Чтение онлайн

Хорошо, что майор предложил мне сесть. Иначе бы ноги у меня подкосились, но всё равно, я занервничал. По моей спине пробежала струйка холодного пота. Меня поразила простота, с которой меня вербовали в военную разведку. Мысли забегали в моей голове, как стадо оленей на выпасе. Мне и хотелось и было страшно и самое главное, а что я здесь буду делать до конца войны?

Майор Металин повернулся ко мне. Пристально посмотрел в глаза и усмехнулся каким-то своим мыслям.

— Тебе нечего делать в боевой части, бросать тебя на передовую, с твоими знаниями, умением обращаться с местным искусственным интеллектом,

это всё равно что гвозди микроскопом забивать, — продолжил он. — Но не расстраивайся. Сиднем сидеть на одном месте, тебе не придётся. Постреляешь по врагам человечества.

Я попытался возразить, уверяя, что после того, как нам удалось подключить остальных к искусственному интеллекту пирамид, в моём присутствии нет никакой необходимости.

— Глупости, — отмахнулся Металин. — У нас каждая голова на счету, как и руки, растущие из правильного места.

И тут до меня дошло, к чему клонит майор. С этой планеты до конца войны меня никто не отпустит. Мои мечты, бить имперских гадов или поучаствовать в штурме метрополии, так и останутся мечтами, в любом случае. Поэтому выбор у меня самый простой. Или впишусь в дружную команду этого пугавшего меня офицера военной разведки или буду нести службу за периметром, подальше от всех этих пирамид и артефактов.

— Да и с меня это часть геморроя снимет, — продолжил Металин. — Не надо будет заставлять тебя давать сотни подписок о неразглашении, а ограничиться стандартными. Естественно, служить ты будешь здесь, на… как ты назвал планету? Артефакт? Отставить. Артефактом лучше назвать объект. Кстати, как думаешь, какое имя дать планете?

— Кадм, — вырвалось у меня. — В честь греческого героя…

— Который победил чудовище, вырвал его зубы, посеял их, так? Бойцы выросли, схватились между собой, а победители стали верными сподвижниками — спартами. Хорошая легенда. Что-то созвучное в ней есть. В каком-то смысле тебе пришлось одолеть чудовище, да… хорошее название. Хотя лучше Кадмия. Звучнее.

Я пожал плечами. В каком-то смысле мне было всё равно. Как и название Артефакт я ляпнул просто так, по наитию, не думая, а потому что спросило начальство. Отцы-командиры редко интересуются мнением рядового состава, так что если спрашивают, то лучше использовать шанс быть услышанным. Тем временем майор продолжил агитировать меня за советскую власть.

— Будешь служить на Кадмии, повысим до старшины, а если захочешь, то милости просим — военное училище, ускоренные курсы и погоны младшего лейтенанта, на первых порах, а дальше посмотрим. Это то, чего ты хотел, когда записывался добровольцем?

Предложение было заманчивое и да, действительно, я о таком мечтал, но… Не успел я хоть как-то отреагировать, как майор слегка привстал со своего стула. Наклонился ко мне и заговорил громким шёпотом:

— Но ты уже передумал. Вероятно, после того марш-броска через джунгли Кадмии. До конца войны ты останешься, я не сомневаюсь, а после? Чем займёшься? Ну, покинешь доблестные вооружённые силы Советского Союза и дальше? Я не думаю, что ты поселишься на Земле, станешь железнодорожником, как твой отец и дед. Нет, ты останешься в космосе. И совершенно неважно поселишься ты в колонии или будешь скитаться по мирам. Но почему ты считаешь, что служба этому может помешать?

Я открыл рот, правда, совершенно

не зная, что тут, можно сказать, но Металин мне не дал договорить, махнув рукой.

— Да, рядовым космодесантником, особо по Галактике не помотаешься. Вернее, поедешь, но куда пошлют, а это не то о чём мечтает сержант Кирьянов, так? Но мы необычный род войск, у нас всегда есть разные варианты сотрудничества. Некоторые из них дают достаточно свободы, чтобы изучать планеты и населяющие их культуры.

Сказать, что я был шокирован — ничего не сказать. Больше всего меня поразило то, что майор каким-то образом влез в мои самые потаённые мысли, о которых я и сам старался не думать.

— М-м-можно мне подумать? — слегка заикаясь спросил я, и почему-то обрадованный перспективами подобного сотрудничества.

— Можно, — легко согласился майор. — Но не нужно. Ты ведь уже принял решение, чего тянуть кота за хвост?

— Да, — мой голос слегка сорвался, поэтому я уточнил. — Я согласен.

Честно говоря, мысли разбегались в сторону, как белки. Я бросил взгляд на Лунина, который стоял рядом, изучая какие-то бумаги и вроде бы даже, не слушал разговор. Он подмигнул мне.

Решение я и правда принял, как только услышал предложение. А может быть, и раньше, когда начал понимать, что попал под плотную опеку военной разведки.

— Поздравляю, ты принят, — оскалился майор. — На крови клясться не надо, на распятие плевать тоже. Зайдёшь завтра с утра в мой кабинет, подпишешь необходимые бумаги, в числе которых будут нужные подписки о неразглашении. В звании повысим через пару месяцев. У нас с этим строго, просто так званиями не разбрасываемся, но за открытие этого чуда ты заслужил. И кстати, твой подвиг оценили не только мы, но и Центральный комитет. Так, что готовь не только плечи под новые погоны, но и грудь под медали. И друга твоего не забудем. Жаль, что ранение не позволит ему вернуться в строй.

— Служу Советскому Союзу, — растерянно пробормотал я.

— Служи, служи. И раз уж ты принял верное решение, то забудь про майора Металина. Дурацкий псевдоним, если честно. Тяжёлым металлом увлекался, когда был таким, как ты. Даже в группе играть пробовал. Но потом, армия, война… — разведчик невесело улыбнулся. — Я полковник Главного Разведывательного Управления генштаба СССР, Копылов Валерий Александрович. Так что мы с тобой всё равно тёзки, с чем тебя ещё раз поздравляю.

— Темиргалиев Марсель Юсуфович, — вдруг весело отозвался, доселе молчавший Лунин. — Я лейтенант ГРУ. Добро пожаловать к нам. И если ты боишься, что будешь сидеть безвылазно на планете, оставь эти мысли сразу. Будет весело и страшно.

— Ладно, бойцы, вольно, — отмахнулся полковник. — Думаю у вас самих сейчас дел невпроворот, так что не буду вам мешать, а мне надо перекинуться с Лизой парой слов.

— А… — начал я, покосившись на женщину.

— Она действительно Елизавета Семёновна Голобко, профессор, — улыбнулся Копылов.

Отдав честь, я на негнущихся ногах я вышел из зала управления, забыв спросить, где находится этот самый кабинет полковника Копылова. Ни разу не слышал, чтобы у него было личное помещение в этих пирамидах. К счастью, за мной последовал Лунин, ставший Темиргалиевым, у которого я и хотел спросить, куда мне завтра являться. Но он опередил меня.