Чтение онлайн

Темноту прорезали лучи фонарей. Оказалось, вагонетка преодолела практически весь перрон и теперь сиротливо валялась на боку недалеко от тоннеля. Глеб украдкой оглянулся, но не смог рассмотреть детали погруженной во мрак станции. «А Палыч рассказывал, что она самая красивая…» — пронеслась запоздалая мысль.

— Подъем, доходяги! Быстро! Быстро! Ходу отсюда! — Кондор принялся пинками подгонять отряд.

Отшельник потрусил вперед, взбаламутив стоячую воду на путях. И снова тоннель. Путники бежали, ритмично пыхтя сквозь фильтры противогазов. Мимо проплывали бесконечные ряды

тюбингов. Дым безмятежно пыхтел сигаретой.

Заметив взгляд Глеба, мутант весело подмигнул: — Не переживайте, Глеб, прорвемся. Напарник Ваш — голова! Хитро придумал с тележкой!

— Геннадий, а Вы почему противогаз не надеваете? — Отважился на диалог мальчик.

Мутант выпустил облако дыма, ухмыльнулся.

— А ты, малой, попробуй найти такой намордник, чтоб на эту рожу налез, — встрял Ксива.

Сталкеры заржали.

— Да и поздно ему предохраняться. — Ляпнул Бельгиец. — Всё, что мог, наш Крокодил Гена уже подцепил. Даром что ли такой зеленый…

Еще один взрыв хохота. Напряжение, витавшее в воздухе, улетучивалось с каждым новым шагом, отдалявшим путников от «Автово».

— Вам, Бельгиец, катастрофически не хватает такта! — Дым затушил сигару о шлем приятеля.

— А почему Бельгиец? — Спохватился Глеб. Боец вместо ответа гордо вытащил свою FN F2000, подставляя под луч фонаря.

— Винтовка у него бельгийская, — шепнул Ксива. — Походу, единственная на всё метро.

— Разговорчики! — оборвал Кондор. — Ну-ка, тормознули все.

Отряд остановился. Кондор вытащил дозиметр, медленно обошел каждого, замеряя фон.

— Терпимо. Пронесло на этот раз. Отшельник, слышал что про «Ленинский»?

— Внизу не был. А сверху выход закупорен. Там здоровенный кусок проспекта просел. Подземный переход завален. До «Ветеранов» идти тоже смысла не вижу. Глубина залегания обеих станций — метров восемь-девять. Зафонит снова — не обойдем. Наверх надо.

— Как? — После «Автово» съезд в наземное депо.

— Возвращаться придется. К развилке.

— Не придется. Мы уже идем по нужному тоннелю. Впереди — выход.

Кондор еле слышно выругался. Поглядел на Отшельника исподлобья.

— А ты хитрый, черт. Веди.

Отряд двинулся за Отшельником. Глеб ощутил мимолетный приступ радости. Он снова увидит дневной свет. А в компании вооруженных до зубов сталкеров путешествие обещает быть скорее захватывающим, нежели опасным. Интересно, что бы сказал отец, если б увидел своего сына в компании бравых вояк, разгуливающим по поверхности? Глеб шел и улыбался своим мыслям, благо в темноте этого не было заметно.

Спустя некоторое время сталкеры осторожно подобрались к выходу. Тоннель здесь обрывался, а рельсы тянулись дальше — к депо. Клочок пасмурного неба в проеме заставил сердце Глеба забиться чаще. Поверхность… Совсем рядом. Такая манящая, но опасная и обманчивая. Об этом напоминали кости и клочки шкур, тут и там валяющиеся на земле.

Краем глаза мальчик заметил, как метнулся вперед Отшельник, сбивая с ног Бельгийца. Грубая подсечка в полете — и оба повалились на землю.

— Да ты чего, старый, совсем умом тро…

— НЕ ШЕВЕЛИСЬ!

Они замерли у самой границы выхода.

Только сейчас Глеб заметил некую прозрачную субстанцию, свисающую с бетонного козырька арки. Словно кто-то развесил шаль из тончайшего ситца. Эфемерная простыня еле покачивалась на ветру, краями почти касаясь распластавшихся на путях сталкеров. Дождавшись момента, когда субстанцию качнуло назад, Отшельник резко оттолкнулся от шпалы и выдернул за собой бойца. Загадочный «занавес» запоздало потянулся следом, но так же быстро опал.

— Эта хрень живая что ли? — Бельгиец брезгливо поморщился. Адреналин запоздало заиграл в крови. — Это вообще что за ерунда такая!

Отшельник оглянулся по сторонам. Подобрал у стены полуразложившийся трупик крысы и кинул вперед. Тушка вроде бы беспрепятственно вылетела наружу, однако «полотно», сорвавшись с козырька, молниеносно опутало добычу, плотно свернувшись вокруг в несколько слоев.

— Можно идти, — буркнул проводник, бросив взгляд на Кондора.

Тот молча кивнул. Путники вышли на поверхность. Мгновенная трансформация, произошедшая с отрядом, застала Глеба врасплох. Бойцы подобрались, достали оружие и грамотно распределились вокруг, разобрав сектора обзора. Никто уже не пытался отвесить какую-нибудь шуточку. Только тишина и предельная концентрация. Глеб покосился на мнущегося рядом Ишкария. Сектанту явно было не по себе. Он как-то затравленно озирался, все время поправляя намордник противогаза.

Отшельник, тем временем, постоял с минуту, словно прислушиваясь к внутреннему голосу, и вдруг уверенной рысцой двинулся вперед. Остальные рванули по пятам. С территории депо ушли прямо через высокий бетонный забор, поочередно подсаживая друг друга. Метрах в ста левее Глеб увидел в стене ограды широкий пролом, но у наставника была своя, одному ему понятная логика. Не останавливаясь ни на секунду, Отшельник погнал отряд дальше — мимо большой открытой площадки, заваленной сгнившими остовами грузовых фур, мимо какого-то циклопического сооружения с обрушенной крышей, пока глазам мальчика не открылось воистину завораживающее зрелище. Огромный вытянутый пустырь, этакая бесконечная, уходящая вдаль проплешина между домами с одной стороны и стеной деревьев-исполинов с другой.

— Проспект Стачек? — подал голос Кондор. — Запалимся на открытой местности. Дворами надо идти.

— Здесь «волколаков» полно, — бросил Отшельник на ходу. — Во дворах обложат со всех сторон, и вся недолга. А на проспект сунутся — пуганем. Стволов много.

Сталкеры, сосредоточено сопя, трусили по асфальтовому крошеву вдоль вросших в землю автомобилей, покосившихся рекламных щитов и оборванных линий электропередачи. О былом могуществе людей теперь напоминали лишь покинутые унылые высотки. Среди замысловатых следов животных, куч экскрементов и буйной растительности остовы построек смотрелись как-то дико и неестественно. Глебу все никак не удавалось поверить, что когда-то здесь безраздельно властвовал человек. И уж тем более сложно было представить, что водоемы были такими чистыми, что в них можно было купаться, а в городских парках вместо безжалостных хищных тварей прогуливались влюбленные парочки.