Чтение онлайн

На сей раз големы не медлили. Три или четыре (включая и оставшихся на дороге) – выстрелили. И не только из арбалетов.

Трубы, укреплённые у кого над плечом, у кого вдоль длинных железных «рук», изрыгнули клубы серого густого дыма. Гром ударил в уши плотной волной, что-то резко и зло взвизгнуло над головой.

Ветки и зелёные плети вьюнков ломались и лопались, летели назад пласты земли; Гончая, лишённая эликсиров, утратила и большую часть силы.

– Нэисс! – взревел дхусс. – Нэисс, беги!

Тяжёлые големы пробирались по бездорожью с известной

осторожностью. Однако ни один и не думал, к примеру, упасть. Но при этом всё равно они двигались лишь немногим медленнее быстро бегущего человека – только, в отличие от человека (и даже от дхусса), они не уставали.

Гончая споткнулась. Раз, другой – Тёрн почти что волоком тащил её вперёд. Големы вновь метнули стрелы, промелькнуло длинное копьё, воткнулось в землю. Дхусс внезапно остановился – три голема пёрли прямо за ними, ещё пятеро сошли с дороги и тоже присоединились к погоне. Гиганты ростом выше Кройона, закованные в броню, не знающие сомнений, страха или усталости – и один-единственный дхусс, почти нагой, с простым деревянным посохом в руке.

Наверное, какой-нибудь маг тотчас принялся бы метать в подступающего врага одну молнию за другой; и, признаться, втайне Гончая ожидала от загадочного спутника чего-то подобного.

Однако Тёрн, хоть и поднял посох, отнюдь не собирался испепелять противника реками пламени или крушить падающими с неба каменными глыбами. Его пальцы сновали по гладкому посоху с ловкостью и быстротой музыканта – вот только мелодию не мог услыхать никто.

С треском ломая кусты, в трёх шагах поднялся ещё один голем. Ничуть не менее впечатляющий, чем остальные. Тоже чёрный, тоже блестящий, с торчащими в разные стороны смертоубийственными орудиями. Его меч взлетел и рухнул, со свистом рассекая листву и ветки. Раздался вскрик, и на открытое место вывалился… окровавленный дхусс, тщетно зажимая руками громадную рану. Рядом с ним упала сидха с разрубленной головою.

– Что… – начала было Стайни.

– Тихо!

Големы замерли, уставясь на окровавленные тела.

– Сейчас… – прошептал Тёрн.

Истошный, душераздирающий вопль раздался из придорожных кустов. Такой, словно душа расставалась с телом, выдираемая из него каким-то самым чёрным, самым злым чародейством.

Вопль оборвался. Так же резко, как начался.

Големы резко развернулись, мигом забыв о дхуссе и Гончей.

– Молодец, Нэисс, – услыхала Стайни. – Теперь уходим. Тихо, пока они не опомнились…

Големы споро маршировали прочь, не проявляя больше никакого интереса к недавнему противнику. Вскоре лязгающая колонна и вовсе скрылась из виду.

– Да, молодец, Нэисс… – повторил дхусс.

Однако это оказалась вовсе не Нэисс. В воздухе мелькнуло громадное чёрное тело, затрещали кусты, и рядом с дхуссом очутился не кто иной, как мэтр Кройон собственной персоной. В лапе демон сжимал погасший жезл – тот самый, что совсем недавно светился в руке Охотника; древко явно не выдержало испытания на прочность.

– О-хо-хо, достопочтенные! – захохотал демон. – Признайтесь, решили небось, что

я струсил!

– Никогда, мэтр Кройон. Никогда не оскорбил бы я спутника подобным подозрением, – с убийственной серьёзностью заявил Тёрн.

Гончая демону ничего не ответила.

– А Нэисс? Где сидха?

– Здесь, – отозвался недовольный голос из самой глубины зарослей.

– Цела? – шагнул к ней Тёрн.

– Ясное дело. Какой бездны ради вы дали этим железным уродам себя обнаружить?

Ветки раздвинулись. Появилась Нэисс, сама сейчас почти неотличимая от окружающих её зарослей. Лицо сидхи пересекали медленно тающие зелёные и коричневые полосы; аура скрывающей её от врага магии ещё не успела рассеяться.

– С големами не дерутся, во всяком случае, дерутся не так, – непререкаемым тоном изрекла сидха. – О! – она заметила сломанный жезл Охотника в лапе демона. – Удалось захватить! Неудивительно, что они сразу убрались.

– А сам человек? Охотник? Мэтр Кройон…

– Я? Я ничего… я только появился перед ним, и он… мне кажется… он умер. Умер от страха.

Тёрн ничего не ответил, просто рванулся вперёд.

– Интересно, – проворчала сидха, не особенно заботясь, слышит её Стайни или нет, – этого он тоже спасать станет?

…Однако там спасать уже никого не пришлось. Охотник – ничем не примечательный человек с грубым, словно из камня вытесанным лицом – лежал на спине, широко раскинув руки. В глазах его застыл непередаваемый, неописуемый ужас, не исчезнувший даже и после смерти.

– Сильно ж ты его напугал, мэтр Кройон, – покачал головою дхусс.

– Едва ли в Державе Навсинай хоть один простой человек слышал что-нибудь о демонах, – колко заметила Нэисс.

Тёрн молча кивнул.

– Я могла бы заставить его говорить… был такой эликсир, – робко предложила Гончая.

– Нет, – резко отрубил дхусс. – Он умер, его пламя погасло. Его путь отличался от нашего, мы могли считать его врагом, но это не значит, что теперь следует презирать его смерть и бесчестить мёртвое тело. Помолчим в знак скорби и покроем его плотью Великой Матери, из которой все мы вышли и в которую вернёмся – люди, дхуссы, сидхи, демоны…

– Мы вышли не из земли, – обиделся Кройон. – Демоны суть дети огненной стихии, пламя – наша мать, испепеляющий жар – наш отец…

– Вы, оба, избавьте меня от мелодекламаций, – зло пролаяла сидха. – Хотите хоронить эту падаль – хороните. Но без меня. Я вообще не понимаю, что тут с вами со всеми делаю…

Тёрн начал копать могилу в одиночестве. Голыми руками. Затем к нему присоединилась Стайни, следом – мэтр Кройон, его когти играючи рыхлили неподатливую землю, и дело пошло куда быстрее.

Сидха с поджатыми губами отошла в сторону.

Похоронив безымянного служаку, четверо путников двинулись дальше. Жезл беспечный Кройон сперва порывался выбросить – мол, от его магии он, честный демон, ощущает щекотку, – но Тёрн мужественно вызвался страдать вместо мэтра, и сломанное древко с выпадающим из оправы зелёным кристаллом перекочевало к дхуссу.