Тени Марса
Шрифт:
— В смысле, лезть нам туда или не лезть? — уточнил Каталински.
— Да, именно так, — подтвердил ареолог.
— Хорошо, допустим, предписано: лезть. И мы лезем. Но! — Каталински воздел вверх указательный палец. — Лезем не голышом, не в майках и шортах, а в полном защитном снаряжении и с собственным заплечным воздухом. Что такое «проклятие фараонов»? Либо болезнетворные микробы, либо яды. Либо — и то и другое. Нам такое не грозит. Во всяком случае, я на это очень надеюсь.
— Есть еще «стражи пирамид», — задумчиво заметил Алекс Батлер.
Инженер выпрямился на своем складном табурете, со стуком поставил на стол банку с соком:
— А это еще кто такие?
— Статуи.
Каталински усмехнулся и сделал жест, словно отгонял муху:
— Да брось ты, Алекс ты наш яйцеголовый. Таким только малолеток пугать.
— Почему? — вмешалась Флоренс. — Какие-то системы защиты там вполне могут быть.
— Системы защиты — да, — кивнул Каталински. — Духи — нет. Духи если и есть, то гораздо дальше, на Плутоне, там их царство.
«Да, защита вполне может быть, — подумал Алекс Батлер_ в земных пирамидах — системы ловушек, ложные ходы и камеры, замуровки, лжегробницы.,. Заклятия... А что, сила слова — штука неизведанная а возможно, страшная... Не чудо, не что-то потустороннее — но нам пока непонятное. А здесь... что здесь?...
«Стражи пирамид» не раз описывались в хрониках средневековых арабских авторов. Магические стражи... Одну из гробниц охраняла статуя, во лбу которой был спрятан змей, нападавший на всякого, кто приближался; другую пирамиду сторожил колосс, вырезанный из черного и белого оникса, с позолоченной головой и копьем в руке. Стоило появиться непрошеному пришельцу, как статуя издавала глухой звук — и приблизившийся к пирамиде падал замертво. Третью пирамиду охранял каменный страж, обладавший такой силой, что он сбивал с ног и убивал любого пришельца. Пирамиды также охраняли духи. Древнеегипетские источники скупо упоминали о некоем «владыке кладбищ» — он являлся то в виде юноши с длинными зубами и пожелтевшей кожей, то в виде обнаженной женщины, которая своей призрачной красотой она завлекала грабителей, а потом насылала на них губительные чары. Видели «духа пирамид» и в образе старца, который бродил вокруг гробниц, размахивая сосудом с огнем.
«Духи прошлого витают в долине мертвых...» Эти предостережения местных жителей наверняка вспомнил английский путешественник Джеймс Брук, когда в одну из ночей 1768 года в Долине Царей его охватил внезапный панический страх. Брук со всех ног бросился бежать и, лишь увидев заблестевшие впереди воды Нила, вздохнул с облегчением. Но только добравшись до своей лодки и оттолкнувшись от берега, он почувствовал себя человеком, вернувшимся к жизни.
О том, что древние египтяне накладывали на гробницы специальные заклятия, миру стало известно только в конце девятнадцатого века, когда было расшифровано большинство древнеегипетских текстов...
«Что ждет нас здесь?» — вновь подумал Алекс Батлер. Страха не было, но была какая-то непонятная тревога.
— Господи, как все это интересно, — зачарованно сказала Флоренс и почему-то оглянулась, словно почувствовав у себя за спиной чью-то тень, чье-то незримое присутствие. — Сфинкс... Пирамиды... Человек-Лев... Гор Красный... — Она встрепенулась, подалась к столу. — А знаете что? Давайте назовем это место, место нашей посадки, Берегом Красного Гора. Сидония — это Сидония, она большая, — а вот именно это место, вот здесь... — Она потыкала пальцем в стол.
Леопольд Каталински, разумеется, тут же скривился:
— А почему не Берегом Золотого Руна? Почему не Равниной Леопольда-Зета? Или, скажем, не Марсианской Америкой?
Свен Торнссон фыркнул:
— Скажи еще — Берег имени Микки Мауса. Или закусочных «Макдоналдс».
— Я за Альберта Гора не голосовал, — буркнул Каталански. — Тем более за Красного.
— Да брось ты, Лео, — дружелюбно сказал Алекс Батлер. — Чем тебя не устраивает предложение Фло?
— Ладно, устраивает, — сдался Каталински, всем своим видом демонстрируя усталость. Заложив сцепленные руки за голову, он потянулся и длинно зевнул. — Давайте-ка уже спать, колумбы. Кто-то обещал мне колыбельную спеть...
...Лежа в постели, уже в полудреме, Флоренс Рок думала о командире. Как там сейчас ему, в черной пустоте? В одиночестве... Над Красным Гором... «Надо спросить у Алекса, египетский Гор был добрым богом или злым», — сонно подумала она.
И вдруг в памяти ее всплыли слова Батлера, произнесенные там, на земной базе, во время ужина с гостями из НАСА. О Ясоне, погибшем от бруса развалившегося корабля. От тяжелого бруса, сделанного из ствола священного дуба, что рос в роще богини Афины, от бруса с вырезанной на нем головой суровой и мудрой дочери Зевса.
Озноб пробежал у нее по спине. Флоренс поежилась и приказала себе ни о чем не думать. Не думать, а спать... Спать... На Берегу Красного Гора...
3. Золотой панцирь красного бога
Алекс Батлер проснулся от странного громкого звука — казалось, возле самого его уха вибрирует туго натянутая струна. Он рывком сел на двухъярусной койке, еще не в состоянии отделить реальность от тяжелого тоскливого сна, который только что снился ему, — и почти тут же в грузовом отсеке зажегся неяркий свет: это располагавшийся внизу Свен Торнссон включил настенный светильник. Лежавшая напротив, на такой же двухъярусной койке, Флоренс приподнялась, облокотившись на подушку, и встревожено обводила взглядом ряды контейнеров, и только устроившийся на верхнем ярусе, над Флоренс, Леопольд Каталински продолжал спать, с головой укрывшись одеялом.
Струна стонала на одной и той же заунывной ноте от этого рыдающего непрерывного звука ныли зубы, и у ареолога возникло острое желание сунуть голову под подушку. Звук шел извне, из наружного микрофона, но было не похоже, что это просто завывает ночной ветер. Свен Торнссон, чертыхнувшись, дотянулся до лежащего на полу пульта дистанционного управления и отключил микрофон. Наступила тишина, в которой раздавалось только негромкое размеренное посапывание Леопольда Каталински.
— Это ветер, — ответил Алекс Батлер на невысказанный вопрос Флоренс. — По ночам тут довольно сильно дует. Концерт Эоловых арф. Гаси свет, Свен.
— Не очень-то похоже на ветер, — пробормотал пилот, выключил свет и, немного поворочавшись, затих. Слышно было, как в тишине коротко вздохнула Флоренс.
А Алекс Батлер, опустив голову на подушку, смотрел в темноту, невольно прислушиваясь — не донесутся ли извне, проникнув сквозь корпус модуля, еще какие-нибудь звуки.
Конечно, можно было встать, пойти в кабину и включить экран внешнего обзора. Только что увидишь на экране темной марсианской ночью? Тут нужен прожектор, а где его взять? Прожектор не входил в комплект оборудования, потому что никаких ночных работ программой экспедиции не предусматривалось — ночью астронавты должны были спать. Можно было просто выйти наружу через шлюзовую Камеру — натянув комбинезон, захватив с собой фонарь, — но что это в конечном счете могло дать? Алекс Батлер был уверен, что не обнаружит возле модуля ничего нового — не выли же это, в самом деле, какие-нибудь марсианские волки! Нужно было спать, набираться сил перед предстоящим напряженным днем.