Чтение онлайн

Она знала, куда теперь ей идти. Ей нужно было только выйти в самый центр руин Лос-Анжелеса. И сдаться роботам терминаторам. На милось охотников машин. И с желанием увидеть сам Скайнет два.

— Я отомщу — произносила сама про себя Далия — Я за вас всех отомщу, братья и сестры. Я отомщу, за тебя, моя мама Серена Коган.

Общения между американскими и русскими были в основном на жестах и условных знаках. Но и те и другие быстро сдружились и уже общались во всю, каким-то образом, понимая порой без переводов, и лишних слов друг друга.

Особенно доставалось

теперь переводчикам с обеих сторон. Среди американцев нашлось только двое, кто более менее разбирался в русском языке и то на крайне ломанном. И те двое метались по всему подземному бункеру сопротивления в горах Санта-Моники то от одной группы к другой и обратно, чтобы перевести с русского на американский или наоборот. Кроме того полковник Перт Васильевич Остапенко приставил к тем двоим из переводчиков амеирканцев их земляка из пленных в прошлом Скайнет друга Фредерика Джона, который сидя в плену в лагере «TANTURIOS» более-менее постиг азы русского языка как и его товарищ по несчастью Фредерик, довольно за короткий срок. Вот как раз их навыки и пригодились и их специально ракетчики взяли с собой за океан в качестве переводчиков.

Фредерика Остапенко оставил себе. Ему ведь надо было как-то общатся с командиром партизанского народного американского сопротивления Кайлом Ризом и всем командным составом боевых отрядов Лос-Анжелеса.

Лучше всех шарил по-английски лейтенант Лев Круглов, но его отправили с группой разведки состоящей из американцев в сторону Восточной части Лос-Анжелеса и на границу Штатов между Невадой и Калифорнией. Кроме того, он был не только ракетчиком, но еще и летчиком. И вел вертолет BELL UH-1 «IROQUOIS» вместе с Блэр Вильямс, сидя рядом на двух в кабине вертолета сиденьях и держась за штурвал и свободно переговариваясь по-английски со своей теперь напарницей по боевому полету.

Его соединили с группой пилотов и командиром ветераном войны летчиком Блэр Вильямс. И они были уже где-то далеко в дороге, судя по посланной ими по рации радиограмме.

Они, облетев вокруг руины города ангелов, и минуя самые радиоактивные районы, углубились уже в Шата Невада, подлетая к границе Штата Колорадо. После этого связь была отключена и уже с час небыло от них связи.

— Ты, наверное, сейчас думаешь о своем Кравцове — произнес радистке Тамаре Кудрявцевой сам стоящий в отведенном американцами боксе с

русской радиостанцией полковник Петр Васильевич Остапенко — Но ему там пока лучше будет. Ему сейчас, уверен, не до пьянства и разгула. Я на него повесил ответственную работу. И приставил своих людей.

— Да, он сейчас Петр Васильевич, наверное, разрывается между двумя ракетными бункерами поддерживая связь с лесными староверческими деревнями и с командирами нового Главного штаба на Дальнем Востоке в Хабаровске — произнесла радистка Тамара Кудрявцева — Думаю, ему не легко и не до пьянки.

— Это исправит его от пагубных привычек — добавил Остапенко — Пусть теперь выслуживается. Он и так достаточно натворил. Ему повезло еще, что не расстреляли. Заслуга твоя здесь тоже есть Тамара.

— Люблю я его — произнесла Кудрявцева Тамара — А он как не замечал меня.

— Ничего, Тамара — произнес ей в ответ Остапенко — Теперь думаю, думает о тебе. Ты тогда грудью встала на его защиту, когда его притащили на суд в наш бункер.

— Если

бы не вы, Петр Васильевич — произнесла Кудрявцева — Я бы не спасла его от суда и расстрела.

— Вообще, твой Кравцов молодец — произнес Кудрявцевой Остапенко — Он командир от Бога и то, что надо. Он через плен машин прошел и вернулся назад, молодец.

— Что будем домой радировать, Петр Васильевич — Тамара Кудрявцева сменила личную тему на профессиональную. И спросила своего командира.

— То и радируй, Тамара — он ей как командир произнес — Прибыли все и все в полном порядке. Приняты дородушно американским повстанческим сопротивлением. Обживаемся и налаживаем контакты. Совместно готовим организованное крупномасштабное наступление сразу одновременно на два бункера Скайнет.

Он положил свою правую мужскую тяжелую руку на плечо радистки Тамары Кудрявцевой и произнес — А от себя можешь добавить и передать в наш штаб ракетного бункера свой личный привет майору Виктору Кравцову. Передай, что когда прибудет назад полковник Петр Васильевич Остапенко, он с него спросит за порядок там, и сохранность там оставленного под надзором его и каптерщика Нетмана все бункерное имущество.

И уходя из бетонного подземного жилого бокса с русской радиостанцией, полковник Петр Васильевич Остапенко добавил — Как бы это не выглядело странным, но Виктор единственный на кого я могу смело в данный момент положиться, доверив оба наших ракетных бункера под бывшим Красноярском. И невзирая на все, что между нами было. Заканчивай с этим Тамара и отбой. Иди спать. Уже часов девять, а ты с девяти утра здесь на ногах и с рацией.

— Хорошо, Петр Васильевич — ответила она ему, сейчас быстро отобью радиограмму и сверну все.

— Кайл, брат! — произнес Дэрек Риз, обращаясь к своему родному младшему брату и командиру объединенного боевого отряда повстанческого сопротивления — Ты полностью дал этому русскому полковнику картбланш в командовании здесь всеми нами! — он возмущенно набросился на брата с упреками — Ты доверил этому русскому офицеру наши жизни! Всех нас! Ты сошел с ума! Это же русские!

— Да, я дал, но когда придет время, заберу обратно, все что дал — ответил категорично и резко своему старшему брату Кайл Риз — И не ори, а то слышно по всему подземелью.

Дэрек Риз с трудом сдерживал свои эмоции. Он просто бесился, бегая из угла в угол в их общем братском жилом боксе. В глубоком подземном прорытом самими американскими повстанцами за годы войны и расширенном в горах Санта-Моника недалеко от Беверли-Хилз бетонном бункере.

Этот бункер с прорытыми в глубину еще военными морскими пехотинцами ВМФ США до войны этажами и стальными противорадационными бронированными толстыми из танковой стали квадратными герметичными дверями, был довольно широко, разветвлен и расширен самим американским объединенным партизанским сопротивлением. И достаточно хорошо обжитым и недосягаем для роботов Скайнет. В котором, как и в небольших вымерших без местного населения пустых городках под названием Оксхард и Вентура, теперь разместились Советские военные в полном вооружение. В котором, был и жилой бокс двух родных братьев Риз, где носился из угла в угол, взбешенный и возмущенный с вытаращенными карими глазами Дерек Риз.