Термит
Шрифт:
Мотоцикл описал круг, выехал на параллельную улицу и развил по ней запредельную скорость. Вспышки камер отражались серебром в струях дождя.
Байкер остановил своего железного коня у другого конца пешеходной улицы, соскочил на землю и, бросив наркоману: "смывайся!", кинулся вперед, навстречу Охотнику.
Любителей шоппинга дождь не смущал, они разноцветным потоком передвигались от одного магазинчика к другому. Призывно мигали вывески на витринах, рвались в воздух накачанные гелием
Охотник продвигался вперед, бесцеремонно расталкивая прохожих. Серый трикотажный шарф по-прежнему скрывал его лицо, полы блестящего мокрого плаща развевались при движении.
Байкер рванулся наперерез.
Охотник резко затормозил. Развернулся, повалив стенд, и бросился бежать назад.
Они вихрем пронеслись по улице. Прохожие матерились им вслед, связка разноцветных шаров, которую задел байкер, величественно поднималась в небо.
Человек в плаще, не сбавляя скорости, забежал в кафе.
Байкер, чертыхнувшись, последовал за ним. На первом этаже все было тихо, девушка за барной стойкой продолжала пялиться в телевизор, клиенты негромко переговаривались, пили кофе и ели пирожные.
– Вот ты где, - пробормотал байкер и взбежал по лестнице на второй этаж.
Посетителей здесь не было, столики стояли пустые. Напротив лестницы начинался короткий коридор к туалетам. Байкер коснулся шлема, но, передумав, не снял. Он наклонился к тяжелым сапогам и вытащил из левого короткий тонкий щуп - электрошокер.
Сжав оружие в руке, байкер прокрался по коридору. На мгновение остановился перед двумя дверьми. На левой красовалось изображение львицы, на правой - льва. Прислушался - тишина. Помедлив, он взялся за ручку двери женского туалета и беззвучно проскользнул внутрь.
Помещение было залито неярким фиолетовым светом. На стене располагался ряд умывальников, над ними - огромное зеркало. Далее шли туалетные кабинки. Стекла в единственном окне напротив двери оказались матовыми и цветными, создавая этакий витраж, под окном стоял широкий стол.
Цепочка чуть смазанных грязных следов вела к первой кабинке.
Неторопливо оглядевшись, байкер выставил шокер впереди себя и двинулся по следам. Зеркало отразило его темную напряженную фигуру. По мокрой поверхности шлема ползли фиолетовые блики, кончик шокера чуть подрагивал.
Байкер остановился напротив кабинки. Белая полоска на двери свидетельствовала о том, что она не заперта. Он положил левую ладонь на ручку, осторожно нажал и резко потянул на себя.
Кабинка была пуста - на унитазе валялись обрывки туалетной бумаги, черные от грязи. Байкер стал разворачиваться, почувствовав движение сзади.
Он не успевал.
Охотник выпрыгнул из соседней кабинки. Замахнулся крышкой от туалетного бачка -
Байкер пошатнулся, и Охотник двинул его обломком крышки, на этот раз в правое плечо.
– С-сука, - шлем почти заглушил ругательство.
Шокер выпал из обессилевших пальцев. Охотник нагнулся, чтобы его подобрать, и тут же получил удар ногой в бок. Упал в проход между кабинками.
Байкер, не теряя времени, кинулся к врагу. Пинок - Охотник откатился по полу, сгруппировался и, поднимаясь, бросился к дальней стене.
В руке байкера сверкнул нож.
Охотник запрыгнул на стол. Отбил ногой выпад, стараясь выбить оружие, - не вышло. Противники замерли. Напряженный Охотник на столе, байкер - напротив, с ножом в руке. Из-за шлема слышалось тяжелое дыхание, а серый шарф обрисовывал контуры открытого рта при каждом судорожном вдохе.
– Ты - Мордред?
– наконец прорычал Охотник.
– Да, а ты - труп!
Мордред медленно обошел стол. Охотник следил за каждым его движением, и на первый же выпад ответил ударом ноги. Байкер схватил его левой рукой за лодыжку, дернул.
Охотник рухнул на столешницу, одновременно пнув противника в грудь. Мордред увернулся. Его нож лиловой молнией вспорол воздух и вонзился в гипсокартон. Извиваясь как уж, Охотник отполз назад. Мордред запрыгнул на стол, подскочил к противнику и ударил ногой в плечо. Того откинуло на окно. Звякнуло, разбиваясь, стекло.
Охотник привстал на полусогнутых, держась рукой за плечо. Бросил взгляд назад, передернулся.
Мордред шагнул вперед, выставив перед собой нож.
Охотник еще раз оглянулся. Сквозь разбитое окно тянуло сыростью, было слышно, как внизу ездят автомобили. Он покачнулся, нелепо схватился за стену.
– Ты чего?
Охотник отчаянно протянул руки к врагу. Он схватился за лезвие ножа, как за соломинку над пропастью, но дыра сзади словно тянула его. Руки скользнули по клинку, окрашивая его в багровое, и мастер-кукловод безвольно выпал вниз из окна туалета.
17. Эфир
Термит падал в серую, затягивающую бездну. Черные пятна зловещих птиц чудились ему далеко внизу, и красный блеск заходящего солнца слепил глаза. На зубах скрипел песок...
Удар о землю привел его в себя. Термит вдруг увидел обычнейшую улицу, по которой идут люди с черными зонтами и горит красный сигнал на светофоре. Вверху щерилось разбитое окно. Из него выглядывал человек в шлеме байкера. Он группировался, собираясь спрыгнуть. Второй этаж - не низко, но и не ужасно высоко.