Чтение онлайн

В сущности, для нее, как и для всех этих гибридов роботов, он и все, что было на поверхости земли, было чужим. И все были чужаками. И она поняла, что привела его за собой. Она просто раньше его не заметила. Устаревшие эти приборы обнаружения не давали нужных результатов. И садились батареи. Ей оставалось жить совсем уже немного. Впрочем, как им всем кто был здесь.

Десять оставшихся еще на ходу и живых машин. Всего десять из пятидесяти сбежавших от Скайнет в середине войны машин-гибридов. Дизертиров Скайнет, которых все равно ждала бы смерть либо от плазменных винтовок и кассетных ракет своих же болеепродвинутых

в конструкции теперь роботов собратьев обоих Скайнет, либо, куда более мучительная и жуткая смерть от рук людских ополченцев партизан из сопротивления Лос-Анжелеса.

Они были последние. Еще живые и борющиеся ха свое существование здесь в этом пропитанном сыростью и гнильем месте. Среди этих крыс и тараканов. Всего десять машин. Гниющих на ходу и умирающих от этого. Так как это были не андроиды и не киборги в обычном смысле этого слова. Это были гибриды.

Их в свое время было много. Но теперь их выпуск был прекращен и уже давно. Скайнет первый приступил к выпуску других машин, а их списали и уже не делали. Возможно, на складах еще оставались поштучно такие машины, но в законсервированном навечно виде.

И они погибали. От болезней и сгнивали в этих подвалах из бетона и ржавого металла. И Далия была одна из них. Она напала на него на Т-888, зашедшего на их территорию. Но сопротивление было недолгим. Она мгновенно сдалась и проиграла ему, более продвинутому в силе киборгу и человеку в одном лице, Алексею. Просто проиграла. Он выбил ту ее ржавую трубу у нее из рук и схватил ее за шею, прижав и подняв в одной своей гидравлической манипуляторе правой руке Т-888 к бетонной низкой стене длинного темного коридора. У самого входа и железных дверей их скрытого убежища. И тогда она заговорила как человек с ним на человеческом языке. Она сказала ему, что он может убить ее. И даже это будет к лучшему. Чем страдать и умирать вот так постепенно в этом глубоком под руинами города сыром канализационном подвале.

Он рассмотрел ее и увидел что Далия или машина Т-PS300, была вся в язвах и покрыта ржавчиной. Ее покрытое живой человеческой нарощеной на эндоскелет биоплотью тело разлагалось и истлевало буквально на ходу. А гидравлика машины и человека временами даже не работала. Ее заедало в сервоприводах. И такое было у всех гибридов ее племени, что были здесь. Они просто распадались на части и умирали. Это был недостаток двойной зацикленной друг на друга конструкции. Скорее, не столько боевой машины, сколько просто машины.

Эти гибриды были меньше всего приспособлены к боевым действиям. Разве, что только в качестве разведки и внедрения в к людям по принципу инфильтрации.

Далия или машина гибрид T-PS300, была наполовину даже без волос на своей облысевшей почти целиком женской голове. На вид еще молодая, может лет двадцать шесть или семь, но уже выглядела как старуха. Пожелтевшая. В глубоких гниющих язвах на биоплоти своего камуфляжа под человека. Распадающаяся на части, как и все эти десять последних погибающих и прикасающихся к нему своими манипуляторами руками, такие же разных серия машины-гибриды. На последнем издыхании своих уже устаревающих в использовании ядерных батарей IGEY- 450 и IGEY-500. Той же серии, что и батареи киборгов Т-800 и Т-850. И с теми же ядерными генераторами переменного тока.

Это были старые уже машины и утерянные в течение долгой войны между двумя Скайнет.

Он прокрутил

все что было в его базе данных на гибриды, но таковых не нашел ни одной машины. Не удивительно. Зачем ему было носит ь в своем хранилище данных то, чего уже не было. Мать не выдала ему информации вообще о гибридах. О них уже все забыли. Забыли, что они еще живут и существуют. Именно существуют. Пытаются еще выжить. И живут собирательством, как Далия. Чтобы прокормит ь живой свой гниющий еще почти как у человека организм. С кровью и органами похожими на человеческие. Такими же, как были у его любимой Юлии.

Он Алексей вообще считал, ее единственной такой. А тут встретил еще с десяток, таких как она. И с живой плотью и кожей как у боевых киборгов Т-800 и Т-850.

Он не успел познакомиться с каждым из них, но только с ней. И вот она привела его к их матери и Богу. К еще одному Скайнет. О котором, он не знал. Как вероятно и сам Скайнет один не знал, и не знала его любимая Верта.

Он просто нырнул под нависающими скалами и черными торчащими утесами в глубокий темный грот и низкий бетонный туннель и шел следом за другим роботом. Туннель, покрытый плесенью и по колено в грязной отравленной радиацией и нечистотами воде. Стараясь не выдать себя своими звуками гидравлики и сервоприводов, но не вышло.

Она атаковала его, хотя и проиграла.

Он оттолкнул ее и ударил наотмашь стальной гидравлической рукой, заранее просчитав за доли секунды свой удар. Так, чтобы не убить ее.

Она отлетела и ударилась о бетонную стену низкого длинного извилистого канализационного туннеля и упала в грязную радиоактивную затянутую плесенью и нечистотами воду, оглоушенная тем киборга Т-888 ударом. И он выхватил ее из нечистот и поднял на ноги, придавив к бетонной стене в темноте темного сырого вонючего туннеля.

— Ты кто, черт тебя дери?! — она ему произнесла сдавленным его рукой живым из человеческой плоти и кожи горлом. А он почувствовал там под живым из человеческой гниющей плоти стальные детали другой машины. И просканировал ее насквозь всю, рассматривая пока молча и не отвечая ей на первый ее заданный вопрос.

Она была напугана и ожидала расправы.

— Черт тебя дери, кто ты?! — она произнесла ему — Хочешь убить, убей, только не мучай меня! Я и так уже намучилась достаточно!

— «Робот гибрид неизвестного вида» — было выведено на ег о 40000000битный командный коммуникационный дисплей видеомонитор и передано в главное ЦПУ управления машиной — «Машина с массой смертельный патологий, онкология, черная оспа, менингит, гангрена органов и верхних слоев тканей кожи, обширное быстрое разложение всех тканей» — отразилось при анализе на его мониторе — «Частичное повреждение гидравлики ног и рук».

Он уставился в ее живые, но больные женские машины и человека глаза. Глаза скорее не машины сколько человека.

— Кто ты сама? — произнес ей Алексей — Откуда ты сама взялась здесь и куда идешь? Имя?

— Что? — он еле слышно удивленно его спросила.

— Имя твое? — произнес он ей, сверкая в полной темноте робота три восьмерки глазами и продолжая рассматривать ее ночным своим включенным зрением и работая биосканером, видя, насквозь машины и гибрида живые хоть и гниющие распадающиеся человеческие органы внутри за такой же гниющей пожелтевшей кожей и плотью полуистлевшей истрепанной гражданской одеждой.