинились?

— Он предатель, товарищ полковник. Таких необходимо учить, если мы хотим, чтобы люди, подобные мне, выжили.

— Но это же была просто игра, черт побери! — взорвался Масловский. — Тренировка.

— Если мы

играем в какую-то игру достаточно долго, товарищ полковник, она в один прекрасный момент может переиграть нас самих, — спокойно возразил Келли.

— Боже милостивый! — воскликнул Масловский. — Ну, хорошо, давайте с этим кончать. Профессор Черный считает, что вы готовы к самостоятельной работе. Вы согласны?

— Так точно, товарищ полковник.

— Кратко сформулируем задание. Нашими главными противниками являются Америка и Великобритания. Британская головная боль и постоянный источник беспокойства — ИРА. Вы должны стать еще одним раздражителем. Профессор Черный расскажет вам о ваших непосредственных действиях. Вы свободны.

Келли молча вышел. Черный сказал полковнику:

— Он справится. Я уверен в этом.

— Будем надеяться.

Масловский подошел к окну и стал смотреть на потоки ливня, низвергавшиеся с небес. Он почувствовал себя совершенно разбитым. Келли его больше не интересовал. Неожиданно перед глазами предстало лицо девочки, когда она бросилась на ирландца.

— Эта девочка… Как ее зовут?

— Таня Воронина.

— Теперь она стала сиротой? Кто позаботится о ней?

— Наверно, отправят в детдом.

— Она довольно привлекательна и умна, вам не кажется?

— Похоже, хотя мне лично с ней поговорить не пришлось. У вас есть какой-то особый интерес?

— Возможно. Мы потеряли единственную дочь в прошлом году во время эпидемии гриппа. Ей было всего шесть лет. У супруги, к сожалению, больше не будет детей. Сейчас она работает, но все еще в шоке. — Полковник вздохнул. — Когда я увидел эту девочку на площади… А вдруг это и есть выход?..

— Великолепная идея, товарищ полковник.

— Отлично. — Масловский поставил на поднос пустую чашку. — Я возьму ее с собой в Москву. Вот обрадуется Сашенька. — Он подошел к столу, открыл бутылку водки, плеснул в стаканы. — Ну, за успех нашего предприятия в Ирландии.

Майор Тони Вильерс очнулся от забытья. Он сидел в углу крохотной комнаты, привалившись к стене. Лечь было невозможно из-за деревянной конструкции вокруг шеи, которая зажимала руки на уровне плеч.

Голова майора была повязана зеленой повязкой. Его гимнастерка и штаны цвета хаки свисали лохмотьями, грязные и рваные. Ноги босые — кто-то стянул с него ботинки. Да еще эта борода, колючая и неопрятная… Она совсем не нравилась майору. Уж слишком сильна была привычка к обязательному бритью по утрам вне зависимости от ситуации.

Послышался звук поднимаемой щеколды, дверь приоткрылась, и в нее влетел рой жужжащих мух. Вошли два Рашида, маленькие, усталые, в грязных белых накидках, с пулеметными лентами крест-накрест. Подхватили узника и вытащили его наружу. Грубо кинули к стене и удалились.