Чтение онлайн

— Милорд Гилранд? — Прервал его размышления сир Уилдон Модрен, — где милорд Рофенд? Что он натворил?

Обратив взгляд на Модрена, Гирланд всеми силами пытался не обращать внимание на рубец под его правой щекой. Хоть сам Мэнфрид и не подавал виду, когда кто-нибудь за столом указывал на его изьян пальцем и смеялся, Гирланд уже не раз замечал, что он пытался скрыть рубец с помощью различных масел и лечебных мазей. Гирланд слишком хорошо понимал, каково это, быть посмешищем на глазах у остальных.

— Признаюсь, что Рофенд был последний

человек, от которого я ждал предательства, — вздохнул Гирланд, и сокрушенно покачал головой, — впрочем, в нынешние времена удивляться уже ничему не приходится.

Гирланд выждал, пока его слова привлекут всех до единого, и продолжил:

— Несколько слуг Рофенда подтвердили, что их господин уже длительное время поддерживал связи с Маркосом Олуиком.

— Мерзавец! — Гервин Катермин грохнул кулаком по столу.

Кое-где послышались слова проклятия. В зале снова поднялся неразборчивый рокот.

— Господа, — повысил голос Гирланд, и поднял руку вверх, — прошу вас.

Когда в зале снова воцарилось молчание, Гирланд продолжил:

— В покоях Рофенда были найдены неопровержимые доказательства его предательства: тайные переписки с Маркосом Олуиком. За несколько сотен деинов Рофет продал много важных сведений: чертежи Октерфона, в том числе схемы подземных ходов, сведения о количестве нашего гарнизона, и это далеко не весь список.

Гирланд провел ладонью по лбу.

— В сложившейся ситуации, — продолжил он, — боюсь, что у Олуиков теперь нет никаких видимых препятствий для осады Октерфона. Возможно, уже прямо сейчас они готовят войско к началу наступления.

— Они в самом деле рискнут нарушить перемирие? — Вопросил Катермин.

Гирланд пожал плечами.

— Думаю, все давно прекрасно понимали, насколько фиктивно и ненадежно это перемирие. Оставался только вопрос, кто нарушит его первым, и как скоро это произойдет. Думаю, никто не верил в то, что оно продлится хотя бы несколько десятилетий.

— А что рассчитывает предпринять лорд Вэрсион? — Подал голос Уилдон Модрен, — и где сейчас милорд Кэдвин?

Гирланд откашлялся, и залпом осушил кубок воды.

— Кэдвин отбыл с делегацией на север, — наспех проговорил Гирланд, — Стэфиан Мидфорд отправился с предложением заключения торгового союза к бушавитам, — спокойно ответил Гирланд, — также, через пару дней к нам должно прибыть, по меньшей мере, две сотни латников с Ледяного Клыка.

— И ты думаешь, что этого хватит для того, чтобы сдержать орду головорезов Олуиков? — Хохотнул Ортего Центрис, — если войско поведет отпрыск Маркоса, этот неуравновешенный сукин сын, то на их стороне будут сражаться и еще куда более страшные твари.

Гирланд сглотнул подступивший ком к горлу.

— Прежде всего, стоит учитывать, — проговорил он, — что с момента возведения Откерфона, крепость удалось взять штурмом лишь однажды. Однако отец настаивал на том, что при возможности, нужно попытаться решить все мирным путем.

Центрис фыркнул от смеха, Катермин покачал головой.

— Это

шутка такая? — Выпалил Центрис, — уж не думает ли Мэйно взаправду, что и на этот раз получится избежать войны? Да, запасов для длительной осады у нас действительно имеется. Но, если они попробуют взять замок штурмом, я более чем уверен, что на этот раз Октерфон падет. У Олуиков для этого есть все ресурсы: новейшие баллисты, тараны, по меньшей мере, десять тысяч латников и тысяча лучников, не считая тех, кто еще мог присягнуть им за последнее время. Да и не только численного перевеса нам нужно опасаться. Уж не мне вам рассказывать, какая мерзость из глубин самой Преисподней будет сражаться на их стороне.

В зале воцарилось напряженное молчание. Гирланд разделял опасения Центриса, что Октерфон уже давно не та неприступная твердыня, как было в минувшие годы.

Он много раз слышал о пристрастии Кайо Олуика к выращиванию различных омерзительных тварей. При дворе Катерсиса ходило множество слухов, что Кайо — один из учеников темных магов, призывает демонов из самой Преисподней. И если хотя бы половина из всех услышанных им слухов была правдивой, то Гирланд уже жалел о том, что поблизости не было Энцо Сизариса или хотя бы одного из тех магов, которые не примкнули к Олуикам.

Но Гирланд слишком хорошо понимал, что сейчас важнее всего было не позволить этим людям сомневаться в решениях отца, и его самого. Он должен заставить их уважать себя. В противном случае, конфликт с Олуиками может закончиться еще до их прибытия к Октерфону.

Гирланд обвел всех собравшихся пристальным взглядом.

— У нас есть одно важное преимущество, перед которым отступит даже безбашенный Кайо Олуик, — ухмыльнулся Гирланд, — в общем-то, возврат давно утраченного замка — лишь предлог. Они идут сюда за агэльфиусом.

Кто-то в дальнем конце зала откашлялся. Ортего Центрис нахмурился.

— Но ведь, — Уилдон Модрен удивленно выпучил глаза, — все запасы агэльфиуса уже давно исчерпаны…

— Все верно, — спокойно ответил Гирланд, — но ведь они не знают об этом. И в этом есть наше главное преимущество.

ФЕЙН

— Голран сказал, что с подобной болезнью он еще никогда не встречался, — понизив голос, сказал Фейн, — и наша задача состоит в том, чтобы выяснить у местных жителей ее симптомы и как давно она вообще появилась.

Фейн ехал на черном, как смоль рысаке по середине проселочной дороги. По левую руку от него держался Регг верхом на здоровенном брабансоне. Жеребец двигался с поклажей на спине: запасы солонины и хлеба на несколько дней, бурдюки с водой, и несколько ингредиенты для зелий. Справа от Фейна двигались Джед с Мэнди, всю дорогу шепчующие о чем-то своем. При каждом хохоте Мэнди Регг неодобрительно качал головой, говоря: «Вот увидишь, зря мы взяли их с собой. Они только беду на нас навлекут, помяни мое слово».