Шрифт:
Год первый
1.1
«Кем я хочу стать, когда вырасту.
Сочинение ученика 5 класса начальной школы Литтл-Уингинга Г. Поттера».
Маленький мальчик
Мальчик проследил за мушиным полетом от двери класса к первому считая от доски окну, потом к учительскому столу и мусорной корзине. Заложив над корзиной крутой вираж, муха свечкой взмыла вверх, покружила над безмозглым черепом Пирса Полкисса, затем подалась резко вправо, вновь поднялась к потолку и исчезла из поля зрения, улетев в заднюю часть класса. Мальчик снова вздохнул, перевел взгляд на лежащий перед ним тетрадный лист, в верхнем углу которого гордо красовалась его фамилия, погрыз ручку еще немного и написал:
«Когда я вырасту, я буду большим и сильным, как Терминатор. У меня будет большой мотоцикл, большой пистолет и большие мускулы. Терминатор не любит зря болтать, и он крут, а еще он не должен ходить каждый день на какую-нибудь скучную работу, а вечером возвращаться домой к какой-нибудь скучной бабе, похожей на вареную селедку. Вместо этого он достает свой большой пистолет и идет веселиться. Когда он так делает, все вокруг взрывается, а девчонки визжат. Мне тоже нравится смотреть на взрывы, хотя я пока видел их только по телевизору, а еще я иногда думаю, что убивать может быть довольно весело, особенно если делать это от души. Я уже придумал, что однажды отравлю дядю Вернона ацетоном или жидкостью для мытья туалета, а тетю Петунию, наверное, буду бить горячей сковородкой, пока ее дурацкая шея не сломается. Я еще не совсем решил, что буду делать с Дадли, но, может быть, для этого подойдут пила, молоток и гвозди, я как раз нашел в сарае целую коробку. Я буду забивать ему в живот гвозди и громко смеяться. А потом я разрежу трупы на кусочки, сложу в мешки для мусора и вынесу на помойку».
Гарри поднял голову и, близоруко щурясь, посмотрел на висевшие над классной доской часы. До конца урока оставалось пятнадцать минут. Муха, примирившись с миром и с собой, сидела на пенале Саманты Дуглас и потирала лапки, и, если чуть-чуть скосить глаза, так, чтобы картинка стала слегка размытой, можно было представить, что она тоже что-то пишет — завещание, например, или мушиную версию Хартии Вольностей.
Гарри скомкал лист с сочинением и сунул его в карман; затем вырвал из тетрадки новый и старательно вывел на нем:
«Кем я хочу стать, когда вырасту.
Сочинение ученика 5 класса начальной школы Литтл-Уингинга Г. Поттера.
Когда я вырасту, я хочу стать ученым и изобрести лекарство от рака, чтобы люди больше не страдали».
1.2
Хогвартс
Конечно, с одной стороны, он был крут. Здоровенный замок, в одном только Большом Зале которого можно было устроить футбольный матч, говорящие портреты, привидения и вообще вся эта атмосфера волшебства… ну, вы понимаете.
С другой стороны, там не было даже электричества. От места, где нет электричества, нельзя ожидать ничего хорошего, и Гарри мысленно приготовился к тому, что теплые сортиры в конструкции замка также не предусмотрены. На его счастье, опасения не оправдались, но Гарри, тем не менее, все равно оставался несколько напряженным.
«Ну-с, посмотрим, что там у нас», — сказала Распределяющая Шляпа, когда до Гарри наконец дошла очередь. — «Ой, мамочки», — добавила она, вчитавшись в поттеровы мысли повнимательней.
«Только не в Слизерин», — телепатировал ей Гарри, стараясь думать по возможности грозно.
«Жаль, что нельзя распределить тебя сразу в Азкабан», — ответила Шляпа. — «А почему это не в Слизерин? В этом гадю… эээ, на этом гордом факультете тебе самое место, дитя мое».
«Не в Слизерин, я сказал!» — мысленно рявкнуло дитя.
«Послушай, он же традиционно считается факультетов темных магов», — продолжала улещивать его Шляпа. — «Неужели тебе не хочется быть темным магом? Это же… ну, как сейчас молодежь говорит — так прикольно!»
Гарри подумал о Том, кого нельзя называть по имени, о котором он узнал совсем недавно и совсем немного, но которого успел записать в безнадежные лузеры — это ж надо было так опростоволоситься, не сумев завалить годовалого пацана. И о бледном сморчке Малфое, с которым придется учиться на одном факультете, он тоже подумал, и желание становиться темным магом зачахло в нем, так толком и не появившись. Прочтя эти его мысли, Шляпа тяжко вздохнула.
«Совсем, не хочешь, да? Ну ладно… может, там тебя хотя бы научат направлять свои агрессивные импульсы в социально приемлемое русло…»
— Гриффиндор!
1.3
Несмотря на скептическое отношение к магии, Гарри не мог не оценить ее преимуществ. С помощью магии можно было левитировать тяжелые учебники, поджигать одноклассницам волосы (в прежней школе ему приходилось делать это с помощью обычной зажигалки, что было не слишком удобно, потому что поджигать приходилось с чересчур близкой дистанции), насылать прыщи и трансфигурировать дырявый носок Дадли в испанский сапожок. Правда, пока ничего этого Гарри толком не умел, но собирался научиться.
Но настоящим откровением для него стало зельеварение.
Драматическую профессорскую речь Гарри благополучно пропустил мимо ушей, рисуя вместо этого на своем пергаменте тетку с сиськами, размер которых противоречил всем законам анатомии.
— Поттер! — сказал Снейп внезапно. — Что будет, если я смешаю толченый корень асфоделя с настоем полыни?
— Без понятия, — ответил Гарри и принялся ковырять в носу.
— Вы должны обращаться ко мне «сэр», или «профессор», — возмутился Снейп, — и вытащите палец из носа, вы что, нашли там серебряный рудник?